Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Не равны цветы


Не равны цветы

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

JIN GUANGSHAN  ::  JIN GUANGYAO

http://4.bp.blogspot.com/-iShiOYJKmPg/Tbp568QsrQI/AAAAAAAABj0/gZFQa-rZ0HQ/s1600/tumblr_lbcm6lcSWU1qck49p+%252842%2529.jpg

Говорят друзья,
  что пионам пришла пора.
И один за другим
  все идут покупать цветы.

Не равны цветы,
  и цена цветам не одна:
Нам считают то,
  сколько собрано вместе их.

Их смочили водой,
  залепили корни землей.
Принесешь к себе ­
  расцветут, как в родном саду.

+3

2

В спешке покинув покои дражайшей супруги, глава ордена Цзинь воровато огляделся, не видел ли кто его позорного бегства и облегченно выдохнул - коридор был пуст.
И что, даже никто не подглядывает? Странно.

Шпионов в ордене было предостаточно, и Цзинь Гуаньшань знал их почти всех по именам или в лицо. Пытать и казнить не спешил. Пусть смотрят и записывают, а потом докладывают своим хозяевам то, что заявлять напрямую было бы слишком прямолинейно. Цзинь Гуаньшань не любил давать обещания, гарантии или открыто демонстрировать свои взгляды и убеждения. Кто знает, что может случиться завтра. А тут шпионы - свои, родные, он к ним, можно сказать, уже привык. И доложат, кому надо, и расскажут, что надо. И самому не придется ничего делать.

Настроение у главы ордена было, мягко выражаясь, паршивое. За последние несколько лет их отношения с госпожой Цзинь ухудшились, и им все сложней было находить общий язык. Потеря подруги сильно подкосила его жену, но не отбила желания устраивать отвратительные сцены ревности из-за, казалось бы, сущих мелочей. Ту обнял, эту поцеловал, он же мужчина, в конце концов! Радовалась бы, что он новую жену в дом не привел. А сегодня вообще наорала за то, что он якобы пытался соблазнить дочь ее подруги, юную деву Цзян. Тут уже он сам не выдержал и вернул супруге долг сполна. Возможно, он и не равнодушен к прекрасным девам, но сына любит больше, и никогда не стал бы соблазнять его невесту, пусть даже и считает, что эта простушка не достойна их Цзынь Цзысюаня. И, кстати, дева Цзян совсем не в его вкусе - плоская, слишком скромная и тихая... на этих словах разозленная благоверная запустила ему в голову курильницей, и глава ордена поспешил покинуть женскую половину.

Выйдя на террасу, он заметил у дальней стены какую-то тень. А нет, следят, все нормально.

- Иди сюда, - Цзинь Гуаньшань степенно расправил рукава расшитого золотом ханьфу и жестом подозвал слугу, тот поспешил предстать перед своим господином. - Найди ка мне этого.... - Чуть не сказал "мальчишку из борделя", но вовремя вспомнил, что именно этот слуга шпионит на Гусу Лань, и Первому Нефриту вряд ли понравится то, как глава Цзинь обращается к своему сыну, к которому тот проникся таким поразительным доверием и участием. Цзинь Гуаньшань хорошо знал и уважал учителя Ланя, но оба его любимых воспитанника казались ему не от мира сего - по разным причинам, конечно. - Ммм... моего второго сына. Скажи, что буду ждать его у себя. И живо!

+4

3

Слуга нашел его в саду, увы, вовсе не во время праздной прогулки и любования карпами. Что такое это праздные прогулки, Цзинь Гуанъяо узнавал разве что наблюдая за другими, более удачно родившимися обитателями Башни Кои. Сегодня он ходил по саду, чтобы оценить, сколько гостей сможет принять резиденция Ордена по случаю приближающейся свадьбы наследника. По подсчетам, выходило вполне достаточно. Достаточно, чтобы размах торжеств обсуждали по всей Поднебесной еще несколько лет (и плевались ядом в сторону Ланьлина, ведь война разорила всех, кроме золотого ордена), но наверняка недостаточно для того, чтобы их пышность удовлетворила вкусы отца. Гуанъяо как раз размышлял о том, следует ли ему с самого начала назвать меньшую цифру, чтобы оставить себе поле для маневра, когда от него потребуют большего, когда услышал на боковой аллее торопливые шаги и, обернувшись, увидел спешащего к нему слугу.
Тот выглядел обеспокоенно. Не настолько, чтобы думать, что в Благоуханном дворце случилось что-то серьезное, но достаточно, чтобы предположить, что глава Цзинь не в лучшем расположении духа. Ничего нового, в общем. В лучшем Яо отца, пожалуй, и не заставал. Он размышлял над этим феноменом довольно долго, пока не уверился, что именно его присутствие и есть причина дурного настроения не только госпожи Цзинь, а и её супруга. Понять причин Гуанъяо до сих пор не смог - в конце концов, он принёс ордену не меньше славы, чем Цзинь Цзысюань, и уж точно больше пользы - но полагал, что однажды сможет переломить тенденцию. Быть может, не без жертв, но разве он не имеет права на достойное место в клане?
Сейчас однако это было не более чем смутными мыслями о неопределенном будущем, а настоящее - вполне определенное - ждало от него присутствия в Благоуханном дворце. И живо.
Поспешность он изобразил только в галерее, которая вела к комнатам отца - без лишней суеты, но чтобы было понятно, что сын торопился прибыть по первому зову. Остановился в ожидании, велев слуге доложить о своем прибытии, а когда наконец получил разрешение переступить порог, склонился в почтительном поклоне.
- Отец звал.

+2

4

- Звал, - поджав губы, подтвердил Цзинь Гуаньшань, окидывая своего очередного отпрыска придирчивым взглядом.

Вот же настырный недомерок. Только посмотрите, как изменился за такой короткий срок. Важный стал, статный, как будто с младенчества носил золотые одежды ордена. Гуаньшань и сам не мог понять, почему Яо так его раздражает. И дело ведь вовсе не в том, как скандально тот впервые заявил о себе в Ланьлине. И не в том, что после убийства Вэнь Жоханя его возвели в ранг героя войны, а в том, что он все время не оправдывал возложенных на него надежд. Так же, как и его мать.

Вот что ему мешало увлечь собой Вэнь Жоханя? Ведь это был идеальный расчет. Гуаньшань давно знал Владыку и уже много лет по крупицам собирал сведения о малейших мелочах, о непростительных слабостях, о губительных пристрастиях, о вкусах главы ордена Вэнь. Яо идеально подходил на роль шпиона - красивый, умный, сын шлюхи, в конце концов. Но оказалось, у его отпрыска куда больше общего с темными пороками Вэнь Жоханя, чем можно было подумать. Пытки, странные эксперименты, кто знает, что еще.

- Я просил тебя заняться свадьбой Цзысюаня, - Гуаньшань жестом пригласил второго сына подойти ближе и скривился, как  будто от боли. - Но сегодня я узнал, что дева Цзян, невеста моего сына, не хочет пышное торжество. - Каждое слово давалось глав Цзинь с трудом. - Ее можно понять, Цзян Фэнмянь и госпожа Юй... но мой сын не будет жениться скромно, как какой-то слуга! - недовольство, весь день подогреваемое плохими новостями и ссорой с женой, наконец, выплеснулось наружу. Цзинь Гуаньшань ударил ладонью по колену и сжал пальцы в кулак.

Почему с этим мальчишкой вечно все выходит из-под контроля? Почему он пощадил Не Минцзюэ, когда так просто мог убить его. И никто ведь даже не узнал бы. И разве он, как отец и будущий глава ордена, не дал понять, что этот исход устроил бы его целиком и полностью, да разве самому Яо не хотелось отомстить бывшему другу и покровителю за нанесенную обиду? Почему он пощадил его? Одни вопросы, снова вопросы. А ответы там, в этой голове, за фасадом из очаровательной улыбочки.

- Свадьба должна быть роскошной, и она такой будет. Все должны видеть, что орден Цзинь велик, могущественен и богат, что никакая война не иссушит его ресурсы. И все должны помнить об это спустя много лет после этой свадьбы. Все, нет, все приходится делать самому! - Гуаньшань рывком поднялся и подошел к окну, из которого открывался вид на закатные горы. Красиво, можно вот так стоять и любоваться весь вечер, пока солнце не зайдет. Гуаньшань прикрыл глаза, как будто от усталости и продолжил уже тише, будто обращаясь не к сыну, а разговаривая с самим собой. - Если бы нашелся человек, который смог бы убедить Цзян Янли и найти ту самую золотую середину, которая устроит всех, если бы на кого-то можно было положиться в этом дворце...

Подумав, что сказал достаточно, Гуаньшань обернулся к Яо и, меняя тон, потребовал.

- Ты обдумал организацию церемонии, подсчитал расходы? Ты говорил, что тебе по плечу эта задача. Или я в тебе ошибся?

Вот, точно. Даже взгляд такой же, как у матери. Всегда стремилась к тому, к чему стремиться не стоило. А жаль, такая красивая была.

Отредактировано Jin Guangshan (Понедельник, 12 апреля 17:12)

+1

5

Итак, значит, от подготовки этой свадьбы его оторвали для того, чтобы поговорить о подготовке к этой свадьбе, и срочно. Яо выслушал, не перебивая, всё то, что глава Цзинь желал ему сказать. Выходило не так уж и мало. В общем, это было объяснимо. Свадьбе и в самом деле предстояло стать важнейшим событием, и не только для Ланьлина. И пока кто-то стремился достичь невозможного, именно Ланьлин должен был превзойти это невозможное, продемонстрировав всем... С тем, что именно должно было продемонстрировать торжество, всё было не так просто. Могущество и богатство - это, конечно, хорошо, но от них было рукой подать до расточительства и тщеславия. Не то, чтобы расточительство и тщеславие - это плохо, но для послевоенного времени - не лучшая рекомендация. Над идеологической стороной вопроса следовало еще поработать. Что касалось стороны материальной, Яо не составило бы труда дать первые отчёты прямо сейчас. Вот только вовсе не был уверен, что глава Цзинь пригласил его, чтобы разбираться в суммах затрат, количестве гостей и других тонкостях, которыми больше пристало заниматься слугам.
- Разве отец может ошибаться? - наконец произнес он, едва заметно подняв в улыбке уголки губ. Конечно, многое было не готово, распоряжения были отданы на днях, успеть выполнить их все в такой срок не смог бы даже Яо. Но это не могло поколебать маску доброжелательного спокойствия, одну из самых удобных и привычных в его арсенале. - Отец желает услышать обо всех расчетах прямо сейчас?
Цифры, много цифр и очень много цифр. Нет, разумеется, главу Цзинь ими не напугать, но это вовсе не то, о чем обычно хочется думать, любуясь закатом. Впрочем, на случай, если это не так, у Гуанъяо были в запасе не только цифры, но и имена. Сотни имен со всех концов Поднебесной, из которых нужно было выбрать тех, кто достоин наблюдать за отпрысками двух великих кланов, приносящих поклоны. И тех, кому достанется приглашение на празднование в первый день. И тех, кто будет приглашен в течение недели, чтобы доесть то, с чем не справились более почетные гости.
Впрочем, кроме цифр и имён, были и другие проблемы. Например, дева Цзян, оказавшаяся на поверку не такой уж и простушкой. Более того, именно она уже сейчас держала в может быть не самом изящном, но уж точно крепком кулачке наследника ордена Ланьлин Цзинь. Может быть, кто-то и мог не заметить этого, но не Яо, для которого научиться понимать людей в своё время стало вопросом выживания. И это сейчас - а что будет после свадьбы...
Да, беспокойство отца совершенно точно имело под собой внушительные основания.
- Сроки траура давно прошли. То, как дева Цзян почитает родителей, как и её скромность, делают ей честь, но эта свадьба станет первым настоящим праздником, который после долгих лет сможет объединить людей не войной, наконец, а радостным поводом.
Это могло ее убедить. Но могло и не убедить. Если отец сам желал поговорить с будущей невесткой о статусе и сопутствующих обязанностях, Гуанъяо мог лишь пожелать ему успеха, почти искренне пожелать. Чтобы не просто желать, а иметь хоть какую-то уверенность в этом самом успехе, действовать следовало тоньше. И сначала определиться с тактикой.
Гуанъяо сделал несколько шагов, приближаясь к главе Цзинь, глядя в то же окно. Из Знойного дворца было хорошо наблюдать за рассветами, в Благоуханном намного лучше были закаты. Но разговаривать в полный голос при открытых окнах было неуютно и там, и там.
- Отец хотел бы, чтобы деву Цзян переубедили, или чтобы она сама пришла к правильному решению?
От этого выбора зависели средства. И то, и другое было по-своему хорошо: первое укажет Цзян Яньли на её место в клане Цзинь, второе, напротив, даст иллюзию свободы. Цзинь Гуанъяо знал, какой путь выбрал бы он сам, но решение принадлежало отцу, и он смиренно ждал ответа.

+1

6

Посмотрите ка, как заговорил. Цзинь Гуаньшань подавил очередной вздох, на этот раз вполне искренний. И коснулся пальцами высокого лба, предчувствуя приближение мигрени. А мальчишка не дурак, еще и такой деятельный. Хочет объять необъятное и выслужиться. А, может, просто показать себя и свои способности? Судя по доносам шпионов, забрав А-Яо, он лишил Не Минцзюэ весьма способного помощника, который мог справиться с десятком дел одновременно и не нуждался в указаниях, понимая ситуацию лучше самого главы. Тем лучше для ордена Цзинь, тем хуже для всех остальных.
Но пока что Цзинь Гуаньшань видел перед собой ретивого, но неопытного молодого человека, не привыкшего к тонкостям местной политики. Иначе он бы не стал ни прямо, ни завуалированно спрашивать о том, каким способом ему стоит склонить невесту наследника к правильному решению.

- Моя жена души не чает в дочери своей покойной подруги, - Цзинь Гуаньшань продолжил вполголоса тоном человека, смертельно уставшего от окружающих его неумех. - И мой сын тоже... любит ее. К тому же, она еще и сестра Цзян Ваньиня и этого дерзкого паршивца Вэй Усяня, с которым не может справиться даже его глава и названный брат. Боюсь, мой сын не до конца понимает, - Цзинь Гуаньшань обернулся к Гуанъяо, подчеркнув обращение особенно мягким тоном. Устало улыбнулся и обнял его за плечи, опираясь. Сейчас, когда они стояли рядом, разница в росте стала еще заметней. Он назвал его сыном впервые. И понимал, что от острого ума Гуанъяо это не ускользнет. В конце концов, этот смазливый лицемерный выскочка - единственный его отпрыск, подающий надежды. Цзинь Цзысюань слишком горделив и себялюбив, чтобы выполнять грязную работу своими руками. Но кто-то же должен. Этот вот и умом вышел, и собой хорош, и притворяться умеет. Почему бы не обучить его? Цзысюаню понадобится хороший помощник. - Если мы расстроим деву Цзян - ничего хорошего из этого не выйдет, но если следом за ней расстроятся ее братья... и почему в нашем ордене нет такого талантливого юноши, как Вэй Усянь?

Гуаньшань покачал головой и по-отечески покровительственно похлопал Яо по плечу. Проблема и правда была намного серьезней, и неудивительно, что эти юнцы, герои недоделанные, даже не подумали о том, какой разрушительной и опасной силой мог стать орден Юньмэн Цзян, если бы братья нашли общий язык. Пока что ему играла на руку вспыльчивость, неуверенность и неопытного главы Цзян. К тому же, он частично заручился его расположением, предложив возобновить брачный договор и оказав помощь в восстановлении ордена. Но стоит только Цзян Ваньиню понять, какое оружие находится в его руках...

- До свадьбы еще есть время. А не устроить ли нам Ночную охоту, собрав у себя глав Великих орденов и их вассальных кланов? - Цзинь Гуаньшань сделал вид, будто его только что осенила прекрасная идея. - Это мероприятие поможет всем отвлечься от тяжелых мыслей, оно не требует излишней помпезности, но после него свадьба уже не будет казаться вызывающе-праздничной. Мой второй сын справится с этой задачей или стоит поискать кого-то ему в помощники?

+2

7

Спорить с тем, что он не до конца понимает, Гуанъяо не стал даже в мыслях. Истинная правда, что и говорить. Понять его до конца Цзинь Гуаншань никогда бы не позволил. Оставалось только едва заметно склонить голову в ответ на укор, выражая то ли смирение с несовершенством собственных умственных способностей, то ли готовность учиться у мастера понимания, то ли и то, и другое в равной мере, щедро приправленное сыновней почтительностью. Для того, чтобы подчеркнуть вкус последнего, Яо, глядя на отца снизу вверх, удивленно расширил глаза и задержал дыхание. И то, и другое - едва заметно, конечно, - искренность не терпит гротеска, а кто может быть более искренним, чем тот, кто наконец услышал долгожданное и заслуженное?
Он не раз думал о том дне, когда сможет заслужить это "мой сын" - не церемонно-официальное, произнесенное не на публику, и не потому что отцу не оставили выбора. За всё то время,которое прошло с его пераого появления на ступенях Башни Кои, они истерлись и запылились, эти давние стремления. По ним проехались годы, люди и череда событий. Они почти забылись, и всё равно Яо был уверен, что услышав слова, должен был... почувствовать что-то другое. Нет, он должен был почувствовать хоть что-то, что придало бы большей убедительности маске благодарного и старательного приёмыша в великом клане. Но - слова звучали так же пусто, как и другие слова отца, обращенные к нему, к удивлению, не затронули в душе ни единой струны, и оставалось положиться лишь на умение владеть лицом. И послушно кивнуть, в очередной раз признавая мудрость главы Цзинь.
Быть может, и в самом деле, теперь было не самое подходящее время, чтобы расстраивать главу Цзян и молодого господина Вэй. В этом Гуанъяо не был уверен, зато был уверен в другом: подходящее рано или поздно придёт. Если к тому времени дева Цзян уже станет госпожой Цзинь, то расстройство это ничуть не повредит Ланьлину. Может даже помочь, если направить его в нужное русло.
Только вот - здесь отец был совершенно прав - до свадьбы ещё есть время. Неопределенное количество времени, если учесть, что свадьба до сих пор оставалась лишь в планах главы Цзинь и главы Цзян. Старший брат, о храбрости которого на поле боя складывали песни (две Яо слышал лично - ни слова, ни, с позволения сказать, музыка, не отличались оригинальностью, но в народ, усилиями нанятых бродячих исполнителей, пошли), в присутствии молодой госпожи из Пристани Лотоса, да что там, даже при упоминании её имени терял весь свой героизм и дар речи вместе с ним. В свою очередь дева Цзян после известных событий, похоже, собиралась принять признание и предложение только непосредственно от счастливого жениха, а до тех пор оттягивала свадьбу, ссылаясь на траур по родителям. Эти два фактора были, в общем, были понятны, но несколько усложняли ситуацию и требовали какого-то решения. О нём не в первый раз уже задумался Яо, когда отец вдруг сменил тему.
Ночная охота - что-то столь же далёкое от свадьбы, как... Как далеки от неё Цзян Яньли и Цзинь Цзысюань, да. Это могло иметь смысл.
- Брат не может пригласить деву Цзян лично, - задумчиво проговорил он. - Но если он попросит госпожу Цзинь написать письмо...
Тогда кто-нибудь непременно упомянет в присутствии молодой госпожи, что это была именно его идея, и, быть может, это заставит и Цзысюаня сказать наконец что-нибудь. Если нет...
- Конечно, ночные охоты бывают опасны, но брат сможет защитить деву Цзян, - и, быть может, это будет зачтено за признание и предложение без лишних слов. Гуанъяо вздохнул, перебирая в голове монстров, одного из которых придется поселить в подходящем для прогулок месте. - Или она его.
Заботливый голос и вопрос отца заставили его отвлечься от мыслей и наконец понять, чего от него хотят. Организовать охоту для всех хоть немного значимых кланов Поднебесной силами одного человека? Обычно Яо старался не жалеть о свершившемся, но за краткое время своего пребывания в Ланьлине уже не впервые невольно задавался вопросом, в спину того ли главы клана он направил удар. Впрочем, он не был бы собой, если бы признал поражение, даже не приступив к делу.
- Нет нужды, отец. С неограниченным доступом к казне клана ваш сын справится.

0


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Не равны цветы