https://i.imgur.com/x7JjDyr.jpg
ШИ УДУ
Благословление небожителей.

Небожитель. Повелитель Вод. Прозвище "Водяной самодур", один из трех небесных опухолей. Веер, является артефактом, духовным оружием.


Ши Уду родился в семье богатого купца и являлся старшим из двух братьев, после рождения Цинсюаня был непомерно счастлив, как и родители, с детства любил младшего брата, однако семейная идиллия не продлилась долго. На дне рождения мальчика появился истинный Божок-пустослов, и хоть семье удалось на несколько лет отсрочить приговор, после гибели родителей вся ответственность по спасению брата легка на плечи Уду. Помощи от многочисленных родственников не последовало, и юноша самостоятельно отправился в бега, укрывая брата. Остановившись в небольшой деревушке, смог без особого труда добиться расположения духовного наставника и поступить на обучение, продолжая следить, оберегать Цинсюаня, пряча его ото всех. Ши Уду понимал, что для решения проблемы им необходимо вознестись, и как только такой шанс представился он им воспользовался. Сразу зарекомендовав себя на Небесах как достаточно сильного небожителя, с множеством храмов и последователей, сумел разузнать достаточно информации для обмена судьбами, и совершенно не жалея о содеянном вознес брата на Небеса, тем самым освободив младшего от проклятия Божка-пустослова.
Не просто так получил прозвище «Водяной самодур», учитывая характер является достаточно вспыльчивым божеством, однако многочисленность последователей и храмов, пройдённых двух Небесных кар, говорит о том, что Ши Уду действительно прекрасно справлялся, не только со своими обязанностями, но и с обязанностями младшего брата, является одним из самых влиятельных небожителей. Немногословен на публике, однако в компании Пэй Мина и Лин Вэнь ведет себя более раскрепощённо, не даром их прозвали тремя небесными опухолями. Как бы Ши Цинсюань не вырос, сколько бы не говорил о своей самостоятельности, Ши Уду старается его оберегать и постоянно следить за тем, чтобы тот не попадал в различного род неприятности, однако ему это не удается, действительно сильно любит своего брата.
- Совсем не против перекинуться в карты, азартные игры считает достаточно интересным времяпровождением. Ши Уду поистине весьма удачлив, что в картах, что в костях, что в целом по жизни.
- Пэй Мину и Лин Вэнь доверял, потому опухоли были прекрасно осведомлены о всех «грязных» делах друг друга, но в целом приятно проводили время, не забывая подначивать друг друга.
- Имеется синдром брата. Действительно любит и оберегает Ши Цинсюаня. Ради него готов пожертвовать абсолютно всем, даже собственной жизнью. В арке Черных вод с достоинством заставил Хэ Сюаня убить себя, вместо младшего.
- Поистине восхищается Хэ Сюанем, несмотря на то, что тот обыграл его. Весь план Черновода считает действительно чудесным, хоть в конечном итоге для самого Водяного тирана все закончилось весьма плачевно, однако и в этой ситуации смог уйти в выигрышном положении.
- Имея достаточно взрывной характер, прекрасно знает в каких ситуациях необходимо быть хладнокровным, расчетливым и отстранённым. Обладает острым умом, и прекрасно умеет им пользоваться.
- Честен и без увиливаний готов принять ответственность за свои поступки.
- Безумно раздражают выдумки последователей о том, что они с братом супруг и супруга. Как только видит подобное, злится невероятно.
- Скрипит зубами видя Ши Цинсюаня в женском обличии, понимает конечно, что так ему гораздо проще с концентрацией духовной энергии, но все равно терпеть не может.
- Веер является не только оружием, но и любимым аксессуаром.


пост

О потерях Саньду Шэншоу знает не понаслышке, за свою не столь продолжительную жизнь он успел похоронить собственный орден, мать, отца, дорогую сердцу сестру, и практически свое будущее, но к его нескончаемому довольству, взамен смог получить так же не мало. Пристань Лотоса под его главенством процветала, превратившись в настоящий военный орден, старший брат, хоть и идиотничал придумывая, какие-то новые техники, артефакты, периодически явно перегибая в своих экспериментах, но все же был всегда рядом. Цзинь Лин рос слишком уж сообразительным ребенком, капризным, и честно признаться избалованным, но столь явное сходство с родной сестрой, да и с ними в детстве, делало свое дело. Все шло своим чередом, ровно до этой ночи. А-Лин привычно отправился в свои покои, а Усянь решил остаться в ордене, такое происходило достаточно часто, потому все было спокойно.
Яркая вспышка, осветившая комнату, заставила главу ордена Цзян открыть глаза, столь яркая молния, данное явление было необычно даже для Юньмэна. Цзян Чэн приподнимается тут же, глядя в окно, на улице гробовая тишина, ни ветра, ни дождя, лишь глубокие узоры, расчерчивающие небо, и отвратительное предчувствие. Поджав нижнюю губу, Ваньинь касается плеча шисюна, чуть сжимая ладонь, силясь разбудить, как только глаза брата распахиваются он шумно выдыхает, даже без лишних слов понимая, что Усянь чувствует тоже самое. Обычно Цзян Чэн ощущает равномерный поток темной Ци, сейчас же, все ровным счетом наоборот, будто зарождается буря, способная снести все на своем пути. Это совершенно не нравится Ваньину и он, повинуясь этим ощущениям резко поднимается с кровати накидывает на себя ханьфу, не забывая кинуть и в Вэй Ина его одежду. Темный заклинатель дожидается брата и выходит на улицу, и именно в этот момент весь мир, так трепетно и тщательно создаваемым ими начинает рушиться, нет не в том смысле, как в романах или идиотских любовных песнях, в самом, что не на есть прямом смысле. Теперь молнии были везде, они ударяли с невозможной скоростью, рассекая уже не небесную твердь, а все на своем пути, землю, дома, тренировочное поле, Цзян Чэн хватает Усяня за руку и бросается в сторону покоев племянника, слыша его крики, но спустя мгновение на месте низкой, красивой постройки ничего не остается. Ваньинь скрипит зубами, шипит что-то, осознавая свою беспомощность, темная энергия более ему не подчинялась, как и все, что сейчас происходило вокруг. Как же он ненавидел подобные расклады, каждый гребанный раз надеясь, что больше ничего подобного не случится, но подумать ничего вразумительного Цзян Чэн не успевает, последнее, что он помнит перед полным исчезновением, это застывший в ушах предсмертный крик Цзинь Лина и крепкие объятия любимого брата.
Что он совсем не ожидал, так это открыть вновь глаза и увидеть, одновременно знакомый, и чужой потолок. Буквально подскочив с кровати Ваньинь вытирает от куда-то взявшиеся слезы, и оглядывается по сторонам. Место чем-то отдаленно напоминало его покои в Юньмэне, все в цвете родного ордена, одежда была хоть и не его, но слишком похожа, обстановка в целом была другой, будто он попал в свои воспоминания, будто в этой комнате спали не они с братом, а мать с отцом. Совершенно не понимая, что происходит, Цзян Чэн надевает фиолетовое ханьфу, поправляет Цзыдянь на пальце и неожиданно осознает, что чувствует Ци, не свою…совсем другой природы. Золотое ядро. Заклинатель ругается сквозь зубы и вновь садиться на расправленную кровать. Какого черта тут происходит, он точно помнит молнии, Цзинь Лина, Усяня, разрушенную вновь Пристань, и уж точно не помнит ядра в своей груди. Ваньинь вновь шумно выдыхает и поднимается на ноги, сначала стоит осмотреться, узнать хоть что-то, а затем уже строить какие-либо догадки и предположения. Возможно, это вновь неудавшийся эксперимент шисюна, или же артефакт, мало ли что на свете бывает, глава ордена Цзян успокаивает себя, подхватывает родной Саньду и выходит на улицу. Как он и предполагал, от его Пристани не осталось и следа, мостики, озерца с одинокими лодочками и никаких крепостей со сторожевыми вышками. Цзян Чэн скрипит зубами, находясь просто в бешенстве, кольцо искрится на пальце фиолетовыми молниями, он готов убить каждого, кто попадется сейчас ему на пути, лишь бы понять, что тут происходит

Отредактировано Shi Wudu (Вторник, 15 декабря 13:57)