Добро пожаловать на форум!

АМС: Лань СиченьЦзян Чэн

Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong

Ждём: Цзинь Цзысюань, Лань Цзинъи, Не Минцзюэ, Лин Вэнь



«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо




The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Альтернативное » Божественная комедия


Божественная комедия

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.ibb.co/4175jhm/D9-LTl19-XYAUQbm-V.jpg
БОЖЕСТВЕННАЯ КОМЕДИЯ
Благословение небожителей | Магистр Дьявольского культа

Женщины бросали к ногам генерала Мингуана сердца, одежды, дары. Иногда даже артефакты, оружие или земли. Непонятную растительность в тяжеленном горшке - первый раз. Неприятное разнообразие.

Или сказ о том, как в легком подпитии генерал Мингуан темное железо у семьи Вэнь на спор воровал.

+3

2

Размышляя философски - нехороших дней не бывает. Они неизменно сменяют друг друга, и все что меняется - лишь субъективная их оценка. Следовательно, если изменить точку зрения и перенести акцент на иные события произошедшие за день - то и день из плохого станет хорошим. Нужно только постараться.
Этим Вэнь Цин и занималась - вытянувшись на постели в струнку, уложив руки поверх покрывала и закрыв глаза, она со всем тщанием искала хоть что-то, что сделало бы из паршивого дня, хотя бы сносный. И чувствовала, что терпит унизительное поражение.
День не задался с самого утра, когда она выяснила, что дядя заслал А-Нина, вместе с толпой таких же как и он зеленых адептов, в леса подле Безночного города, дабы они погоняли там всякую мелкую жить и нежить. Цин мысленно скрипнула зубами, но возразить не посмела - мелочи действительно стоило тренироваться не только на соломенных чучелах, но и на живом - или не совсем живом - противнике. К тому же с ними были отправлены и взрослые опытные заклинатели - и присмотреть, и прикрыть и по рогам непрошеным гостям надавать, если понадобится. Или не по рогам, а потому, что те подставят. Вот только на сердце все равно было не спокойно - за братом она предпочитала приглядывать самостоятельно. Дядя это прекрасно знал, и дяде это очень не нравилось.
Ближе к полудню Цин умудрилась схлопотать от учителя Шаня выговор за невнимательность и рассеянность - на этот раз, ради разнообразия, заслуженный и была отправлена в хозяйственный чулан перемывать горшки, котелки, ступки, бутыльки и плошки - все то, что так необходимо держать в идеальной чистоте любому уважающему себя аптекарю. Цин с остервенением оттирала утварь до самомого вечера -  пока учитель Шань, смилостивившись не отпустил ее ужинать, наказав переписать к завтрашнему занятию четыре главы из трактата о травах, вместо уже привычных двух.
Цин надеялась, что к тому времени как она закончит, вернется А-Нин, и они поужинают вместе, но как выяснилось Ночная охота не просто так зовется таковой, и ожидать их стоило в лучшем случае к утру. Так что ужин был не только холодным, но и безвкусным от унылого одиночества и внезапно накатившей свинцовой усталости.
И в довершении всего - сон не шел. Как Цин не подманивала его, как ни уговаривала - спать не хотелось совершенно.
Цин вздохнула и открыв глаза, села на постели, обняв руками прижатые к груди колени. Держать при себе настойки ей не разрешали. Точно так же, как и готовить их самой, без надзора. Ей это казалось странным, но таковы были правила, установленные учителем. Но выращивать у себя в комнате травы ей не запрещалось. Цин подозревала, что отсутствие этого запрета было напрямую связано с тем, что она об этом своем увлечении не особо распространялась. На широком каменном подоконнике в разномастных горшках у нее росли мята, шалфей и ромашка - то что ей удалось тайком протащить к себе в комнату. А может - что ей дали протащить. С дядей Жоханем никогда нельзя было быть ни в чем уверенной.
Она встала и подошла к окну. Пусть ей нельзя смешать хорошего снотворного, но мяту ту заварить ей никто не мешает. Глядишь, та и сон приманит...
Она успела сорвать несколько листиков, когда в окне показалась рука. Цин озадаченно уставилась на нее, пока та, пошарив по подоконнику белой - чуть ли не светящейся в ночи - кистью, ткнулась пальцами в горшок с ромашкой и попыталась столкнуть его с края.
Это оказалось последней каплей.
Мало ей паршивого дня, унылого вечера и бессонной ночи, так еще и на ее любовно взращенную грядку покушаются! Цин не знала, кто выбрал такой изощренный способ самоубийства - залезть к племяннице Вэнь Жоханя ночью в окно, и знать этого и не хотела, но мириться с подобным не собиралась. Она и так слишком много всего терпит! Сколько можно то?!
Обхватив пузатый горшок с шалфеем, она отступила на пару шагов назад, прижимая его к груди, и когда на фоне окна вслед за рукой показалась чья-то голова - явно мужская, судя по прическе, а за нею и широкие плечи - от всей души, опустила горшок незваному гостю прямо на темечко. Горшок треснул, осыпая плечи вторженца комьями земли, и тот глухо охнув, кулем свалился с подоконника в комнату прямо ей под ноги.
Цин опасливо отшатнулась, больно стукнулась коленкой об угол стола и не глядя схватила с него весьма увесистую курильницу. Любому нормальному человеку и горшка хватило бы с лихвой, но... Но нормальный человек к ней в окно не полез бы.

[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/001a/b5/3f/29/758433.jpg[/AVA]

Отредактировано Wen Qing (Воскресенье, 6 декабря 13:47)

Подпись автора

Ей жить бы хотелось иначе,
Носить драгоценный наряд...
Но кони — всё скачут и скачут.
А избы — горят и горят...

+1

3

Ночь была из тех, которые грешно не описать в мемуарах лучшего, согласно рейтингу небожителей этого года по версии совершенствующихся Чанъани, из северных богов войны. И лучшего, вопреки досужим сплетням завистников, вовсе не потому, что единственного, конечно. Впрочем, и по этой причине тоже.

Но мы отвлеклись. Вернемся к сегодняшней ночи. На темно-синем бархате неба щедрой рукой были рассыпаны яркие звезды. Надрывно стрекотали цикады. Еще не подёрнувшиеся позолотой клены шептались о своем, о древесном. Возможно, они возносили молитвы о защите небожителям, зная, что на Верхних небесах сегодня стихийный праздник. Источником его, к слову, стал все тот же сборник рейтингов, в котором небожители соседствовали с заклинателями этого поколения.

Впрочем, источником для торжества части небожителей стал не весь сборник, а та фривольная его часть, в которой составитель сравнивал габариты… то есть, конечно, размер природных достоинств ныне живущих и успешно вознесшихся. Тут следует уточнить, что на протяжении последних трех сотен лет список возглавлял Генерал Огромный Член! Причем, с течением времени его победоносный отрыв лишь рос: составителями сборника его габариты из года в год увеличивались - видимо, чтобы публика не привыкала, или, привирая, не перебила начальную ставку.
И вот, в этом году, внезапно и абсолютно заслуженно, генерала Наньяна подвинули. И не на второе, а сразу на третье место. И сделали это два несомненно выдающихся нефрита одной семьи.

Чем не повод для бурного обсуждения с проверкой фактов, плавно переходящего в жаркий спор, перетекающий в буйную пьянку с предсказуемыми последствиями?

Последствия, к слову, и привели пребывающего в приятном состоянии далеко не легкого подпития генерала Мингуана в мрачное место под названием Безночный город.

- Серьезно, старина Пэй. Это плохая идея, - снова попыталась достучаться до друга через духовную сеть Линвэнь.

Сама она занимала почетное первое место в рейтинге самых здравомыслящих небожителей. Наверное, именно поэтому ее никто никогда и не слушал, в том числе - лучшие друзья.

- Ты должен делать то, что должен! Мы допустили распространение темной Ци Тунлу в мире смертных, нам и убирать, - напомнил ей речевку, породившую спор сегодняшнего дня, Пэй Мин.

- Да кто вам запрещает? Но ты даже пришел не ту…

Пэй Мин никогда не отличался терпением. В дни, когда его настоятельно ждали приключения, подавно. Поэтому он решительно заблокировал сеть…

Ну, как заблокировал. Архитектура сети духовного общения не давала конечным пользователям прав на внесение изменений: ты не мог закрыть доступ тем, кому выдал пароль от лички. Но мог поменять пароль. Некоторые ветреные личности делали это с завидной регулярностью. Старперы, вроде самого генерала Мингуана, практически никогда. Многим требовалось усилие даже для того, чтобы просто запомнить свой собственный пароль от лички, где уж тут взять решимость на перемены?

Почему же тогда “практически”? Потому что раз в год, иногда чаще, боги пили. Как и все, за что брались, они делали это со всей душой и страстью великих натур.
После этого несколько дней в духовной сети наблюдалось затишье, потому что дом Линвэнь в поте лица трудился над восстановлением и сменой паролей для тех, кто решил “уединиться”.

Тут следует отметить, что техническая часть процесса давно была поставлена на поток. Процедура занимала от силы пару минут.

Откуда тогда дни? К Линвэнь и ее младшим служащим всегда обращались одни и те же дебоширы. Почти все - в титулах генералов. Каждого Линвэнь еще на старте предупреждала, что идея, возникшая в их коллективном разуме, очень плохая.

В общем, отлучение от личных каналов было изощренным наказанием от Линвэнь.

Меняя пароль, чтобы назойливая подруга не портила удовольствие, Пэй Мин в глубине души понимал - об этом решении он пожалеет. Возможно, даже быстрее, чем думалось.

И все же генерал Мингуан никогда не отступал от своих решений.

К слову, пожалел он мгновенно. Карта, которая оказалась в его руках, по всей видимости была нарисована еще в эпоху династии Ся, не иначе. Даже сами горы изменили расположение. Да и территория, совсем иначе застроенная, видимо, поменяла название. Трезвому разуму Пэй Мина название “Облачные глубины” показалось бы не просто знакомым: он точно вспомнил бы, что за последние три дня пьянки они раз двести опрокидывали в себя вино во славу Облачных глубин, породивших два нефритовых сокровища разом.

Но разум Пэй Мина давно спал, и он легка списал чувство узнавания на то, что в прошлом своем наверняка слышал старое название этого места.

- Так, - коротко обозначил легкое затруднение в ориентировании Пэй Мин.

Окинул взглядом мрачную территорию и почесал растрепанную макушку.

Образ, выбранный им для ночной вылазки, был не слишком красив и тщательно продуман. Он был похож на любого из местных, и одежды были добыты клановые - загодя.

Слишком сложная подготовка для небожителя, который может ходить по миру смертных невидимым?

Пожалуй. Но здесь играл свою роль спор, который поставил Пэй Мина и Фэн Синя на условия простых смертных. Куски впитавшего темную энергию печи на Тунлу разрушенного артефакта они должны были добыть в телесной человеческой оболочке, не применяя божественные силы. 

Кто первый успеет, тот получает… к слову, вроде бы о награде за пари они так и не договорились. Какие, право слово, мелочи. Всем окружающим было ясно - самое важное тут, это - вызов себе и соревнование вне привычных условий.

Поэтому Пэй Мин не стал применять поиск. Он присел на обочине, изучая окрестности и полагаясь на интуицию.

Если бы сейчас его видела Линвэнь, она снова повторила бы свое коронное: “Это очень плохая идея, старина Пэй”. Но Линвэнь, пусть и видела, ничего сказать не могла, так как Пэй Мин уже отрубил себе личку. Не кричать же, честное слово, об очередном безумстве богов войны на всю сеть.

Хорошо замаскировавшегося небожителя остановили только пару раз, чтобы узнать откуда он взялся тут. Но к семье примыкало так много новичков, что подозрения сын семьи Фэн не вызвал. Направление Пэй Мин выбрал, следуя интуиции и зову сердца. На самом деле, если честно, ему показалось, что в окне мелькнул хрупкий восхитительный силуэт, и сработали застарелые инстинкты. Как старый конь, который давно не портит борозду, но идет ровно к одной цели, Пэй Мин выбрал проникновение в окно. И получил заслуженные цветы, но без аплодисментов.

Последний раз генерала Мингуана били… очень давно. Если честно, получивший радикальный удар горшком, - слава богам, не ночным, - по голове Пэй Мин и имя свое не сразу вспомнил. Он честно пытался увернуться от агрессивной красотки. Точнее, от флоры, которую та надела на его голову. Но, кажется, сделал только хуже. Тело слушалось непривычно плохо, и он получил по виску так, что кровь залила один глаз, а в ушах зашумело.

Сил хватило, чтобы все же перевалить через подоконник и не украсить своей великолепной тушкой местные дороги.

- Самодура тебе в братья, - ругнулся Пэй Мин и распластался у ног красотки.

На самом деле, он успел лишь рассмотреть маленькую ножку под подолом, длинные тонкие пальцы, не испорченные крестьянским трудом, и выраженную талию. Но некрасивых женщин не бывало в этом мире. Ладно, если исключить Ши Уду в женской форме, конечно. Пэй Мин до сих пор не понимал, что с ним было не так.

- Не бейте меня, я вам пригожусь!

Должно было прозвучать решительно, уверенно и располагающе. Но Пэй Мин был немного пьян, а теперь еще и мозги в голове перевернулись от удара. Кажется, он что-то прошипел, пробулькал и прошепелявил. Пришлось приподняться, решительно сесть. Вздохнуть и спросить:

- Травы…

Ну, не спросить. Силы закончились на самом начале вполне разумной для пьяного небожителя фразы: “Травы точно так используют?”

Зато первый осмотр принес успокаивающую мысль: девчонка была невероятно красивой. Гибкая, как и положено юным заклинательницам. Чернобровая, черноокая. С густой копной волос. С яростным взглядом.

Позволить убить свое контролируемое земное воплощение такой крошке - не поражение, а подвиг.

Отредактировано Pei Ming (Воскресенье, 6 декабря 11:13)

+2

4

- Благодарю, но это место уже занято, - огрызнулась Цин на пожелание весьма сомнительного родства и половчее перехватила курильницу.
Вид ночного визитера - припорошенные землей плечи и стебель шалфея печально повисший на правом ухе, немного смирил боевой пыл, сподвигнувший Цин на горшкоприкладство. А последующие слова, так и вовсе заставили озадачится. Как она ни старалась, а найти применение пьяному - а теперь еще и ушибленному на голову - любителю лазать ночами в девичьи окна не находилось. Разве что отправить намывать ненавистную утварь, но с этим она уже справилась.
Цин прищурилась и слегка наклонилась, пытаясь понять какому клану принадлежит ушибленный. Света луны явно не хватало для детального осмотра, а то что бросалось в глаза, больше озадачивало, чем что-то проясняло. Знания Цин о порядках в других кланах были довольно поверхностными, но даже их хватало, чтобы понять - последнее что можно ожидать от адепта Гусу Лань, так это пьяных ползаний по стенам. Чем вообще ему так приглянулось именно ее окно? Чего хотел в нем отыскать?
- Травы... - словно услышав ее мысли обозначил свой интерес страдалец и попытался выпрямится.
Спросить за какими демонами ему понадобился ее скромная грядка, Цин не успела. Голова гостя безвольно склонилась к плечу являя темное пятно на виске, заплывающий глаз и почти черные в лунном свете потеки спускающиеся до самой шеи.
Знатно она его приложила. Сразу видно - от всей души. Хорошо что голова оказалась на порядок крепче горшка, а то было бы уж совсем неловко.
- Может стоило обратиться в аптечную лавку? Там выбор побольше будет...
Цин вздохнула и аккуратно поставила курильницу на стол - недалеко, чтобы можно было быстро ее схватить если что.
- Ваша рана скверно выглядит. Я могу о ней позаботиться, - она осторожно шагнула вперед. - Вы только не шевелитесь, хорошо? Не хотелось бы случайно упокоить вас ромашкой.

[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/001a/b5/3f/29/758433.jpg[/AVA]

Отредактировано Wen Qing (Пятница, 15 января 19:10)

Подпись автора

Ей жить бы хотелось иначе,
Носить драгоценный наряд...
Но кони — всё скачут и скачут.
А избы — горят и горят...

+1


Вы здесь » The Untamed » Альтернативное » Божественная комедия