Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong
Ждём: Цзинь Цзысюань, Лань Цзинъи, Хэ Сюань, Лин Вэнь

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Подавать холодным


Подавать холодным

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

https://i.ibb.co/WWmDPWB/22222.gif https://i.ibb.co/ZfBLKyy/11111.gif

Участники:
Сюэ Ян, Цзинь Гуанъяо
Место:
Башня Кои, Ланьлин
Время:
в шесть часов вечера после войны
Сюжет:
Я перестану ждать тебя,
А ты придешь совсем внезапно.

Тот неловкий момент, когда кто-то приходит, чтобы отомстить тебе за спасение Поднебесной от вэньской тирании

+3

2

Сюэ пробрался в Башню Карпа по крышам, оставив бдительную охрану в  блаженном неведении относительно столь опасного гостя. Сегодня ночью он совершит месть своему бывшему благодетелю за смерть своего же покровителя.

Ян не был отягощен излишними моральными принципами. Даже правильнее сказать – морализаторскими, поскольку, своя собственная мораль у него, все-таки имелась. И вот она его сейчас и вела к отсроченной цели – отомстить, а потом умереть, согласно данной клятве. Срок, на который отложена и месть, и исполнение клятвы – значения не имел, ровным счетом, никакого. Вечный Бродяга мог бы даже, пожалуй, явиться в ЛаньЛин открыто. Но зачем попусту тревожить благородных господ громким визитом? Еще пир на весь мир в честь этого Сюэ придумают закатить! Нет, он человек скромный.

Ян устроился на крыше покоев, в которых обитал бывший помощник Владыки Бессмертного по делам пыточным – Мэн Яо, а ныне народный герой и побратим двух других героев, официально признанный сын главы Цзынь – Ляньфан Цзунь, Цзынь Гуанъяо. Титулы – как побрякушки, считал Сюэ. Для того, чтоб тебя было слышно издалека.

Гость припас два кувшина вина, один он выпьет сейчас сам, считая звезды и ожидая, пока уляжется спать челядь. А второй – с Яо, своим старым другом. То, что тот убил Вень Жоханя, не делало их врагами. Однако Мэн Яо был в курсе о связи Владыки и этого бродяги. Значит, мог (и должен был) предположить, что рано или поздно Сюэ явится по его душу.

Выждав положенное время, Ян бесшумно спрыгнул на землю и запустил в окошко Яо конфеткой. Был риск, что народный герой поднимет шум, и призовет охрану. Тогда здесь будет много смертей сегодня. Но, отчего-то, проходимец Сюэ почти не сомневался, что его примут тихо и без лишней суеты. А риск он любил. Впрочем, как и старый-добрый Мэн Яо.
[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

+2

3

Всё, что попадало в клан Цзинь использовалось его главой так, как тот считал нужным. Людей это, конечно, тоже касалось, не в меньшей мере, чем вещей. В большей, быть может. Особенно тех людей, которые создавали обстоятельства, ставившие главу Цзинь в безвыходное положение.
К новому статусу и новому имени прилагалось много работы. Такой, которая больше подошла бы слугам, но это не имело особенного значения. Яо готов был к любой, чтобы доказать, что осознал, научился, стал полезным. И готов был выполнять ее хоть всю ночь напролет. Одну, другую, третью... Работы не становилось меньше, и кратких медитаций оказывалось недостаточно для восстановления сил. Иероглифы почти дописанного письма плыли перед глазами, и он обещал себе, что отдохнет, как только закончит. Одна палочка благовоний, не более того. Когда в чернильницу со стороны распахнутого из-за жары окна влетел какой-то камень, и темные, быстро расплывающиеся капли тут же украсили бумагу.
Гуанъяо окунул в чернильницу кисть, извлекая на свет то, что испортило письмо. Нет, не камень. Конфета. Разумеется, то, что ночной гость убил несколько часов его труда, не делало их врагами, однако тот должен был быть в курсе, что Мэн Яо убивал не только врагов. Ну конечно, он и был в курсе. Сюэ Ян немало знал о том, кого после Низвержения Солнца назвали героем, и некоторые детали, которые он знал, были не особенно... героическими. Яо тоже кое-что знал о босяке из Куйчжоу, и это должно было переполнять его страхом. Может быть, даже ужасом. Только те, кто так часто, как он сам, стояли в шаге от Владыки бессмертного, к ужасу привыкали слишком быстро, чтобы продолжать испытывать его в обычном состоянии. Впрочем, немного страха в голосе не помешает, и гостю должно быть приятно, главное - не переусердствовать.
- Зачем ты пришел?
Он, конечно, догадывался, зачем. Знал об этой трогательной клятве, больше подходившей не преданному слуге, а влюбленному. Правда, клятву Сюэ Ян не спешил исполнить до сих пор, и Гуанъяо уж было думал, что повзрослел и поумнел, ну или просто вцепился в кусок, который оказался ему не по зубам, да и сгинул где-то в канаве. Оказалось, ни то, ни другое, и Яо поймал себя на мысли, что скорее рад этому обстоятельству. Несмотря на то, что сегодняшняя ночь, вероятно, была обозначена в планах друга как самое подходящее время для его, Гуанъяо, мучительной смерти. Впрочем, чтобы план этот сдвинулся с мертвой точки, надо было с чего-нибудь начать, и Яо, как и полагается друзьям, протянул руку помощи.
- Зайди.
Благо, приставленная отцом стража отчего-то сочла окно недостойным своего внимания.

Отредактировано Jin Guangyao (Пятница, 29 января 01:14)

+2

4

Зашел он туда, откуда прозвучало приглашение – в окошко. Вино пока что оставил на подоконнике, чтоб освободить руки.  Беглым взглядом окинул изящно одетую фигуру, небольшого роста:
- Симпатичная шапочка, дружище. Ты мне рад? Ну, давай обнимемся, что ли? – дурашливые интонации в голосе удачно маскируют нарастающее нетерпение. Он мог бы убить Гуанъяо сразу же. Почти был в этом уверен, что мог бы. Но тогда он не был бы Сюэ Яном. Нет, быстрой смерти он не подарит своему давнему другу. На быструю смерть могут рассчитывать лишь те, кто ничего не должен или не интересен этому бродяге. А этот красавчик был и должен, и интересен. Сюэ подкатывал к Мэн Яо неоднократно еще там, в Знойном дворце. Правда, лениво  и совсем  ненастойчиво подкатывал. Можно сказать, из вежливости и чтоб подружиться. Фривольность была обычной манерой поведения босяка, своеобразным аксессуаром.

Он раскрыл объятия и легкой, танцующей походкой пошел к хозяину этих покоев, по пути осматриваясь, подмечая предметы обстановки, детали, которые могут пригодиться. Письменный  стол, подушки на полу, полки со свитками, ширма в отдалении, на стенах картины, курильница, у стены, противоположной окну, возвышение для чаепитий. Курильница? Да, курильница.

Заключив Яо в объятия, Сюэ закружил его по комнате, крепко держа одной рукой за талию, другой за шею, не давай оглядываться, пока не приблизился к курильнице, развернув обнимаемого спиной к ней. Бесшумно раскрыл потайной кармашек в фальшивом мизинце и закинул крохотный кусочек смолы одного чудесного растения в отверстие для дыма. Аромат благовоний едва уловимо разбавился карамельной нотой.  Продолжив движение, Ян отпустил молодого господина Цзинь у окна.

- Зачем я пришел? А, действительно, зачем же я пришел? Соскучился, повидаться захотел, денег занять, вином тебя угостить, соблазнить, быть может? Но, сначала – вино! – кувшин переместился с подоконника прямиком на испорченную чернильными брызгами бумагу.
- Ты же не откажешься со мной выпить? Нет, ты не откажешься. Если я хорошо попрошу, верно?
Голос сочится сладостью,  глаза блестят от легкого опьянения. Конечно, одного кувшина вина маловато, чтоб захмелеть такому любителю пороков. А вот настроить на игривый лад – в самый раз.
[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

+2

5

Гуанъяо был не настолько рад встрече с не особенно старыми и не слишком добрым другом, чтобы обниматься, но Сюэ Ян, как обычно, не имел привычки спрашивать, а возможность хотя бы отчасти контролировать его руки и Цзянцзай - свои он положил на его плечи - давала немного уверенности. Действительно немного, но лучше, чем ничего. Сюэ Ян был непредсказуем, в этом заключалась большая часть его силы, и не было смысла предпринимать что-то, пока не было прямой опасности. Поэтому Яо подчинился, не тратя силы на преждевременное сопротивление, и в скором времени был отпущен на свободу.
- Не откажусь, - согласился он, поправляя рукава, приведенные в чуть заметный беспорядок этим импровизированным танцем. - Но раз ты мой гость, мне и угощать.
Кувшин с вином оказался в комнате, где работал Гуанъяо, почти случайно. Почти. Пить за работой он не имел привычки, но некоторые посетители не отказывались от приветственной чаши. Конечно, и предлагали такие напитки не всем. Только вот Сюэ Ян - случай особенный, как тут не расщедриться? Две чаши, обе наполнены, и кувшин, принесенный гостем всё еще не тронут. Что внутри - любопытно, но не настолько, чтобы испробовать на себе.
- В Башне Кои не держат плохое вино. И даже посредственное.
Всё что угодно будет лучше того, к чему успел приложить руку (и, быть может, какую-нибудь другую часть тела) Сюэ Ян, но эту мысль Яо оставил при себе.
- Итак, из твоего списка остались только деньги. Не представляю, зачем они тому, кто обычно просто берет всё, что ему понравится.
Пора бы переходить к делу - тогда можно будет успеть переписать испорченное письмо. При мысли о продолжении работы Яо не сдержался и прикоснулся к виску - усталость  накатывала волнами, увлекая дальше и дальше от берега, и визит этот казался всё более и более несвоевременным. Так что там? Месть? Или что-нибудь попрактичнее?

+2

6

А этот Цзинь не спешил поддаваться чарам смолы и ее дыма. В то, что признанный сын Гуаншаня пристрастился к этому зелью – верилось с трудом. А вот то, что ради устойчивости организма, практиковал принятие малых доз, как приучают себя к яду те, кто боится быть отравленным – очень даже возможно. Сам Сюэ довольно часто подмешивал эту дрянь в вино, которое распивал с «друзьями». Ему было интересно наблюдать, как они теряют власть над собой, не зная, от чего и как защититься целенаправлением ци в подверженные воздействию меридианы. Поэтому сам был приучен и к легкому приятному туману в сознании, и к сладостным (или кошмарным – тут уж как повезет) видениям. Мог и в любое мгновение протрезвиться усилием воли, при необходимости восстановить контроль над сознанием.
- О, ты хочешь меня угостить, молодой господин Цзинь? Это так мило.

Легким, но настойчивым нажатием на плечи он усаживает хозяина этих покоев на одну из подушек, сам садится напротив, принимает чашу вина, но пьет только после щедрого Яо. Мало ли, что там может быть в его вине.
А сейчас, значит, надо потянуть время, пока не станет ясно, что Яо тоже не подвержен дурману, которым зарядил курильницу хитрый гость. Сюэ Ян не спешил отвечать на вопросы. Только продолжал пялиться в упор на своего должника, лучезарно улыбаясь, словно играл в гляделки. Лишь после третьей чаши, он соизволил продолжить разговор:
- Как ты со мной не любезен, не приветлив, Мэн Яо. – легкая игривая провокация и ласковый упрек в обращении по прежнему имени вполне могли быть намеком на общие прошлые делишки на благо главы Вэнь.
- Ты не скучал по мне? Я ни за что не поверю, что не скучал. По мне и по нашему прежнему веселью в подвалах Знойного Дворца. Ведь я же прав? Тебе всегда это нравилось.

Если эта чертова красивая кукла, выряженная в золотистые шелка, сейчас не вырубится, придется приложить силу. А так не хочется шуметь. Ой, как не хочется.
Все же Сюэ Ян поднимается с подушки, на которую присел, пока пили вино. Он обошел Яо со спины и уложил ладони на его плечи:
- Я вижу, ты устал. Висок трешь. Позволь, я помогу тебе расслабиться.
Мягкие массирующие движения по затылку, шее и плечам, в любой момент пальцы могут надавить на точку в одном цуне над ключицей и помочь обрести покой, пока что не вечный. Пока что.
[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

Отредактировано Nie Huaisang (Четверг, 4 февраля 04:09)

+2

7

Такой открытый взгляд, да еще и приправленный приветливой улыбкой в исполнении Сюэ Яна не мог быть ничем иным, как предупредительным звоночком. Набатом. Пожалуй, это представление пора было заканчивать. Гуанъяо мысленно потянулся к Хэньшэну. И... не получил ответа. Ни ответа, ни знакомой привычной едва заметной пульсации оружия, напитанного духовной силой. Меч оставался простой полосой тонкой стали, обвитой вокруг руки. Пальцы метнулись к запястью, но мгновение за мгновением не могли уловить ни следа движения ци по меридианам. Это могло означать лишь одно. Горло сдавило так, что Яо едва выговорил.
- Ты...
...не скучал по мне? - откликнулось эхо в виске. Он мотнул головой, то ли отвечая на заданный вопрос, то ли пытаясь избавиться от звука. Не стоило этого делать - мир перед глазами сразу поплыл. Значит, в вине все-таки что-то было, вот же ублюдок... Хотя... разве это не было его собственное вино? Что-то не сходилось. Пятна туши на письме медленно расплывались, становились шире, выходили за пределы листа и наконец заволокли всё поле зрения грязной дымкой.
- Что это...
Не утруждая себя ответом, и даже тем, чтобы облечься в звуки, эхо напомнило об Огненном дворце, выстраивая прозрачный мост, который соединял разрозненные острова сознания. Яо развернул руки ладонями вверх, чтобы увидеть, как с залитых кровью пальцев одна за другой падают на золотые одежды красные капли и растекаются клановыми узорами Цишань Вэнь. "Нет, - решил он, - не стоит выходить в таком виде, это может вызвать у людей не особенно приятные воспоминания о тяжелых временах. Следует постирать." Мысль о стирке протянула новый мост, и подняв взгляд Яо тепло улыбнулся.
- Эргэ? - Лань Сичэнь сидел прямо перед ним, отчего-то в черных одеждах (ах да, нужна стирка). Было в нем еще что-то странное, сквозь туман Яо понял это  не сразу, а поняв, нахмурился. - Где твоя лента?
Второй старший брат улыбался. Когда второй старший брат улыбался, ни лента, ни стирка, ни война, ни пришествие всех демонов разом не имели значения. Тем более, Гуанъяо так устал. Эргэ тоже заметил это. Расслабиться? Ну конечно, брат собирается играть Песнь умиротворения. Одна из его любимых. Его - это главы Лань, конечно, Яо не отдает предпочтение ни одной мелодии, когда их играет Лань Сичэнь, любую из них он готов слушать каждый день. Но...
- Здесь? - Время уже явно перевалило за час крысы, и звуки флейты могли побеспокоить отправившихся спать адептов. - Разве шум... не запрещён?
Лебин на поясе у Цзэу-цзюня - Яо смог рассмотреть, когда тот поднялся - была странной формы, и тот, кажется, не собирался доставать ее, а вместо этого зашел за спину и положил руки на плечи. Хоть названный брат и вел себя не так, как обычно, не доверять ему не было причин. Да и желания. Яо вдохнул поглубже, вместо привычного тонкого аромата горного холода, обычно окутывавшего Лань Сичэня, ощутив тяжелый и сладкий, и со спокойной улыбкой на лице, отмечая где-то на грани слышимости звук сяо, погрузился в глубокий сон.

+2

8

Как приятно было наблюдать помутневший взгляд на фарфоровом лице Яо. Казалось, оно стало еще более светлым гладким, когда мысли, пробежав, словно рябь, по зеркалу безмятежного озера, одна за другой, покинули его сознание.

Сюэ Ян очень любил угощать своих друзей, знакомых, да и не-знакомых... этим изысканным лакомством, млечно-белыми слезами таинственного цветка, которые, застывая, превращались в сероватые комочки, похожие на амбру. Но пахли куда-как слаще любого благовония. И дарили чудесные грезы. И тогда этот порочный Сюэ начинал свою игру. По неземным нотам, звучащим в душах, отведавших щедрого угощения. Ведь это снадобье стоило немалых денег. Впрочем, что такое деньги? Их бродяга из Куйчжоу никогда не считал. Иногда он любил почти бесчувственные тела, соглашаясь с любым прозвищем, откликаясь на любое имя, которым его называли. Мягкие, податливые, сами не желающие отказать героям своих сновидений…

Эргэ? Кого же ты зовешь братцем, Мэн Яо? Ну хорошо, эргэ так эргэ... а какая нежная улыбка на твоих губах при этом обращении.

Сюэ не удержался и склонился к этим губам, захватывая их в долгий, пронзительный поцелуй. Едва смог остановить себя, чтоб не увлечься игрой в «эргэ». Некогда сейчас развлекаться. Некогда. До рассвета необходимо покинуть Ланьлин.

Сначала он сел и направил отрезвляющий поток ци по своим меридианам. Как ни привычен он к этому снадобью, а все же ясная голова сейчас будет предпочтительней. Заодно и поразмыслил, как незаметно вынести Яо за пределы Башни Карпа. Можно, конечно и стать не меч, такую легкую ношу этот Сюэ удержит легко на своей спине. Но это слишком просто и скучно.

Он потушил свечи, запер изнутри двери, вылез в окно, притворил за собой ставни и отправился на поиски двух первых встречных стражников. Это не составило для бродяги совершенно никакого труда: два синхронных удара по затылкам, потом раздеть и спрятать в густой растительности сада. Не прошло и пол-палочки времени, как он вернулся в покои младшего господина Цзинь. То ханьфу в которое Ян облачил своего пленника, он щедро смочил вином, чтоб разило за несколько шагов. Шапку с него снял и спрятал за пазуху. Туда же отправил и браслет-меч. Едва не забыл стереть киноварную точку со лба!

Вскоре по дорожкам между дворами резиденции Цзинь плелись двое пьяных стражников. Один поддерживал другого, еле-еле передвигающего ноги. Но пока не было заметно редких ночных охранников, все же, нес на спине. Это было и проще и быстрее. А тем, кого он встречал рассказывал трогательную историю о том, что братишка сегодня первый день на службе и/или его бросила девушка. Изрядно выпили по этому поводу, вот сейчас идут домой. Матушка волнуется и не спит. Ждет непутевых, великовозрастных детей.

Когда они добрались до города, уже светало. Но не настолько, чтоб Ян не сподобился украсть конную повозку из сарая при одном из постоялых дворов.

Пробуждение Цзинь Гуанъяо было тяжелым и безрадостным, спустя три дня пути, в течении которых Сюэ Ян держал его в беспамятстве, периодически вливая в рот вино все с той же растворенной в нем смолой.

Очнулся пленник в пещере, приспособленной под то ли пастушье, то ли охотничье убежище. Очаг в центре, пара грубых деревянных кроватей у стены, стол, шаткий, кое-как сколоченный, а на полу – драные циновки. Мало того, что не ясно было, где это милое гнездышко находится, так еще и руки и ноги его были туго привязаны к ножкам кровати веревкой божественного плетения. А напротив еле разлепленных глаз уже маячила улыбчивая бандитская физиономия Сюэ:
- Вот теперь мы с тобой поговорим, зачем я к тебе пришел, дружочек. Но, я думаю, ты и сам догадываешься – зачем, верно?

[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

Отредактировано Nie Huaisang (Понедельник, 15 февраля 05:29)

+2

9

Открывать глаза было непросто. И смысла в этом никакого не было, потому что, открыв их, Яо не смог увидеть ровным счетом ничего из-за сильнейшей рези. Рот и горло тоже были как будто песком засыпаны, в животе поселилась тошнота, под рёбрами ныло. Последние события, которые отзывались из памяти... Делали картину ещё более непривлекательной. Ночной визит. Сюэ Ян. Месть. Босяк из Куйчжоу научился действовать на удивление изощрёнными методами, но оценить их в полной мере Гуанъяо не хватило сил - все его возможности теперь были направлены на то, чтобы вывести из крови остатки яда и вернуть тело в то состояние, когда можно будет думать о чем-нибудь, кроме боли. Для медитации это было не самое удобное положение, но всё-таки лучше, чем ничего. На войне и не к такому привыкаешь, а войны он в свои годы под разными соусами наелся по самое горло. На какое-то время Яо ушел в себя, и лишь после того, как в большей или меньшей мере справился с последствиями отравления, позволил себе вновь открыть глаза и оценить обстановку.
Да уж, положение, одежда и прочее действительно мало соответствовали этикету. Впрочем, дело ведь в уместности. В Благоуханном дворце так нельзя, в Огненном, при определенных обстоятельствах сошло бы в самый раз. Ну или в плохом борделе. Распорядителем какого из этих мест считал себя Сюэ Ян, оставалось загадкой.
Яо пошевелил кистями рук, которые почти не чувствовал. Веревка божественного плетения - надо же, его здесь считают опасным противником. Не это, впрочем, было удивительно. Сюэ Ян знал его достаточно, чтобы понимать, что перед ним действительно опасный противник. Странным было то, что, как будто забывая, чем именно он опасен, мальчишка оставил ему возможность говорить. Что же, значит, не всё потеряно. И, вероятно, это значило, что от него действительно ждут ответа. Быть может, даже не одного.
- Возможно, - сказал Гуанъяо, проверяя собственную способность владеть голосом.
Голос вышел тихим и хриплым, хоть эффекты яда и были теперь ослаблены, воды, кажется, не было слишком давно. Больше суток, может быть, даже больше двух. Неважно, нужно было сделать над собой усилие.
- Но ты хочешь мне рассказать. Не лишать же доброго друга таких простых удовольствий.
На вопросы о том, сколько прошло времени, и где они находятся, Гуанъяо не стал тратить время. Пока он связан и безоружен, едва ли такая информация могла быть полезной. Ещё один - о том, что именно использовал Сюэ Ян, - мог подождать до более спокойного разговора. Изображать же наивное непонимание можно было разве что в другой компании - этот его друг был настолько несклонен к сомнению в собственных выводах, насколько это вообще возможно для человека. Если уж решил, что его гость всё знает, то и спорить бесполезно.
- Но сначала воды. Ты и сам знаешь, дружочек, - он выдавил из себя ответную улыбку и почувствовал, как трескаются пересохшие губы, - что если я отключусь, тебе будет совсем не интересно.

+2

10

От наглых речей Яо, а они были, безусловно, наглыми… От его наглых речей, да как он вообще смеет себя вести, будто хозяин положения, а не пленник вовсе! От этих наглых речей у Сюэ нервно дернулся уголок рта. Впрочем, он умело замаскировал эту непрошенную демонстрацию слабости очередной лихой улыбкой.

- Пить хочешь, да? А потом, наверное, и есть захочешь. Еще, чего доброго, и перебирать харчами станешь. Я мог бы убить тебя прямо сейчас. Ты это знаешь. Но и понимаешь, что если бы я собирался это сделать, то разговоров бы не вел. Этот Сюэ убьет тебя позже. Сначала ты мне расскажешь, зачем ты убил Владыку. Мне казалось, ты всем был доволен на службе у него. Почему вдруг все изменилось? От твоего ответа будет зависеть, как скоро ты умрешь и насколько легко и быстро.

Ян поднял с пола бамбуковую флягу с… жидкостью. Подошел к кровати и уселся Цзиню верхом на живот. Себе мягко, а ему дышать чуть труднее. Переживет. Он откупорил сосуд, приставил его к губам пленника и начал потихоньку вливать… на удивление приятное, легкое вино.

- Да, это из того самого кувшина, что ты меня угощал. Я прихватил его с собой. Вино лучше утоляет жажду, чем вода. И быстрее развяжет тебе язык.

Потом наклонился и поднял миску с водой, в которой плавал кусок сложенной в четверо ткани, в котором можно было узнать бывшую одежду Гуанъяо. Этим «полотенцем» босяк отер лицо, шею и грудь своей жертвы.

- Надо же, ухаживаю за тобой, как за тяжело больным, - рассмеялся над собой. – Ну ничего, ты это хамство мое еще немного потерпи. Скоро я тебя отвяжу. Одежду и обувь ты не получишь. До ближайшего поселения несколько дней пути пешком. Лошадь я зарезал, чтоб нам было, что есть. И еще я приму некоторые меры безопасности.

Сюэ резко вынул из ножен на поясе красивый фигурный кинжал, полюбовавшись блеском лезвия, игриво облизал его в широкой части, кончик оставив нетронутым. А потом, распахнув нижнюю рубаху на груди Яо, начал медленно вырезать печать запрета доступа к духовным силам.

- Это понадежней, чем запечатать твою ци, приложением рук к меридианам. И пока не заживут порезы, ты мне точно проблем не доставишь. Я сам придумал этот метод. Правда, здорово? – улыбка Яна стала почти нежной, когда он заканчивал выводить линии острым лезвием на теле Яо. Правда, стонов он так и не дождался. А это значило, что, если пленник и потеряет сознание от боли, это будет, скорей всего, притворством.

- Теперь ты говори! Отключишься, я тебя в чувство приведу дымом паленых перьев. Отличное средство, знаешь ли.

[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

Отредактировано Nie Huaisang (Понедельник, 15 февраля 05:30)

+2

11

Сюэ Ян мог бы убить его прямо сейчас, и Гуанъяо это знал. Но так уж сложилась его жизнь, что ситуации, когда кто-нибудь мог (и даже имел основания) убить его прямо сейчас, выпадали довольно часто. Раньше, когда они впечатляли больше, Яо находил в них удовольствие. Теперь они вошли в привычку, не будоражили, зато позволяли, не отвлекаясь на панический страх, думать о том, где найти выход из очередной такой ситуации.
Сюэ Ян говорил много. Он, конечно, и раньше не отличался особой сдержанностью, но сегодня много было действительно много. Он говорил, не давая ни мгновения, чтобы ответить, и Яо не стал торопиться с этим: обычно если уж дорогой друг желал высказаться или сделать что-нибудь, перебивать его было бесполезно. Этот босяк был из тех, кто доводит до конца свои дела. Очень положительная черта, Яо всегда ценил её. Только не тогда, когда делом всей своей жизни кто-то настолько положительный назначал его собственную смерть. Смерть и пообщаться. Без общения, без внимания к собственной персоне, Сюэ Ян всегда грустил, и сейчас как будто решил отыграться за всё то время, когда у него не было понимающего собеседника. Задавал вопросы, ответы на которые были очевидны, и говорил, говорил... Интересно, как давно ему попадался кто-то, кто его бы действительно слушал? Как быстро этот кто-то умер?
Вместо воды в рот полилось вино. Отвратительная добавка к послевкусию яда, которое так просто с языка не выведешь. Яо поперхнулся и с трудом закашлялся. Говорить легче не стало, но от горла по телу начало растекаться тепло. Пришлось сосредоточить силы ещё и на том, чтобы не позволить вину затуманить голову - сейчас как никогда был необходим здравый рассудок. И не зря, дальше стало ещё занятнее: только что грозивший ему смертью, теперь Сюэ Ян обещал вскоре отпустить его, пусть и заставить сбить в кровь ноги и собственную гордость, добираясь до людей. Может быть, если ещё немного помолчать... Увы, на этот раз не сработало.
- Что ты...
Острое лезвие легко прошлось по коже, оставляя на ней след, который только через пару мгновений начал сочиться кровью. Кровь Сюэ Ян всегда любил, это правда. Яо сделал над собой усилие и не стал останавливать её: в его положении это значило разве что то, что порезы станут глубже. Боль тоже случалась и посильнее, намного хуже было другое: он не понимал, к чему это. Не понимал, пока ему любезно не пояснили, и даже после этого отказывался верить, пока не почувствовал, как иссякают духовные силы. А когда лишился последних, ещё какое-то время молчал, сцепив зубы, лежа неподвижно, только глубоко вдыхая и стараясь выдыхать медленнее. Проклятье, эти силы сейчас были для него почти бесполезны, но лишиться их было куда унизительнее, чем одежды и даже оружия. Унижение было хуже боли, и запоминалось лучше. Он хотел сказать многое, большую часть - на усвоенном с детства юньмэнском диалекте, точнее той его части, которая была в ходу среди рабочих и прочих отбросов в юньпинском порту. Но открыв наконец глаза и скосив взгляд на покрытую алыми линиями грудь, он выдохнул только
- Да.
Потому что это действительно было здорово. Не считая того, что фокусом для печати служило его собственное тело - это было совсем не здорово, но сама она... Точные выверенные линии - наверняка Сюэ Ян изображал её не впервые - знакомые элементы, изящно переплетенные в новом рисунке. Если это действительно работает так, как должно работать, и если добавить несколько черт, которые не позволят вывести шрамы, то эффект должен быть не хуже, чем от стараний почившего Вэнь Чжулю.
Воспоминание о Вэнь Чжулю вернуло мысль в нужное русло. Сюэ Ян теперь ждал ответа молча, должно быть исчерпав задуманное приветствие. Это однако не значило, что его фантазия вскоре не подоспеет со вторым блюдом.
- Вижу, смерть главы клана тебя и правда огорчает.
Яо предпочел бы, чтобы свою скорбь мальчишка выражал, облачившись в белое с ног до головы и рыдая на руинах Неба без ночи, но нет, это было бы слишком просто. Как и исполнить клятву. Хорошая ведь была клятва, трогательная, вот что ему стоило! Мерзкого вкуса во рту, так и не смытого вином, стало так много, что он едва на зубах не скрипел. Не сплюнуть стоило Яо усилий, но он стерпел - роль босяка здесь принадлежала не ему.
- Ты предавался скорби всё это время или хоть раз выделил немного, чтобы подумать над тем, как получилось, что великий Вэнь Жохань погиб от единственного удара не самого сильного заклинателя? И действительно ли Владыка бессмертный был настолько наивен, чтобы позволить мне стоять за его спиной, не думая о последствиях? Мне не доверяет даже собственный отец, полагаешь, глава Вэнь знал меня хуже?
Его губы искривила ухмылка, несмотря на боль. В этом мире был только один человек, который знал его, и одновременно верил. Именно поэтому, этому единственному человеку он никогда не сможет причинить вреда, чего бы это ни стоило ему самому. Остальные были в безопасности лишь пока были полезны. Или были сильнее - по сути или по недоразумению, как сейчас был Сюэ Ян. Как же сушит рот этот воздух... Но разговор не окончен, пока ещё нет.
- Ты задаешь не тот вопрос, но я отвечу тебе. Я убил главу клана, потому что война была проиграна. И потому что он понял это намного раньше, чем те, кто её выиграл.
Гуанъяо не был уверен, как надолго мальчишке хватит терпения слушать. Другое дело размышлять. Поверить в то, что живой изобретательный ум от горя и потерь увял и не вцепится в предложенную ему пищу после вынужденного голодания, было сложно.
- Ты никогда не был тугодумом, Сюэ Ян. Сложи два и два и скажи, что это значит.

Отредактировано Jin Guangyao (Понедельник, 15 февраля 15:04)

+2

12

Что он городит?! Сюэ просто не может поверить в то, что Владыка (его Владыка! Обладатель железного характера, да и не только характера) смирился с поражением и так вот запросто дал себя прикончить. Со спины! Своему подчиненному! Нет и еще 100 раз нет!

Буря эмоций отразилась на лице Яна такой мимической игрой, что вполне можно было решить, что он сейчас или сам помрет от душевного потрясения, или прибьет того… кого, впрочем, и так собирается убить.

Но нет. Не сейчас. Чуть позже обязательно. Но не сейчас. Сейчас он просто сжал пальцами горло Яо и, прижавшись лбом к его лбу прошипел:
- Я скажу тебе, что это значит. Я вырву твой лживый язык. Но не дам тебе помереть от потери крови. Нееет. Я дождусь, пока ты проголодаешься в достаточной мере, чтоб сожрать этот бесполезный кусок плоти. Потом я скормлю тебе твои яйца. И потихоньку все остальное, до тех пор, пока не останется только рот, кишки и задница… и все, что нужно для их функционирования.

Сюэ Ян отпустил Яо и еще некоторое время молча прожигал его взглядом. Пока не восстановил душевное равновесие в достаточной мере, чтоб продолжать разговор.
- Ты расскажешь мне все! Понял? Все! Почему, зачем и с какой целью. Потом ты мне расскажешь, почему я задаю не правильные вопросы, какие правильные и ответишь и на них тоже. Я не буду с тобой играть в игру «придумай все ответы сам». Ты же просто согласишься с любой высказанной мной версией и уцепишься за нее, чтоб запудрить мне мозги, разве нет? Даже если я сейчас скажу, что ты на самом деле убил не Жоханя, а его двойника, а ему помог скрыться где-то, ты же и за этот бред радостно уцепишься! Можешь меня считать тугодумом, идиотом, да кем угодно! Плевать! Тем обиднее тебе будет помереть от рук идиота.

Он спрыгнул с Яо, на котором сидел все это время, на пол и заметался по пещере. Необходимо было найти способ разговорить эту хитрую заразу. Нет, он не будет его калечить физически.

- Я знаю, как развязать тебе язык! Тем же средством, от которого ты так сладко уснул. Мы начнем с малых доз. И, можешь мне поверить, через две-три недели не понадобится даже держать тебя связанным. Ты будешь готов на все, чтоб получить еще немного. Я уничтожу Цзинь Гуанъяо морально!
[nick]XUĒ YÁNG[/nick][status]сладости или гадости[/status][icon]https://i.ibb.co/sJKf8w3/2.jpg[/icon][quo]СЮЭ ЯН[/quo]

+1

13

Сюэ Ян действительно не было идиотом, и что от него хотят услышать, понял сразу. Во всяком случае, меняющие друг друга, как тени в кружащемся фонаре, выражения его лица, говорили именно об этом. Если бы Гуанъяо знал мальчишку чуть хуже, он невольно задумался бы, что случится, если того прямо на месте хватит искажение ци: удобный расклад, но как потом освободиться от веревок? Впрочем, подобные мысли в голову не пришли именно потому что Яо знал: этого так просто не проймешь. И всё-таки Сюэ Ян был непредсказуем, его вспышка могла закончиться наконец разговором, но могла и кровью. Увы, второе оказалось ближе. И без того затруднённое дыхание почти перекрыла рука на горле. Без воздуха даже изобретательные идеи мальчишки не впечатляли так, как могли бы.
- Жалкое подражание, - просипел Яо в приблизившиеся вплотную губы того, кто назначил себя его убийцей. О том, что отдаёт на это последний глоток драгоценного воздуха, не беспокоился. Уж если Сюэ Ян пообещал, что быстрой смерти не будет, значит, не будет: в Огненном дворце босяк из Куйчжоу давал фору многим палачам.
Он опять угадал. В глазах уже потемнело, когда воздух опять хлынул в легкие, заставляя закашляться. К дерущей пустыне во рту добавилась давящая боль в горле, но это теперь, в сравнении с открывающимися перспективами, казалось вполне терпимым: несмотря на браваду, умирать как Вэнь Чао Гуанъяо не хотел. Ответить на тираду сразу не смог - без духовных сил даже отдышаться быстро было непросто, не то что говорить.
Идея с двойником, впрочем, была интересной. Безумной, конечно, но... Даже странно, что никто из глав великих кланов не додумался до этого своими силами, в конце концов, это звучало настолько невероятно, что люди бы поверили. Может быть, однажды пригодится в подходящей случаю творческой обработке. Однажды... Хвататься за такую историю, конечно, Яо не стал. Всё ещё молчал, ожидая, пока Сюэ Ян выговорится. Заодно считал. Две-три недели. Сколько уже прошло? Несколько дней? Невозможно, что его не найдут в ближайшее время, каким бы глухим ни было это место. Нет, возможно. Возможно, если не станут искать. Отец не желал видеть его в клане, и сделает всё возможное, чтобы не видеть. Быть может, уже сделал, и Сюэ Ян пришел не случайно. Две-три недели достаточно, чтобы рана на груди зажила, если он сможет сохранить разум... И если Сюэ Яну не надоест раньше: когда этому мальчишке хватало терпения на две-три недели?
- Нет нужды, - наконец выговорил он.
Не хочет думать, значит, придется разжевать это для него. Не так-то сложно, намного сложнее заставить потом проглотить. Но выбора не было. Гуанъяо мало что помнил из того вечера, когда так непредусмотрительно пригласил Сюэ Яна заходить - только разливающееся по венам чувство, которого давно не испытывал. Быть может, вообще никогда. Можно геройски сопротивляться боли, но как противостоять наслаждению?
- Владыка понимал, что невозможно воевать против мертвецов. И нашел способ сохранить самое ценное из того, что принадлежало клану.
Звучало бы не особенно убедительно для любого, кто знал, что орден Цишань Вэнь безвозвратно потерял абсолютно всё: начиная от земель, заканчивая самыми незначительными артефактами, которые трофеями теперь пылились в сокровищницах у самых разных заклинателей. Звучало совсем по-другому для любого, кто точно знал, что было самым ценным, что принадлежало клану.
- Себя, конечно. Двойники и побег... Бред. В его распоряжении были такие силы...
Кашлем раздирало пересохшее горло, вино в крови лишь немного сглаживало боль, но взамен мутило сознание и вгрызалось во внутренности. Если глупый Сюэ будет кормить его своим снадобьем и не позволит пить, сколько переведет драгоценного продукта, прежде чем поймёт, что пытается разговорить утратившего рассудок? Забавно. Смеяться ещё больнее, только щеки сводит от попытки улыбнуться. Слов становится меньше, и разбирать их, наверно, совсем непросто - как и ворочать языком, превратившемся от жажды в колоду.
- Ритуал. Который позволит ему вернуться. Через меня. Убей меня - убьешь и его. Хочешь узнать больше - дай воды.

+1


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Подавать холодным