Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Лисы, камни, две стрелы


Лисы, камни, две стрелы

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/11/32945.png


лисы, камни, две стрелы
Участники: Лисость, Лань Чжань, Нэ Хуайсан, глава Вэнь и много нпс
Место: Охотничьи угодья клана Нэ
Время: за год до сожжения Облачных Глубин
Сюжет: Вэнь Жохань тиранично подгреб под себя все охотничьи угодья  орденов и кланов, запретив даже их влдельцам ночную охоту. Возмущению нет предела, но жестокость ордена Вэнь связала языки: несколько малых кланов уже уничтожены в назидание другим. Действительно ли причина этому – непомерная жадность Вэней? В чем - или в ком - причина запрета?


Отредактировано Lan Wangji (Четверг, 19 ноября 10:20)

0

2

Палый лесной покров пружинил под ногами, шуршащая листва дышала запахами перепрели и глубоким нутряным теплом.
Ванцзи шагал легко, выбирая под ногу то еле заметный камень, то твердый корень, выступавший сквозь опад. А все же, нет-нет, да ради удовольствия он ерошил носком сапога листву, чтобы услышать шелест. Умиротворение, нисходившее на него вдали от людей, вызывало в Ванцзи ощущение детской радости, и порой он очень его стеснялся. Это чувство безмятежной беззаботной радости бывало его тайным вызовом – всему и сразу.
Потом на смену детскому озорству приходило раскаяние, дядино любимое словечко укором звучало в памяти, и мысли Ванцзи сосредотачивались на очередной задаче или, если ее случайно не было, находили достойный предмет для внимания.

Его задачей сегодня были петроглифы. Камни с нацарапанными на них в очень давние времена и неизвестной рукой символами. Это могли быть знаки древней письменности. а могли - и магические символы столь же давних времен. Ванцзи нашел эти валуны случайно, когда проходил здесь приглашенным на ночную охоту заклинателем, гостем клана Нэ. В те два дня их было полдюжины человек, но всех надоедливее был один,из ордена Юнь Мэн Цзян, по фамилии Вэй…

Ванцзи недовольно нахмурился, отбрасывая воспоминания о непристойно дурашливом ученике прошлого года. Что за человек! И чего ради он вспомнился… Вереница картин непрошено промелькнула перед глазами, некоторые заставили Ванцзи плотно сжать губы и почувствовать жаркую краску стыда, прихлынувшую к ушам. Невозможный человек! Он глубоко вдохнул, выдохнул и направился через подрост, решительно раздвигая молодые растения ножнами меча.
Полянка с валунами была где-то поблизости.

+1

3

Совместка

(Лис)
Лисы редко где оставались надолго. Лишь молодняк и уставшие от жизни возвращались в Лисью рощу, лишь глупцы уподобились людям и стали жить среди них, иные даже женились и отказывались от бессмертия. Иными словами - совершали разного рода глупости. Жизнь в ордене Вэнь не была плоха, но все стало слишком привычным. А когда что-то становится привычным - значит настал час прощаться. Лис прихватил все подаренные ему украшения и спрятал под дубом, оказав ему все почести и попросив духов скрыть это место от людей. Кроме того, он прихватил с собой свиток, написанное в нем казалось лису очевидным, но для людей, кажется, являлось большой тайной, учитывая, как яростно люди Вэнь охраняли этот кусок пергамента. Его Лис прятать не стал. Для него он не имел ценности и ему было не важно, в чьи руки он попадет. В чьи бы не попал, Лис с удовольствием понаблюдает за последствиями, как за кругами на воде.
Как только он закончил с тайником, то услышал чьи-то шаги. Скрывшись, Лис решил понаблюдать за юношей, осторожно прислушиваясь к его душе. Заклинатели не давали копаться в своих мыслях так же легко, как смертные, но самую суть Лис поймал. Образ и грусть, тайные желания и скрываемую страсть. Он решил, что это может быть увлекательно и, на пробу, принял обоик юноши, что тревожил мысли его невольного спутника. Тело оказалось очень даже неплохим. Лис обогнул заклинателя и сделал крюк так, чтобы выскочить прямо перед его носом с той самой улыбкой, которую Лис успел выхватить из чужих неясных образов в голове.

(Ванцзи)
Обомшелый валун, с которого Ванцзи собирался счистить грязь и мох, чтобы разобраться в рисунках и надписях, внезапно шевельнулся.
Нет, это шевельнулся не валун, а искусно скрывшийся в его неровной тени парень, одетый в тёмное. И если бы это был не Вэй У Сянь, то кто же ещё, нелегким ветром?!
Ванцзи отступил на шаг, отсеяв сразу же целую кипу гневных высказываний.
Он хмурился.
Появление Вэй Ина было внезапно, неожиданно - и тем более желанно. От этого Ванцзи хмурился все сильнее, он поймал себя на всплеснувшей было радости от нежданной встречи, и тут же запретил себе даже вспоминать о никчемном переживании.
Эта его улыбка!..
Не говоря ни слова, Ванцзи обошел Вэй Ина и взялся за чистку валуна.
Делал он это лишь изредка с помощью ножа, а в основном - небольшим заклинанием для помощи переписчиками, его называли ещё "правильным пером". Оно имело общую базу с заклинанием "открытия истины", но требовало много меньше усилий и по сути накладывалось лишь один раз. А потом оставалось только перенаправлять фокус энергии с участка на участок.
"Я не дам тебе мне помешать", – Ванцзи сказал это себе мысленно, уверенный, что приставучий росток Юн Мэн Цзян прознал, что они оказались рядом, и явился исключительно чтобы выводить его из себя.
"Не выйдет!" - сердито пообещал он Вэй Ину мысленно.
Достав угольную палочку для эскизов и хорошо зачищеный бамбуковый цзянь, Ванцзи принялся срисовывать старинные письмена неизвестного народа.

(Лис)
Признаться, Лис был удивлен. Он определенно чувствовал бурю переживаний заклинателя, связанную с этим человеком, так что рассчитывал на куда более теплый прием. Впрочем, чувство удивления для Лиса было редкостью, и он был благодарен юноше за то, что он дал ему прочувствовать его. Это, конечно, не значило, что Лис так просто его оставит.
- Даже не посмотришь на меня? - прощебетал Лис и приблизился к заклинателю, подибраясь неприлично близко, так, что мог даже ощутить запах его волос.
- Как грубо с твоей стороны.

(Ванцзи)
"Не посмотрел"? Да Ванцзи успел одним взглядом ухватить весь его облик, и теперь не глядя видел каждый излом тканей на его одежде... и каждый, по голосу угадывавшийся, оттенок его улыбки.  Конечно, Ванцзи не смотрел! Он здесь не Вэй Инов, а петроглифы разглядывать, вообще-то, стоит.
Заклинание ясности  усилило восприятие Ванцзи, он перерисовывал линии с камня с острой концентрацией – и в то же время не мог не ощущать запахи, вплетавшиеся в ароматы леса. Запахи тела и одежд, уникальные для каждого, – Ванцзи не был лисом или псом-оборотнем, с их чуткостью, но и простых тренированных чувств заклинателя теперь хватало, чтобы ему было не по себе.
Слишком близко.
Слишком жарко.
Краски леса, солнечный свет и сам камень стали ярче, отчетливее и невероятным образом красивее.
— Отойди, – Ванцзи сохранял обычный ровный тон. – Свет.
Не то, чтобы  Вэй Ин впрямь загораживал свет и мешал что-то разглядеть на камне. Но ведь правда, что его тень задевала валун!

(Лис)
- Оу, - Лис мысленно усмехнулся. Кажется, его спутник был из тех, кто пытается до последнего держать себя в узде. Раскованному Лису не понять подобного поведения, но он не мог не попытаться расколоть эту ледяную корку. Мякоть внутри, как правило, сладка и нежна.
- Что ты рассматриваешь? - Лис правда подвинулся в сторону, задев плечом плечо юноши и мазнув "случайно" ладонью по его ладони.

(Ванцзи)
От его прикосновений Ванцзи словно маленькой молнией пробило, дрожь, начавшись там, где Вэй У Сянь толкнул его плечом, тут же растеклась по телу, вызывая болезненное и чуть опьяняющее чувство. Ванцзи избегал прикосновений, да. Но при том ни один человек не вызывал в нем такого мучительного ощущения!

Он из упрямства остался стоять на месте, игнорируя близость этого беспутного малого. Как только его сюда занесло? И вот именно в час, когда Ванцзи нужно было поработать здесь!

— Петроглифы, – неохотно проговорил он. – Отодвинься.
Он снова поднял дощечку не уровень рисунка, пытаясь воспроизвести линии со скалы.

(Лис)
Этот юноша столь настойчиво просил его уйти, что Лис окончательно убедился, что он хочет противоположного.
- Ну, как скажешь, - Лис развернулся, махнув рукавом, позволяя юноше вдохнуть исходящий от него свежий аромат и сделал несколько шагов, оказавшись за спиной у заклинателя, решительно делая вид, что собрался уходить. Но в последнюю минуту схватил за край ленты и резко дернул, на ленте, очевидно, были чары, но Лису не составило труда их сломать и стащить полоску ткани с заклинателя. Он не знал смысла ленты для Ланей, но считал игру с лентой неплохим способом флирта.

(Ванцзи)
"Вэй У Сянь!" – от такого надругательства Ванцзи онемел и его крик был совершенно безмолвным.
Не изав ни звука, не потеряв времени, чтобы аккуратно положить дощечку для письма и карандаш, – они полетели в траву, – Ванцзи развернулся с гневным выражением на лице (заметным разве что Лань Хуаню). Его реакции, помноженной на ярость, могла позавидовать любая змея, – человек не заметил бы движения, каким Ванцзи тотчас схватил обидчика за запястья.
"Второй раз!" – его глаза застилала пелена, но сколько в ней было ои гнева, а сколько от смятения, не сказал бы и сам Ванцзи. Второй раз, – как можно это оправдать незнанием?
Что значит эта настырность?
Что?!
Его рефлекторным движением было дернуть Вэй У Сяня за руки к себе, вплотную, так близко, чтобы ясно посмотреть ему в глаза.

+1

4

[nick]Niè Míngjué[/nick][status]ББ[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/37/621808.jpg[/icon][quo]гнев[/quo]хундунь-экспресс
Вот теперь он действительно готов впасть в бешенство!!!
Как только Хуайсан умеет так выбрать самое неудачное из всего неудачного? Лучше бы и впрямь ткнул в них с чудовищем саблей, - даже если бы попал не в того, можно было бы использовать ее как что-нибудь, а теперь... Впрочем нет, глава ордена Не не раздумывал над тем, что его младший кровный брат сделал хорошо, что - плохо, а за что ему следовало бы переломать руки (и ноги) - сладостные мысли, но не тогда, когда раненый и еще более яростный в своем гневе и стремлении убраться подальше от веревки божественного плетения зверь сшибает тобою деревья. И надеяться на то, что он решит обернуться и гоняться за Хуайсаном, который болтается где-то там за спиной как собачий хвост, чтобы его, наконец, растерзать, можно, конечно, но одновременно совсем не по-братски (Минцзюэ почти становится стыдно за эту мысль) и очень глупо. Остается только надеяться на то, что младшему брату достанется изрядно деревьев (и веток), на то, что у него хватит ума разжать руки...и на то, что шерсть у хундуня крепкая и по осени не линяет.
Не Минцзюэ клацает зубами на очередном столкновении со стволом довольно большого дерева (и хорошо, что не сучком в глаз!) и перехватывается второй рукой, загребая хундуневу холку покрепче - для того что он задумал, пригодились бы две целых руки, но двух у него нет - есть целая правая и основательно погрызенная левая, так что и выбор невелик. Правильнее всего сейчас было бы рубануть чудовище по открытой спине и в затылок, да только тогда оно непременно сдохнет, а он (в этом было почти стыдно себе признаться) на самом деле действительно старался тварюгу угробить не до конца. Вдруг, ну вдруг в этот раз его младший брат предлагает что-то действительно дельное?
Впереди как раз видится полянка и глава Не, перестав соударяться с деревьями и не сильно вглядываясь в белое пятно впереди, бросает себя вперед, захлестывая тварь поперек горла, а после и перехватываясь другой рукой в захват.
Больно. Терпимо. Дерево.
Даже просто медведя задушить насмерть совсем непросто, но... если эту тварь хотя бы основательно придушить, это же и будет то самое "недоубей", которого Хуайсан так просил?

Подпись автора

война - дело молодых, лекарство против морщин
memo ||| self

Кто кроме Вэней? (С) Не Минцзюэ

+1

5

Шум где-то поодаль в лесу вдруг приобрел громкость и силу, сравнимые со стихийным бедствием. Грохот, зародившийся в глубине леса, накатил на поляну с такой силой и скоростью, что уже это создавало острое предчувствие угрозы. А кроме того - все чувства Ванцзи уже давно предупреждали его об опасности, но его внимание было отдано Вэй Ину, и он попросту пренебрег ощущениями. Пока рухнувшее не далее, чем в ли дерево не породило ударную волну, и уже рефлексы Ванцзи сработали, без ожидания сознательной реакции.

Сработали странно.
Он отпустил одну руку Вэй Ина, обхватил его за талию, поставил за собой и развернулся так, чтобы оказаться между возможной угрозой и этим несносным по фамили Вэй.
А?..
Ошеломленный собственными действиями, Ванцзи помешкал, прежде чем выпустить из руки и вторую руку Вэй Ина, - но Бичэнь уже держал обнаженным.
На дальнем конце поляны появился ..мгмм… верховой?..
..глава клана Нэ.
В сопровождении летящего брата.

Эти охотничьи угодья принадлежали ордену Цинхэ Нэ, а серы-зеленые с золотом одежды были великолепны и расшиты клановыми узорами, так что даже не видя лиц, можно было предполагать, кто в них одет.
Ездовое же животное не имело опознавательных знаков или хотя бы сбруи, так что принадлежать оно могло и клану - и самому себе. Второе, пожалуй, было вероятнее. А то, что Чифэн Цзюнь выбрал его для поездки, ну…
Это Чифэн Цзюнь.

Вот только поездка выглядела слишком поспешной, и Нэ Хуайсан как-то не очень в нее вписывался, влекомый на веревке вслед за старшим братом, то по воздуху, то по кочкам и корягам… На сияющей веревке божественного плетения. Бичэнь мог бы ее рассечь, но в самом ли деле это было бы уместно?

Вмешиваться в семейные дела было бы крайне невежливо, к тому же Ванцзи с острой силой осознал, как постыдно он выглядит - лишенный ленты.
Он хотел было потребовать ее или отобрать силой назад у Вэй Ина, когда Чифэн Цзюнь со всего маху вломился вместе со своим ездовым животным в ближайшее дерево на краю поляны.
Неа. Точно не лесоповал. И не выездка. И точно - не попытка приручить неведомое нечто.
Ванцзи отправил Бичэнь в полет, чтобы перерезать веревку, - а сам прыгнул через поляну, пытаясь понять, что за зверя он видит. Не собака, не волк, по размерам скорее - медведь, но для медведя выглядит слишком монструозно и разит запахами, нормальному зверю никак не подходящими.
Сконцентрировав внимание на кончиках поднятых перед лицом пальцев, Ванцзи прорисовал “Усмирение” за долю мгновения до того, как прыжок вынес его прямо к морде зверя.
Тут же сжав пальцы в кулак, с энергией, вложенной в символ усмирения, он заехал левой прямо по носу зверя. По мягкому черному влажному носу, широкому и горячо подрагивавшему в возбуждении.

Бичэнь уже вернулся в протянутую в его направлении правую.

“Вэй У Сянь! Ну только посмей запачкать ленту!..”

+3

6

Это было почти весело, не будь так страшно, местами больно и беспокойно за раненого брата. Хуайсан несся замыкающим звеном в этой странной связке и ни за что не хотел отпускать веревку. Если он потеряет дагэ в этом лесу, время, потраченное потом на поиски может дорого обойтись.

Сейчас второй господин Нэ уже не думал о хуньдуне, о том, как ценна его желчь. Важнее было здоровье старшего брата. Вот в такие моменты и расставляются приоритеты по своим местам.

Одной рукой Хуайсан крепко сжимал конец веревки божественного плетения, а второй пытался прикрывать голову от столкновения со стволами деревьев, и глаза — от встречи с чуть ранее обломанными ветками. Не хватало еще ослепнуть и доставить этим неприятности Минцзюэ.

Конечно, об этом он сейчас не думал. Мысли об этом придут чуть позже, когда Нэ Хуайсан будет вспоминать сумасшедшую скачку-полет следом за старшим братом, намертво вцепившимся в холку совершенно осатаневшего от страха монстра. Еще бы — зверь и не предполагал, что в этом лесу могут водиться хищники опасней его самого. А вот будьте-нате!

Гонка кончилась внезапно на открытой небольшой поляне. Что случилось с крепкой веревкой  младший Нэ понял далеко не сразу. Сначала он по-инерции пролетел вперед, потом обнаружил, что свалился сверху на Минцзюэ, который в свою очередь свалился на кого-то в белом одеянии с вышитыми облаками Гусу.

Ну конечно, кому и быть здесь, как не прославленному Второму Нефриту клана Лань! Как же там гласит пословица про него? Где творится беззаконие… или нет. Где свирепствует нечисть… Опять не так! Видимо, Хуайсан, все-же крепко приложился своей умной головой о дерево, и из нее все напрочь повылетало.

Первым делом он сам слез с этой импровизированной живой пирамиды. Потом помог сесть дагэ на землю. Осмотрел, ощупал его на предмет серьезных ранений, не обращая внимания на привычные бурчания, что с ним все в порядке и «убери свои руки, Хуайсан!». Кроме кошмарных следов зубов на предплечье и ушибов-ссадин тут и там, вроде, все действительно было в порядке и даже кровь не лилась рекой (нажатия на несколько точек оказалось достаточно, чтоб унять ее). Умирать прямо сейчас дагэ не собирается.

Что-то было не так с Лань Ванцзы. Гораздо более не так, чем может быть с сильным бессмертным заклинателем только что пережившим падение на него двоих других заклинателей… Повнимательней присмотревшись, Хуайсан понял, что его озадачило: на Ханьгуан-Цзюне не было ленты!

- Здравствуйте, уважаемый господин Лань Ванцзы! - младший даже смог подняться, отряхнуть с одежд пыль, кору, листья и учтиво поклониться, приметив у своих ног тонкую белую ленту с клановым облачком, к счастью не особо помятую и даже чистую:
- Это, кажется, ваше? Простите, видимо, она слетела, когда мы… Когда вы…
Он поднял ленту и почтительно, двумя руками протянул ее Нефриту. Пальцы при этом он обернул тканью рукавов.  Все-таки три года, проведенные в Облачных Глубинах оставили в памяти информацию о том, что лента — священный атрибут адептов Лань, и касаться ее дозволено только самым близким.

Отредактировано Nie Huaisang (Понедельник, 21 декабря 07:16)

+3

7

[nick]Niè Míngjué[/nick][status]ББ[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/37/621808.jpg[/icon][quo]гнев[/quo]Очень даже попытка. Приручить.
Схватить обгрызенными несчастным осчастливливаемым руками, показать, кто тут сильнее и не отпускать до смерти, упорно наставляя на путь истиный. С переменным успехом и превозмогая летящие в лицо сучки, задоринки и прочие тяготы.

Поэтому он-то как раз думал почти исключительно только о том, как добыть этого самого хундуня живьем, а не трупом, что было бы, конечно, проще (и правильнее), но, похоже, не совсем верно. Так что во второго молодого господина Лань (только о том, в кого именно он врезался Чифэнь-цзунь узнает значительно позже, уже отскребшись от трофея, земли и брата) он свою добычу врезал практически случайно, в попытке развернуть несущегося зверя на ходу, - ведь адепт Гусу Лань, скорее всего, ничего про "недоубивать" слушать не будет, и вся скачка по лесу получится зря. Из поворотных механизмов при себе была у Минцзюэ нога (не выдержит), Бася (до которой еще дотянуться), и сам подпридушенный хундунь, которого глава Не на скаку перехватил за брылястую губу раненой рукой и изо всех сил дернул, сам смещаясь вправо. Сам он, стой он там, впереди, с мечом, несомненно шагнул бы от несущегося монстра левее, оставляя справа от себя место под замах сабли, потому и разворачивал чудовище оттуда, но...

В каких-то аспектах встреченный им адепт прославленного ордена был куда тверже дерева, поэтому столкновение вышло жёстким, вышибающим из груди дух и высекающим искры из глаз. Хуже всего пришлось хундуню... Потом - правому колену. Не Хуайсану же грозило прийтись "хуже всего" дома, особенно если тот немедленно не перестанет мешать брату связывать добытое чудище останками веревки божественного плетения. И не объяснится... И... Ах да, вежливость.
Чифэнь-цзунь поднимает на брата очень мрачный взгляд, - в такие моменты он практически взбешен тем, как тот делает из поля боя залу с веерами и чаепитиями, почти что заставляя его самого чувствовать себя не на месте, и поднимается на ноги. Злость вскипает в нем, заставляя лицо темнеть от гнева, но слова наружу не вырываются. Да и чистить себя он почитает бессмысленным - его щедро украшенные землёй, кровью, слюнями хуньдуня, а местами порванные и изгрызенные одеяния не станут пристойнее, если стряхнуть с них пару налипших листков. А ещё он не торопится здороваться, не желая делать странно-неловкое положение внезапно встреченного ещё более неловким - пусть с этим разбирается младший брат - вместо этого он неторопливо обматывает неприлично обгрызенное предплечье длинным и относительно чистым лоскутом, некогда бывшим куском его же рукава.

Подпись автора

война - дело молодых, лекарство против морщин
memo ||| self

Кто кроме Вэней? (С) Не Минцзюэ

+3

8

Цзяо Хуа не был фанатом сражений и столкновений лоб в лоб - он умел драться, но дрался только тогда, когда имел с этого какую-то выгоду. Как только он почувствовал опасность, то юноша, над которым он решил пошутить, задвинул его за спину. Очевидно, тот, чей облик он принял, все-таки был ему важен. Лис усмехнулся про себя, но ничего не сказал. Спрятавшись сначала за чужой спиной, он потом и вовсе метнулся в лес, заняв удобное место для наблюдения.

А посмотреть было на что! Лис тихо усмехнулся. В самом деле, какие смертные все-таки интересные - что ни день, так придумают что-нибудь новое. Единственное, что расстраивало - факт утерянной при побеге ленты. Цзяо Хуа с некоторым разочарованием смотрел на то, как другой юноша отдавал ленту объекту его насмешки.

- Приветствую, - юноша все еще не в своем облике вынырнул из чащи и подмигнул того, кого назвали Лань Ванцзы. Теперь он знал его имя. Тем лучше, - меня привлек шум, что же у вас такого случилось?

Цзяо Хуа держался поближе к Лань Ванцзы, делая вид, будто до этого не он сорвал с него ленту и вообще проходил мимо и столкнулся с ним буквально только что. Это казалось ему веселым. И все-таки стоило быть внимательным - он не был уверен, какой уровень знакомства у всех присутствующих, а он лично знал о них всех не слишком много. И уж тем более не так уж много знал о том, чей облик принял.

[nick]Jiao Hua[/nick][status]само коварство[/status][icon]https://i.imgur.com/PGvHFPU.jpg[/icon][quo]лиса не скажет правды, лиса не скажет ложь.
без хвоста ты лису не поймешь.[/quo]

+3

9

"А по виду, он совсем не такой тяжёлый", – Ванцзи грустно поправил одежду и украдкой потёр грудь. Прямое попадание главой Нэ в корпус оставило не сразу изгладимый след, да ещё этот пень, вцепившийся в подол его чан свежим расщепом и так оголодало загрызавший вышитый шелк, что впору было ему милостыню подавать.
Пень тоже был делом рук… или не рук, главы Нэ, когда тот, обнимаясь со зверем, выломал деревце с такой силой, что ствол отлетел куда подальше – и поступил очень разумно.
У Ванцзи, пойманного пнём, такой светлой возможности не оказалось. Теперь он постарался выцарапаться из-под непристойной кучи-малы, не травмируя хотя бы одежду и не порвав вышитые белым по белому защитные заклинания.

А кроме того - зверь! Ведь вся эта суматоха завязалась из-за него. Если Ванцзи верно опознал тварину по довольно неправдоподобным картинкам в учебнике, этот пёсий бастард мог быть хуньдунем, редчайшим существом для здешних мест.
И возможность изучить такой раритет от них чуть не ускользнула. Акробатика в трио с братьями Нэ никак не сто́ила потери трофея, – падая, Ванцзи вцепился монстру в шкуру, но если бы не проворство главы Нэ, ни эта дохлая попытка, ни заклинание, обескуражившее зверя, надолго бы не помогли.

Выбравшись из-под зверюги и обоих братьев Нэ, Ванцзии оглядывался в поисках негодного Вэй У Сяня – да с того станется в одиночку найти новые приключения, пока другие пересчитывают свои и чужие руки-ноги, – когда младший господин Нэ со всей деликатностью напомнил герою, что он, простите, можно сказать, красуется без штанов. И даже того хуже.

"Вэй У Сянь!" – Ванцзи только что паром из ушей не исходил, как кипящий чайник, с благодарностью принимая из рук Нэ Хуайсана то, что не должно было вообще ни в чьи руки попадать. Он был искренне признателен Хуайсану за ту деликатность, с какой тот держал ленту через шелк рукавов, не касаясь.
И искренне хотел взгреть Вэй У Сяня!
Но куда того унесла нелёгкая, если он даже ленту уронил?

Тревога не успела зацепить Ванцзи, когда ее объект уже подал голос.
" Вэй У Сянь!.."
Если тот способен говорить таким игривым и легкомысленным тоном, о чем тут было беспокоиться!
Сняв с ичана мелкие крошки трухи, Ванцзи демонстративно проигнорировал этого, по фамилии Вэй. Он не обращал внимания на главу Нэ, пока тот не привел себя в относительно достойный вид, и лишь затем приветствовал его поклоном.

— Глава Нэ.

К этому моменту обсыпанный спелыми красными ягодами, сбитыми им с кустов вокруг, и обвитый золотистой веревкой бессмертных, медвепёс выглядел неким жертвенным подношением. Ванцзи отыскал в траве свои записи и кисть и вернулся к хуньдуню.

— Известно, что его создало? – он быстро зарисовывал зверя, ценнейшие наблюдения, чтобы затем передать их в библиотеку, и мучительно подыскивал причину, чтобы глава Нэ позволил понаблюдать за существом прежде, чем его прикончит.

+2

10

[nick]Wei Wuxian[/nick][quo]Зачем живому волноваться о загробной жизни?[/quo][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/38/908487.jpg[/icon][nick]Wei Wuxian[/nick]

Скукотища. Подремав немного на ветке столетнего дерева, свесив одну ногу, а другую уперев в один из бесчисленных наростов коры, он и колчан стрел за спиной ловко пристроил так, чтобы не ощутить позже мучительную боль затекшей спины.

Вдаваться в подробности, почему сын главы Ордена и лучший ученик Ордена в нарушение запрета оказались здесь, в чужих угодьях, увы, рано. Но Цзян Чэну в их паре заклинателей из Юнь Мэна предстояло, по их договору, возвысить здесь собственные успехи.

Вэй Ин же мог, наконец, заняться чем-то кроме стрельбы по воздушным змеям в резиденции Лотоса. Последние месяцы это было единственным его развлечением - как тут не затосковать?
Неудивительно, что за эту возможность выбраться и попереть силу приказа Ордена Ци Шань Вэнь он ухватился, словно Не Хуайсан за верёвку божественного плетения.
Смысл сего сравнения стремительно приближался со скоростью зверя, но об этом позже.
Сейчас, в дреме, его мысль путешествовала смелее, чем он сам - и прошмыгнула в Гусу, за вином местных умельцев - “Улыбкой императора”. Было бы хорошо оказаться в городке без необходимости возвращаться через стену в Облачные Глубины. Тут мысль, кажется, подвергается какому-то магическому воздействию, потому что её несёт в резиденцию Гу Су Лань. К зануде, что сидит в библиотеке у окна, отделяемый от мира разросшейся магнолией, и с нечитаемым выражением лица смотрит на кролика, оставляющего чернильный след лапок на дорогой бумаге.
Во сне губы сразу трогает улыбка, а смех так и рвется из груди.

Учиненный шум - рёв зверя и треск дерева, крики заклинателей разбудят не то, что живого, разбудят и обратят в лютого мертвеца мёртвого. Ловкость и удаль не дают ему в одночасье свалиться с ветки. Руки ловко перехватывают насест, ствол, и вот уже он на быстрых ногах оказывается на позволительном для наблюдения расстоянии.
Частью его обещания брату было оставаться незамеченным и, в случае чего, также вытащить из любой угрожающей разоблачением заварушки (иначе бед, которые навлекут на клан эти двое, будет что звезд на сумеречном небе). Что бы это ни было, а выяснить было надо немедля, на опасность вполне претендовало. И остаться незамеченным.

Картина перед его глазами не то, чтобы библейская, но от хохота могла бы сотрястись чаща, не зажми он себе рот.
Нарушителей порядка оказалось трое: собственной персоной глава Ордена Не, старший брат Не Хуайсана Не Минцзюэ, похоже, увечный; сам Не Хуайсан, стоявший между братом и ещё одним нарушителем - нефритом клана Лань; и, наконец..
Дальше глаза стоило бы потереть после дрёмы. И ещё раз потереть и промыть, для верности, в холодной речной воде.
Нарушителей порядка четверо. А четвертый - он, собственной персоной. Стоит рядом с Лань Ванцзи перед обморочным хуньдунем, да так близко, как стоял бы он сам в Источнике “поближе к воде потеплее”.
Сейчас он рассматривал себя с позиции художника, к которому вместо подлинника его лучшей картины попалась изящная, но простодушная подделка. Подделка, однако, незаслуженно занимала самое видное место в картинной галерее.

Стоя в тени раскидистого дерева в наступившем полумраке юный заклинатель перебирал варианты существ, способных детально принять человеческий облик, пока ум не осенила случайная догадка, а следом на ум пришло и то, что планом назвать нельзя.

Раз уж он и так попался остальным на глаза, то уж лучше попадётся он настоящий - велика ли разница теперь в разоблачении одного факта его присутствия?
Выбрав момент, когда Хуай Сан-сюнь повернётся к брату, Лань Ванцзи, недописавший зарисовку, сосредоточится на очередном беглом штрихе, Усянь, наконец, выходит на широкое пространство прямо перед ним и освобождает Суйбянь из ножен.

“Лань Чжань, разве я поздоровался бы с тобой, не называя твоего имени?”

Суйбянь был совершенен в скорости, но не в мощи - здесь её было, хвала небесам, не нужно.
Юноша делает движение рукой, заставляя меч влететь прямо между Лань Ванцзи и вторым Вэй Усянем. Выполнив задачу заставить отпрыгнуть стоящую слишком близко копию его владельца, меч вернулся обратно, на расстояние между Вэй Ином, Лань Ванцзи и оборотнем, поднялся под углом небесного зеркала, отражая поначалу в себе только луну и звезды. Здесь нужна была особая тонкость движения - на расстоянии ясно показать отражение лисьего облика Хули-цзина в момент, когда нефрит готов воспринимать, а не атаковать невесть кого.

“Посмотри туда, первый молодой господин Лань!”

Второй рукой он указывал на лезвие собственного меча, повисшего, наконец, в воздухе поперек и ещё наскоро выбирающего угол отражения. Тени неоткуда было взяться, значит оставалось только одно - отразить.

Отредактировано Xie Lian (Суббота, 2 января 10:28)

+3


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Лисы, камни, две стрелы