Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Рассвет в Хайань


Рассвет в Хайань

Сообщений 1 страница 23 из 23

1


Рассвет в Хайань
http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/597751.jpg
Участники:
Вэнь Сюй ◄► Вэнь Шань Шэ
Место:
морское побережье территории ордена Ланьлин Цзинь, город Хайань
Время:
середина июня, пара месяцев спустя 18го дня рождения Вэнь Сюя
Сюжет:
Сюрприз для Хуншэ на день рождения


[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

0

2

На этот раз хотя бы не пришлось продираться сквозь дебри официальных приемов, дожидаясь вечера, для того, чтобы наконец уйти из дворца. Не пришлось дожидаться даже утра, и всё равно то беспокойство, которое обязательно сопровождает любое ожидание, заставляло то и дело возвращаться мыслями к нехитрому плану, быть может, слишком похожему на тот, который не так давно привёл его в Линьфэн. Похожий, но при этом  совершенно другой. Хуншэ Вэнь Сюй сообщил, что собирается выйти в город ночью и остаться неузнанным. Для этого - простая одежда, как у смертных, и плащи, чтобы не привлекать внимание охраны дворца, для этого - мечи спрятать, для этого - не нужно лишнего сопровождения, да и дело, в общем, предстоит плёвое.
И то, и другое, в общем, было правдой, хоть и не всей правдой. О том, что оказавшись на одной из тихих улиц столицы, он обернется и, быстро положив руку на плечо телохранителя, задействует талисман перемещения, Вэнь Сюй предпочёл умолчать.
Поэтому, наконец оказавшись там, где собирался, там, где точно не найдётся соглядатаев, на пустынном берегу, он не может скрыть во взгляде опасений, но и удовольствия - веселого, свободного, от того, что всё получилось именно так, как он думал - тоже не может. Плечо Хуншэ он так и не отпускает, опирается устало - использование талисмана требует слишком много сил, не только духовных, но и самых обычных, физических сил, и Вэнь Сюй чувствует, что если отпустит, то тут же осядет на мокрый песок А со стороны - если вдруг найдется тот, кто посмотрит сейчас со стороны, - он, должно быть, просто перебрал и едва держится на ногах. Но смотреть некому,  город, хоть и недалеко, всё же не рядом, а здесь нет даже рыбацких лодок. До городских стен они ещё доберутся сегодня. Только не сразу. Сначала отдышаться, сначала согнать с лица глупую улыбку, которая, кажется, с каждым вздохом становится только шире. Сначала - дождаться, пока розовеющую полосу неба над невозможно далеким морским горизонтом, обожжет край солнца.
- Думал, до рассвета ещё далеко. Кажется, солнце совсем не торопится на Небо без Ночи.
И пусть. Это значит, они встретят первыми новый день. Особенный. Здесь. Вместо гулкой пустой тишины дворцового утра - тишина оглушительная, переподненная шумом волн, криками морских птиц. Ноги вязнут в песке. В лицо с каждым порывом ветра - мокрая соль. И ничего, что могло бы вернуть их двоих обратно прямо сейчас. Это точно стоит всех тех сил, которые потрачены, и любых других тоже.
Улыбка на лице всё та же, во взгляде - внимание и вопрос. Так невовремя и только теперь Вэнь Сюй вспоминает укор в том, что он всегда решает сам, и понимает, что опять поступил так же. Он знает свою свободу, но какая она, свобода Хуншэ, и имеет ли она хоть что-то общее с этим рассветом на пустынном морском берегу?
Даже первый пробившийся из-за горизонта, взрезавший предрассветные сумерки луч не может заставить его отвести глаза, пока хотя бы отблеск ответа не отразится во взгляде.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

3

Шутка ли дело — достать во дворце простую одежду так, чтобы об этом вообще никто не узнал? Да чтобы рукава широкие и длинные — скрыть наручи с кинжалами, пусть от мечей, спрятанных в рукав (и рукав-то ещё нужно подготовить), отказа не было, но с дзюйя на предплечьях спокойнее, роднее. Такой одежды не оказалось. Не носят простые смертные наручи под одеждой, не позволено, они и рукава чаще всего закатывают до локтя, чтобы работать не мешали.
Потому, пару раз помянув демонов с самых дальних гор и внезапное ночное дело наследника, требующего незаклинательских одеяний, Хуншэ отправил Сяньхэ проследить за всеми делами до вечера, пока сам уходил в город. Была у него на примете одна лавка, где он мог бы найти, что нужно, облачившись в менее приметную, чем во дворце, одежду. И получить долгожданные новости… 
— Чего желает господин? — прозвучало за спиной, пока он разглядывал таблички на удачу, висящие у самого входа, читая в их расположении скрытое послание.
— Как обычно, — ответил он, улыбаясь и оборачиваясь.
Ву Чжун вернулся в Безночный город не так давно, уже после того, как позабытый почти всеми, кроме семьи, бывший Юэ вернул домой сестру и ее малолетнюю дочь. То была его собственная просьба — дать знать, что Ляо и Мэй-Мэй благополучно добрались до клана Красной реки. Ву Чжун приехал в Безночный город, привез сына, открыл лавку на окраине и отослал приглашение ее посетить тому, кто нетерпеливо ждал известия.
С тех пор, как Хуншэ получил первое письмо от сестры и решился ответить на него, в эту переписку он втянулся не на шутку, продолжая хранить эту тайну. Даже сейчас, когда он решился рассказать всю историю наследнику. Безопасностью семьи и местью Чжао, не имеющей давности, пренебрегать не стоило.
Старший брат Ву, как Шань Шэ привык звать одного из подручных деда, отправил сына присмотреть за лавкой, а сам увел гостя во внутренние комнаты дома.
— Вот, — в руки лег мешочек с посланием. — Тебе повезло, шиди. Утром доставили. Вина принести?
— В другой раз, у меня сегодня ещё много дел.
— Тогда подам господину Вэню чай.
Шань Шэ, как был сидя, от души пнул его по убранной в последний момент ноге, сапог прошел по касательной, послушал довольный удачной шуткой смех в ответ. И не скажешь, что Ву-гэ стукнуло почти сорок лет, ничуть не изменился. В то время как сам он накануне своего тридцатилетия чувствует себя порядком уставшим старцем.
— Чай — это хорошо, — несмотря на произошедшую возню, голос Хуншэ не изменился. — Найди еще удобную простую одежду на двоих, а мне — чтобы рукав пошире обычного, длинный и плотный. Надо под ним кое-что спрятать. Ну, ты понимаешь...
— Понимаю, — ответил тот и направился к выходу. — На двоих.
— Ву-гэ, — Хуншэ остановил его на пороге, — спасибо.
Тот кивнул и вышел, оставляя его наедине с письмом от сестры.
Истончившая ниточка связи с семьей, своим народом и родными местами, когда уже грозила и вовсе порваться, была поймана ее рукой. День за днем шелковыми нитями тепла и привязанности она опутывала эту нить, пока не заставила его вспомнить и снова почувствовать свою принадлежность к Юэ, как в равной степени — к исчезнувшему клану матери. Два года переписки рассказало много историй, оживило его замершие во времени воспоминания о доме, позволило будто своими глазами увидеть, как живет его семья, узнать, как идут дела у Красной реки.
Письма эти он сжигал, как прочтет несколько раз, хранить такое у себя было бы опасно. Для того Ву Чжун и оставлял его одного в комнате, чтобы он мог позволить себе хоть смеяться, хоть рыдать, да только не прятать свои чувства и написать ответ, не отвлекаясь на его шутки. Ву Чжун знал, что время Вэнь Шань Шэ слишком дорого…
Вот и сейчас он всё сделал быстро и безмолвно, оставалось только отдать ему цянькунь с письмом и забрать сверток из его рук, попрощаться и двинуться во дворец, убирая то, за чем пришел, в рукав. Увесистый мешочек с серебром, оставленный в комнате наверху, предназначался всей семье, и Ву Чжун хорошо знал, что с ним делать.

Каким бы плёвым ни было дело, ради которого Вэнь Сюй потащился в город без охраны сегодня ночью, готовиться пришлось весь вечер. А теперь, одетые как бродячие торговцы, разве что без повозки или мешков через плечо, да полностью забранными в небрежный узел волосами, они шли по оживленным и хорошо освещенным улицам, сворачивая на те, где ночная жизнь всё же останавливалась и затихала. Сюй шел на шаг впереди, а Хуншэ привычно следовал за ним, оглядывая дома и прислушиваясь к звукам ночи, думая о том, что написала Ляо, о том, что племянница подрастает и всё спрашивает, когда сможет поехать в гости к нему, и что у тетушки Фэнсян много радости от внучки, и что они обе старательно учатся, и что Мэй-Мэй хочет учиться у деда и ходит за ним хвостиком, и что Ляо тоже хочет не сидеть без дела, а помогать семье больше, и что…
Повернулся Сюй быстро, и его рука легла на плечо в тот же миг. А то, чего Хуншэ совершенно не ждал от него, произошло еще быстрее, мгновенно высасывая силы и рождая перед глазами фейерверк разноцветных бликов, шум в ушах превратился в пение морских волн вслед за тем, как он увидел лицо напротив уже на фоне прибоя. Довольное, счастливое лицо успешно нашкодившего мальчишки…
Рука на его плече тяжелеет и дрожит. Не мудрено, перетащить двоих под силу не каждому опытному заклинателю, да еще на такое расстояние.
— Думал, до рассвета ещё далеко. Кажется, солнце совсем не торопится на Небо без Ночи.
Глоток морского воздуха — глоток внезапной свободы. Хуншэ оглянулся. Никого вокруг, ни единой души.
— Вэнь Сюй… — вкрадчиво начал он и хотел бы покачать головой да пожурить за сюрприз, а только обхватил руками и притянул к себе, растратившегося силы, едва стоящего на ногах. — Давай-ка присядем.
До камней, раскиданных тут и там по берегу, было рукой подать, на одном таком и устроились, потеснившись.
— Где это мы? — пряди волос, выбившиеся из прически, всегда такой аккуратной, а на сей раз растрепанной, подхватил ветер. Ловить их пальцами было слишком приятно, и даже если бы кто увидел, какая разница?
Солнце поднималось над морем, чертя золотом дорожку к берегу, подсвечивая гребни волн, зеленых на просвет, запахи водорослей и соли вытеснили все остальные. И о чем он думал, прежде чем попасть сюда?
… что сестра просила разрешения приехать в столицу. Да.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Воскресенье, 30 мая 00:45)

+1

4

Конечно, он знает, что талисман перемещения отбирает слишком много сил, но знать и даже помнить - совсем не то же самое, что чувствовать. Слабость, которую ощущает Вэнь Сюй, больше, чем он рассчитывал, больше, чем ему когда-то встречалась, или ему так только кажется. Он и не думает жалеть: силы вернутся. Жалеет разве что о том, что, кажется, так и не смог по-настоящему удивить. Это, конечно, не самое важное, но хотел ведь. Хотел - сам не знал, для чего ему это нужно. Впрочем, он сам бы не удивился, наверно, даже если бы Змей заранее знал и о предстоящем им путешествии, и о том, куда направляются. Но Хуншэ задаёт вопрос - значит, не был готов? Не был? 
Они на берегу океана. Они на краю мира - этого или другого. Они на землях, где клановые языки пламени не пылают на одеждах. Они там, где солнцем считают только то, которое сейчас вынырнуло из волн и взбирается к зениту. Они там, где некому узнать их лица, и где никому нет до них дела. Они там, где день начался стоило им только появиться. Они там... Нет, они здесь, а там - всё остальное, всё, что могло бы помешать им.
- Далеко, - в этом ответе всё, что он должен был бы сказать, а география ни к чему, она только испортит магию. Хуншэ, конечно поймет и сам, когда они дойдут до городских ворот, а может, и раньше, но пусть ещё немного продлится этот рассвет в неизвестном Нигде.
Он опирается плечом на плечо того, кто рядом - не от усталости, а потому что вновь может может позволить себе это. Наконец. Постоянно быть на расстоянии вытянутой руки и ни разу не вытянуть эту руку, чтобы прикоснуться, сложно, хотя понимаешь это только тогда, когда ничто больше не мешает, когда теряет значение даже та стена, которую другие должны считать незримой, и которой, на самом деле, не существует.
Вэнь Сюй неожиданно думает о том, что не может сказать с уверенностью, как Змей привык отмечать день своего рождения, хотя это ведь уже четвертый, когда он может наблюдать. Он пожимает плечами, раздражённо отмахиваясь от неприятных мыслей.
- Во всяком случае, никаких официальных торжеств в твою честь.
Что угодно лучше, чем официальные торжества, особенно когда большинство гостей едва ли заинтересованы в чем-то, кроме как лишний раз блеснуть лицом в Знойном дворце. Никаких верениц слуг, несущих бессмысленные подарки в яшмовых ларцах, никаких пустых улыбок, неискренних и однообразных пожеланий долгой жизни и всяческого процветания. Накануне своего дня рождения, в который подобного избежать было невозможно, наследник обычно думал о том, нельзя ли подменить себя деревянным болванчиком, который будет кивать, если стоящий за его спиной Сяньхэ будет незаметно подталкивать голову.
Нет, конечно, не это всё беспокоит Хуншэ. Заставляет задумчиво покусывать губы, хотя сам он наверняка опять не замечает. Вэнь Сюй усмехается. Он хочет узнать, но не хочет спрашивать.
- Ты не о них думаешь. Ты ведь не забыл о дне своего рождения?
Он перестаёт следить глазами путь светила по небу и оборачивается, чтобы заглянуть в глаза. Чтобы кивнуть самому себе, не дожидаясь ответа.
- Ты забыл.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Понедельник, 31 мая 17:44)

+1

5

Чувство опустошенности после мгновенного расхода большого количества Ци, когда силы покидают, когда он слабеет, Хуншэ не любил. Вернее бы сказать, ненавидел, если бы каждый раз не приходилось терпеливо собирать в кулак силу воли и не начать восстанавливать их мгновенно и как можно быстрее. В том, чтобы быстро восстанавливать силы и разумно их использовать, он сам себя считал мастером и не любил всё то, что может нарушить привычку экономить и не распылять Ци там, где можно обойтись без этих жертв.
Например, талисманы перемещения. Одно дело уметь их делать, знать, как ими пользоваться, совсем другое — пользоваться. И каждый раз после такого перемещения настроение портилось. В общем, сплошные минусы против одной единственной пользы — экономия времени.
— Далеко.
Вэнь Сюй доволен. Нет, он просто счастлив, говоря это. Он потратил так много сил, чтобы перенести их далеко. Туда, где они никому не нужны, где их никто не знает. Наверняка. И уж точно за пределы Цишань.
— Во всяком случае, никаких официальных торжеств в твою честь.
Вот оно что. Признание заставляет выдохнуть, вдохнуть и снова выдохнуть — уже беспокойство о причине столько внезапной перемены мест. И снова вдохнуть и подумать, хватятся ли их во дворце и как скоро?
— Ты не о них думаешь. Ты ведь не забыл о дне своего рождения?
Ну, как он догадался, о чем думает его телохранитель. Неужели он настолько потерял контроль и смотрится растерянно? Шань Шэ потер лицо руками, словно пытался разбудить себя от слишком долгого сна.
— Ты забыл, — слышится в ответ, а пристальный взгляд так близко, совсем рядом, рождает только одно желание… И… почему бы нет?
Пальцы, что ловили пряди, разметанные ветром, возвращаются, чертя дорожки вверх по спине, по грубой ткани плаща, который здесь совершенно не нужен, проводят по затылку, едва сминая волосы, с наслаждением касаются шеи за ухом. Жажда прикосновений, придавленная во дворце, выпущенная на свободу, победила вопросы и ответы, готовые сойти с языка, желание вернуть себе контроль вопреки здравому смыслу, ведь здесь его никто, кроме Сюя, не увидит.
— А разве простому телохранителю положены официальные торжества? — Улыбка на лицо вернулась, только когда этот желанный негодник оказался в крепких объятиях. — Ты обманул меня, — и вроде бы как и пожурил. Шепотом над ухом. Наконец, прикасаясь губами к виску, к скуле и так близко к губам. — Поздравляю.
Восхитительно чувство свободы утолить жажду, когда совсем не ждешь возможности сделать хотя бы один глоток.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1

6

Прикосновение, начатое взглядом, им не заканчивается, вырастая в настоящее, в то, ради которого всё затевалось. Ну хорошо, не только, но сейчас, когда по спине скользят пальцы, пусть прикосновение едва заметно через ткань одежды и плаща, кажется, что ради него. Тем более странно вместе со своей небольшой наградой получать обвинение во лжи... которое тоже слишком уж похоже на награду, чтобы считаться чем-то другим.
- Нет! - вспыхивает само собой, но тут же погашено: дрожью от тронувшего кожу дыхания, неслышным смехом и ответным прикосновением губ к губам, порывистым, долгим, но сдержать его невозможно. - Нет, я говорил только правду.
А океан катит волны мерно и гулко, как будто пытается вымыть лишнее из мыслей. Что бы ни тревожило Змея дома, теперь это не должно иметь значения. Дом далеко, так далеко, как не был никогда, так далеко, что можно представить: его нет вообще. Сейчас можно представить это, сейчас можно поверить в это, и Вэнь Сюй думает, что сейчас он хотел бы поверить, и он опять не видит повода отказать себе в том, чего хочет.
- Идём.
Если у него и были какие-то планы, они уже разбились о берег вместе с волнами. Но силы возвращаются, и просто сидеть, издалека наслаждаясь водой, ветром, солнцем, невозможно, совершенно невозможно. И он поднимается на ноги и идёт к той линии, которую с каждой волной пытается преодолеть океан, но за которой песок раз за разом остаётся сухим.
Сила воды ничуть не похожа на силу огня, и здесь всё совсем не так, как в Цишань. Там всё опалено силой, здесь - пропитано. Должно отталкивать, но тянет ближе и ближе к волнам. И всё же ослепительные, хоть и не слепящие лучи, касаясь воды, возвращаются в небо. Можно уничтожить огонь водой или воду огнём. Можно, соединив их, сделать сильнее. Но это - не забота дня сегодняшнего, в этом дне вообще не должно быть забот.
- У меня есть подарок.
Вэнь Сюй вдыхает побольше солёного ветра, прежде чем обернуться. У него есть подарок - мелочёвка, которая, скорее всего, никогда и не пригодится. Не должна. Но он давно хочет, чтобы у Хуншэ было что-то похожее. Он не ждал повода, нет, но понадобилось время, чтобы создать эту вещь, не привлекая тех, кто в артефактах разбирается получше, да и удалось не с первой попытки, и... может быть, он действительно ждал повода, хотя, конечно, и не подумал бы признаться в этом.
В его руках простая, без лишних украшений, деревянная шкатулка, купленная у какого-то умельца за стенами столицы. Иногда необходимость скрывать всё, что может натолкнуть на опасные мысли любителей делать далекоидущие выводы, раздражает, иногда кажется занимательной игрой. Иногда Вэнь Сюй попросту забывает о ней, но не на этот раз. На этот раз никто не догадается о том, что первый молодой господин вдруг решил одарить своего телохранителя чем-то особенным.
И вот в его руках шкатулка, о которой никто не узнает, и внутри подарок, о котором никто не узнает, а в голове - ни единого слова из тех, которыми принято подарки сопровождать. Он просто стоит на линии прибоя, просто протягивает этот подарок в раскрытых ладонях и просто говорит то, о чём думает. Как и обещал.
- И нет желания делиться этим днём с кем-нибудь другим.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

7

День своего рождения он не любил. Не любил тихо, почти незаметно даже самому себе, не слишком вспоминая о нём в другое время, и с годами научился даже беззаботно переживать этот день как любой другой в году. Домашние привыкли. Зная, что праздновать он не в силах, праздновать означало бы проявить неуважение к памяти отца и матери, и никто из старших после его шестого года и решительного отказа хоть как-то обозначать день рождения наследника в присутствии самого наследника не пытался навязать ему хороший семейный ужин и веселье, как принято в других семьях. Юэ Шань проводил эти дни в молитвах за родителей, уединении и медитации все годы, пока жил в Чаньшань…
Покидая дом, он прервал традицию. В Безночном городе никому не было дела до его семьи и его дня рождения, никто не позволил бы ему отсутствия сроком в неделю и поклон могиле предков. Справедливости ради… он не спрашивал, будет ли это ему позволено. Справедливости ради, даже для Юэ он должен был считаться изгнанником, или выкупленным у клана учеником и не появляться в родных местах, чтобы семья жила спокойно и дальше. Сердце металось каждый год в начале лета и сбрасывало тоску всё в тот же бездонный колодец, где обитало то, что было тайной и должно было ею остаться.
А сейчас Вэнь Сюй почти по-детски решительно… вытащил его на свет из темноты, в которой он пребывал и собирался побыть ещё по возвращении с того "плёвого дела", и растерянность ослепленного светом не даёт понять, как нужно, как было бы правильно на это всё реагировать. Если бы не такой долгожданный поцелуй, затмивший своим жаром все мысли и сомнения, спрятавший как за ширмой все неприглядные чувства, разом начавшие выползать и ложиться тенями на лицо, если бы не жажда касаться, держать в своих руках источник этого света, цепляться за него как за спасение, разве удалось бы спрятать эту тьму обратно?
— Идём.
И он пошел, не расцепляя рук, и поймал за рукав, чтобы найти заново и сплести пальцы, туда, где волна бежала им навстречу, радостно и шумно накатывая на берег.
— У меня есть подарок.
Руку приходится выпустить, быстро, но неохотно разжимая пальцы и сжимая их снова, пустые, под широким рукавом из грубой ткани. Шкатулка обычная, такая же простая как и их вид сегодня, и она красуется этой простотой в чаше ладоней Сюя, сглаживая все острые углы, повылезавшие из всех щелей.
— И нет желания делиться этим днём с кем-то другим.
Хуншэ поднял взгляд, пытаясь отогнать тьму, выставить вон из этого места, улыбнуться снова легко и беззаботно, ведь Сюй так старался ради этой улыбки, а лицо, непокорное до сих пор, не послушалось.
Пальцы прошлись пару раз по резной крышке, принимая шкатулку, не торопясь забирать её, касаясь ладоней Сюя нежно, благодарно. Даже если бы она оказалась пуста, подарок уже сделан, и переоценить его было бы сложно… Золотая сфера, подвес на кожаном шнурке, по весу полая, приятно легла в руку. На первый взгляд она ничего не умеет, кроме как быстро нагреваться. Хуншэ закрыл шкатулку и убрал её в карман за воротом, чтобы взять сферу в обе руки. Но лишь когда он направил к ней свою ци, сфера тонко и почти неощутимо завибрировала и в глазах поплыл туман. А Сюй продолжал улыбаться и ждать его реакции, внимательно следя за каждым жестом… Это и впрямь заставило сердце биться чаще, и снова накатили теплые счастливые воспоминания из детства, когда он сам с таким же нетерпеливым ожиданием смотрел на отца, надеясь, что подарок ему понравится, теплые драгоценные, навсегда ушедшие дни…
Влить свою ци и закрыть глаза, чтобы пелена перед взором не отвлекала, не заняло много времени, и вот, когда новая картина проявилась… это же… это то же самое, что видеть глазами клановой птицы, только… глазами не птицы.
Он смотрел на самого себя, прикрывшего веки и повернувшего голову в сторону от моря, на волны за спиной, оглядеться — хотел бы, но управлять этим не мог. Только наблюдать то, на что смотрит Сюй, безотрывно, разглядывая, наслаждаясь тем, что видит… смотрел на себя самого его глазами, его сердцем.
Несмотря на все старания — грустная улыбка, она дрогнула от прикосновения взгляда, как в зеркале, пойманная теперь в полное внимание, радостное предвкушение и настойчивое созерцание выражения его лица.
— Ты смотришь на меня слишком…
Хуншэ так и не нашел, что сказать, понимая, что этот прямой взгляд и чувства, проходящие через него — теперь дважды, если подумать, — смущают. А увиденное собственное смущение добавило растерянности лицу, растерянность вызвала новое смущение, и он… повернулся спиной, чтобы прервать этот круг и проморгаться.
— Спасибо, — глядя в море уже своими глазами, он не торопился продолжать, выбирая слова. — Спасибо, что даришь мне возможность радоваться жизни… снова.
Рукой за шею — притянуть к себе захотелось так сильно, что аж заныли пальцы, полыхнувшие искрами огня, ложась на плечо Сюя.
— Мне нравится подарок, — тихий смех на ухо почти утонул в шуме морских волн, — и, кажется, я знаю, какое применение ему можно найти. Но сначала было бы неплохо подыскать место, где можно уединиться и… не отказывать себе ни в чём. Надеюсь, ты… подумал и об этом, — прежде чем они куда-то пойдут отсюда, двинутся с этого мягкого песка, а где-то там виднеется город, и до него не так уж близко, прежде чем они перестанут держаться за руки и будут снова вести себя достойно, прежде всего этого — потеряться щекой о щеку, захватить в сладкий плен желанные губы и не отпускать, пока не сможешь насытиться хоть сколько-нибудь… рассветом, неотвратимым и чарующим, смущающим покой и пьянящим свободой. Перевернувшим этот день …

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1

8

Не так уж важно, понравится ли, важно другое. Сможет ли понять.
Вэнь Сюй обещал не скрывать ничего, но не обещал говорить словами. Не стал бы обещать, зная, что слова подведут в самый неподходящий момент. Такой, как сейчас. Но сейчас это уже не важно: он не просто не скрывает, он одним махом спалил все мосты, которые могли бы вести к отступлению. Теперь не сможет скрыть даже если захочет.
Поэтому неважно, понравится ли. Поэтому важно, поймёт ли Хуншэ без слов, и будет ли готов понимать и дальше. Поэтому наследник ловит каждое движение его губ и каждый взгляд. Поэтому ждёт так нетерпеливо. Поэтому сердце бьётся не то чтобы чаще, но слишком уж гулко. Поэтому Вэнь Сюй не пытается осадить его и заставить вести себя пристойно, даже тогда, когда ещё немного, и оно точно выломает рёбра.
Потому что Хуншэ должен понять.
Нет, он не должен. Потому что Вэнь Сюй слишком хочет, чтобы Хуншэ понял.
Понял?
Он не знает, а Змей не даёт ответа. Даже теми немногими словами, что произносит.
- Я не смогу иначе, даже если ты попросишь.
Ведь это не слишком. Он просто смотрит так, как смотрел всегда. Или так только кажется?
А потом Хуншэ отворачивается, и Вэнь Сюй понимает, что так и не получит свой ответ. Или не сегодня, может быть. И всё равно не может не спрашивать себя опять и опять.
Понял?
Может быть. Слова говорят, понял, но меньше всего Змей сейчас похож на человека, который радуется жизни. Значит, слова лгут? Или они значат что-то ещё, что-то более сложное, чем прямая привычная правда.
Рука на плече - свою он кладет так же, только ведёт вдобавок пальцами, чтобы продлить прикосновение. Применение? Звучит странно, если не страшно. Не понял. Хорошо, если просто не понял. Вэнь Сюй встряхивает головой, отгоняя глупые мысли. Чем они, лучше дрожь, бегущая по коже, и не имеющая ничего общего с холодом.
- Применение? Это же просто безделушка, чтобы повеселить тебя.
Он смотрит глаза в глаза, приподнимая губу в улыбке, такой, которую немногие видели. Улыбаясь, отвечает на поцелуй. Улыбаясь, перехватывает его, наполняя жаром до краёв и через край. Если подумать, он ведь и сам не знает, что должен был понять Хуншэ, получив в подарок бесполезную игрушку. Глупо думать, что другие поймут то, чего и сам не понимаешь. Лучше сосредоточиться на важном.
- Прости, у меня не было шанса побывать здесь раньше: мой телохранитель слишком пристально следит за мной. Но я неплохо ориентируюсь в незнакомых местах, мои деньги не хуже прочих, и в городе найдется гостиница.
Но он не убирает руку и не позволяет отстраниться. Пусть ночь была короче обычной и не без суматохи - разве они оба устали настолько, чтобы прямо сейчас искать крышу над головой? Город - это толпы и шум, это запахи свежей и не очень рыбы и тесные улицы, это навязчивые торговцы, это стены вокруг. Это то, что осталось за спиной, когда их ноги коснулись влажного песка. Так стоит ли спешить?
- Или предпочитаешь побыть на лоне природы? Знаешь, я могу сделать так, что к нам не смогут приблизиться и на ли, только вот... Зарево, боюсь, будет заметно за сотню.
Вэнь Сюй смеётся. Эта шутка - не шутка. Остаться вдвоём там ничуть не хуже, чем остаться вдвоём здесь. И если Змею важна разница, где именно разделить этот день на двоих, пусть выбирает он.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

9

Кажется ли ему, или легчайшая волна опасения, стоило заговорить о применении такой простой безделушки, призванной всего лишь повеселить, опасения, что весельем они называют разные вещи, прошлась по рукам Сюя, мелькнула во взгляде на краткий миг, что тому даже пришлось вытряхивать его, мотая головой? Золотой шар, зажатый в руке, раскалился, принимая жатву ци, а ощущение усилилось. Подарок этот не так прост, но охватить его, увидеть то, что хотел показать ему Сюй тем самым, — это кажется туманом. Ты видишь туман, но не видишь, что он скрывает, хотя, находясь в горах, знаешь наверняка, что он скрывает горы. Все кажется простым. Настолько, что перестаешь верить, что наследник великого клана будет тратить свое время, создавая такую безделицу.
— Прости, у меня не было шанса побывать здесь раньше: мой телохранитель слишком пристально следит за мной…
Хуншэ улыбается, почти вдыхая эти слова, слетающие с губ Сюя, терпеливо ожидая, когда тот закончит говорить, чтобы услышать его довольный смех и снова увлечься поцелуем.
— Ох уж этот телохранитель, — следует за этим тихое и почти серьезное, несмотря на довольную улыбку. — Теперь он может следить за тобой и на расстоянии, — лукавые нотки всё же прорвались, а в сторону полетело: — Так удобно…
Теперь можно надеть на шею подарок и спрятать его под одеждой, привыкая к уютному теплу на груди, исходящему от сияющей золотой сферы.
— Не надо зарева, не будем привлекать к себе внимания больше, чем нужно.
Пальцы вновь свободны, чтобы сплестись, двинуться по кромке волны в сторону от города, — это и будет ответом, — посмотреть в небо и закрыть глаза. Попробовать снова — вот, чего он хотел, побыть тем, кто идет за “птицей”, не имея возможности управлять ею. Интересная игра.
— Веди, — всё ещё не открывая глаз, привыкая к размытой картине, виду собственного лица со стороны, сказал он.
Смотреть на себя было интересно тоже, но главное не это. Главное — что примешивалось к этому виду. Чувства, яркие, сильные, непривычно подвижные… Таким ли он сам был в возрасте наследника?
Закушенная губа, когда в воспоминания прокрался сын Шестого, и их размолвка в тот, едва не ставший его последним, день, не укрылась от внимательного взгляда Сюя тоже. Когда они впервые встретились, и половина телохранителей Владыки осталась в лесу. Это было так давно, но, кажется, воспоминания могут ожить в любой момент.
Сюй смотрит на всё иначе. Он… будто ждет чего-то, но никак не может дождаться.
— Я не сказал что-то важное для тебя? — пальцы сжимаются чуть сильнее, а глаза закрыты по-прежнему. — Прости… я не слишком хорош в том, чтобы праздновать.. этот день. И совершенно не знаю, как лучше его провести. Одно знаю совершенно точно — с тобой он становится намного лучше.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Суббота, 3 июля 07:16)

+1

10

- Самая сложная и неблагодарная работа во всём Цишань.
Вэнь Сюй цокает языком и качает головой с таким выраженным сочувствием, что поверить в него может только кто-то очень наивный. Настолько же наивный, как кто-то, кто поверил бы, что за наследником не могли бы уследить без помощи нехитрого артефакта. Вэнь Сюй, пожалуй, поверил бы. Когда ему было пять.
Заметив, что кулон занял предназначенное ему место, улыбается, хотя едва ли эту улыбку можно отличить от других. Теперь - правильно. И без огня, пожалуй, можно обойтись, это верно. И без города. Есть что-то, без чего не обойтись. Вэнь Сюй продолжает смотреть в лицо Хуншэ, когда вдруг получает приказ. Хмыкает и склоняет голову: что ж, он поведёт.
И ведёт - не глядя туда, куда идёт, отступая спиной вперёд, продолжая разглядывать выражения, сменяющие друг друга на лице Змея. Об их значении можно только догадываться - артефакт не работает в обратном направлении и не дает возможность прочесть мысли. Наверно, это и не пошло бы на пользу, хотя, конечно, было бы любопытно. Змею тоже было бы - это Вэнь Сюй знает наверняка. Змей слишком не любит ошибаться. Вот и сейчас - Вэнь Сюй качает головой - ему нужно знать, что именно он должен был сказать. Поверит ли, если заверить, что ничего не должен? Вообще ничего.
- Ты всегда ищешь правильный ответ.
Как опору. Вэнь Сюй хорошо понимает, как это важно, и понимает, что иногда только желание найти его делает его правильным. Он закрывает глаза, оставляя обоим только песню волн, но продолжает идти. Идти вперёд несложно, даже если не знаешь, что впереди.
- Что если его попросту не существует?
Как не существует того, что нужно сказать или не нужно говорить. Они ведь уже проходили через это? И подарок - тоже немного об этом.
И это не Хуншэ, это наследник сам должен был бы просить прощения - за то, что не узнал заранее. Что не так с этим днём? Чем он хуже других, если нет привычки праздновать? Связано ли это с тем, что родился Вэнь Шаньшэ совсем в другой жизни и совсем другим человеком?
Он слишком хотел удивить, успеть первым, не думая о том, почему никто, кроме него, не спешит поздравить. Действовать всегда проще, чем размышлять.
Он не просит прощения, потому что это ничего не изменит, разве что сделает день хуже, заставит обоих искать объяснения. К тому же Вэнь Сюй, по правде говоря, совсем не сожалеет.
Не отпуская пальцев Змея, он делает шаг назад, оказавшись за его спиной, кладёт вторую руку на плечо, тогда открывает глаза, показывая себе и ему океан, и небо, и землю, и солнце, и свободу.
- Лучше всего провести его так, как ты хочешь его провести. Попробуй ещё раз: чего ты действительно хочешь в этот день? Где оказаться, что делать? Я хочу услышать тебя, а не правильный ответ.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

11

— Ты всегда ищешь правильный ответ.
Много лет прошло с тех пор, как он начал это делать. Чтобы выжить. Думать, прежде чем говорить. Выбирать слова, которые должны быть озвучены, и прятать те, которым не суждено быть услышанными.
Внезапная теплая тьма, подсвеченная красным, говорит о том, что Сюй закрыл глаза, продолжая вести его за собой. В такой теплой тьме, где есть доверие, можно укрыться, как в детстве. Как рядом с братьями… Но тех дней уже не повторить, как не вернуть ни единой возможности изменить свою судьбу.
— Что если его попросту не существует?
“Что если…” — заставляет втянуть в себя воздух с примесью морской соли и горечи воспоминаний о тех моментах, когда, повинуясь желанию быть свободным, думать и искать правильный момент он отказывался. Вот как сейчас — закрывал глаза и шел, куда хотелось, вернее, летел, падал, метался, не заботясь о том, выживет ли после этого или закончит свой путь.
Здесь и сейчас самой большой опасностью была внезапная высокая волна, что окатила бы их ноги до колена солеными брызгами и пеной, — сущая ерунда по сравнению с тем, что выпало на его долю в прошлом. Как и это иногда приходящее желание прекратить свой путь, чтобы не чувствовать себя в золоченой клетке, не чувствовать себя птицей в неволе. Этого ли он желал, покидая (наконец) Знойный дворец? Получилось ли то, ради чего демон сердца — жажда отмщения — гнал и гнал его вперед, создавая на пути так много возможностей?
Тихий шепот доносится из глубочайшего темного колодца, где прячутся все его тайны, и он, сидя на его краю, слушает этот шепот слишком часто. Кажется, что теперь его может слышать и Сюй, а его чувства теплым свежим ветром разбавляют эту тьму, ношу долгих лет… Холодная тьма и теплый воздух соприкасаются на мгновение, чтобы слиться воедино и… причинить боль. Ту самую, ноющую, безнадежную, от того, что ничего невозможно изменить, и не знаешь, как было бы лучше — развеять привычную тьму, похоронить под коркой льда, или же — тепло ветра, чтобы не ранил глаза своим светом, не тревожил старые раны, размягчая их ласковым прикосновением, заставляя оживать и напоминать о себе?
— Лучше всего провести его так, как ты хочешь его провести. Попробуй ещё раз: чего ты действительно хочешь в этот день? Где оказаться, что делать?
Мир сияет снова всеми красками, и Сюй, стоя за его спиной, смотрит в будущее, пока он сам взирает в прошлое. Это заставляет открыть свои глаза и посмотреть на тот же мир. Сравнить.
— Я хочу услышать тебя, а не правильный ответ.
— Правильных ответов… не бывает, — губы выводят слова сами, пока он задумчиво смотрит на кромку моря, сливающуюся у горизонта с кромкой неба. — Бывают правильные вопросы.
Руки, что лежит на его плече, касаются его собственные пальцы и застывают, как он сам — в задумчивости глядя под ноги, следя за волной, что жадно тянется к его сапогам.
Дать себе немного подумать? Он и так хорошо понимал, где хотел бы оказаться в этот день, и так же хорошо понимал, что вряд ли это возможно и, что еще важнее, вряд ли это безопасно. Хуже всего то, что он совершенно не знал, что может сказать родным, окажись он сейчас в Чаньшань.
— Знаешь, — посмотреть на Сюя сейчас было самым приятным из всего того, что открывалось взору, — я ушел из дома по доброй воле, когда мне было пятнадцать. Прошло еще пятнадцать лет, и теперь я хотел бы… повидать семью, в которой вырос. И совершить обряды поминовения на могиле родителей… просить у них прощения за отступничество от крови предков.
Кем он хотел быть и остался, кто знает, но теперь он стал частью семьи Вэнь, и изменился. Тоже по своей воле. Почти.
— Но не сегодня, быть может, никогда. Разве кто-то ждет там… такого меня? — перехватить руку, потянуть вниз, чтобы пропустить свою поверх и прижать к себе, ладонью к сердцу, — в этом было спасение. — Сегодня я хочу, чтобы ты научил меня, как веселее всего проводить день рождения, — заговорщическая улыбка была на миг обращена к городу и вернулась обратно. — Чем же можно себя порадовать, находясь так далеко от дома, м?

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1

12

Правильные ответы, правильные вопросы, - когда Вэнь Сюй позволяет себе задуматься, в его голову закрадываются сомнения в том, что он вообще делает что-то правильно. Эта мысль чаще всего необоснованна, необъяснима, навязчива, и чем избавляться от сорняка, лучше не подпускать его к себе вовсе. Когда-то давно ещё он понял, что как ни старайся, в душу человека не пробраться, пока он сам не откроет двери. На этот раз он не пытается. Или почти не пытается. Только хочет показать, что можно видеть мир не так, немного светлее, ярче, еще чуть больше солнца - это ведь никогда не помешает. Его глазами Хуншэ может смотреть на солнце так прямо, как хочет, так долго, как хочет, не щурясь, видеть его по-настоящему. Если захочет.
Чего на самом деле хочет Змей, так просто не узнать. Оказаться в том доме, который ему когда-то пришлось покинуть, в том, который давно уже не дом - это желание, пожалуй, можно понять. Непросто, потому что оно с размаху вонзается в гордость, и то ещё, детское возмущенное неверие - неужели какая-то гора может быть выше Цишань, неужели где-то может быть лучше, чем в великом клане огня и солнца - прорывается наружу. И всё же, ритуал, который дал Вэнь Шаньшэ силы, доступные только крови клана, на самом деле не смог вытравить из его крови то, что в ней было раньше. Другую преданность, другую верность. Вэнь Сюй готов принять и это, только когда он уже собирается, его настигает неожиданное "но". Не сегодня. Не сейчас. Никогда или когда-нибудь - это одно и то же. Змей вовсе не спешит расстаться с привязанным к ноге камнем. Не потому что не мог бы, нет - просто для него этот камень драгоценный. Вэнь Сюй качает головой в такт ударам, которые ощущает пальцами. Этот шаг не за ним - он не смог бы создать талисман, который переместил бы их в незнакомое ему место, даже если бы захотел, но он и не хочет. Навязанная свобода ничем не лучше несвободы.
- Какая разница? Ты сделаешь это не для того, кто там, а для того, кто здесь, - он ведет рукой по груди, там где бьётся сердце, как будто хочет захватить этот ритм и забрать с собой. - Сделай это, когда захочешь. Я, - ладонь находит под одеждой подвеску, и наследник невольно улыбается, - всегда рядом.
Взгляд в сторону городской стены тоже обращается как будто сам собой, и сам собой вместо ответа вырывается короткий кашель. Да уж, Вэнь Сюй точно знает, как отпраздновать день рождения незабываемо. Свой он отметил именно так, хотя едва ли это можно назвать весельем.
- Стоит попробовать, - не слишком уверенно ответил он скорее своим мыслям наконец. - Хоть бы позавтракать для начала.
Солнце, пусть и слишком рано, но уже взобравшееся по небу высоко, и ощущение пустоты в желудке, ничего не получавшем с часа, когда во дворце подавали ужин, намекали на эту необходимость очень однозначно.
- Здесь наверняка готовят что-нибудь... местное.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

13

Я всегда рядом.
Звучит по-новому — рядом, даже если в разлуке — заставляет вновь смежить веки и вдохнуть вместе с солью ветра новый аромат — так крепнет алая нить, связавшая их навеки, пропитывается утренним солнцем, набирает силу, чтобы отдать ее золотой подвеске. Та словно поглощает еще и еще Ци, продолжая дарить ему ощущение теплых чувств, солнечного света из-за ширмы его разметавшихся ветром, выпавших из небрежного узла волос прядей. Горячие пальцы Сюя ласково чертят по коже, и хочется прижать их к своей груди сильнее, как хочется прижать его самого вон к той скале, поискать грот потемнее… Нет, день только начался, и они еще успеют найти уединенное место. А лицо у Сюя сейчас презабавное, не нужно смотреть на него, чтобы видеть. Удивился ли? Смутился? Недоволен?
— Стоит попробовать… Хоть бы позавтракать для начала.
И всё же рука под одеждой заставляет кровь течь по жилам быстрее, и своей рукой сжать пальцы под воротом, накрыв ладонью поверх. Так… спокойно, и можно насладиться моментом сполна.
— Здесь наверняка готовят что-нибудь... местное.
— Рыбу? Свежую, конечно, — улыбки не избежать. Что-то подсказывает, не рыба вызывает у Сюя такие сомнения. Вот и проверим. — Нужно будет попробовать тут всё, на что упадет взгляд.
Наверняка это будет весело.
— И местное вино, конечно же…

В город они пришли длинным часом позже, никуда не торопясь в пути. Утро здесь начиналось рано как в любом рыбацком поселении. Всего лишь пара больших кораблей высились у пристани среди множества маленьких лодок, снующих быстро по неспешной воде бухты. Городок стоял на реке, вверх по которой те же лодки поднимались и опускались в портовый район, их было видно издалека, с холма, через который лежал их путь в городок.
Хайан, как было высечено на указателе у дороги, вымощенной истертыми светлыми, но уже потускневшими от времени и десяти тысяч ног и колес каменными плитами. Гранитные вехи очерчивали повороты, они неспешно шли вдоль них, поглядывая на город, открывающийся как на ладони, и, чем ближе они подходили, тем четче становились голубые нити каналов, исчертивших город вдоль и поперек.
— Здесь будет проще передвигаться на лодке, — у последнего поворота Хуншэ остановился, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь об этом месте. В последний раз он был здесь лет в восемь, и мало что полезного запомнил, да и времени прошло немало, многое могло измениться. — Там, — положив одну руку на плечо Сюя, он указал на скопление лодок не слишком далеко от ворот, — можно будет нанять перевозчика. А вот туда, — ладонь поднялась выше и указала на городскую площадь почти в сердце города, — я бы с удовольствием попал сейчас.
Рукав отогнулся на ветру, приоткрывая край кожаного наруча, и он одернул его, неспешно оправил второй, оглядываясь. До них никому из спешащих по дороге в город и из него дела не было, и всё же осторожность не помешает.
С удовольствием он бы сейчас попал куда угодно, где был чай, тень, немного свежей еды и комната вдали от соседей. Но этот день только начинался, и нужно было придумать себе развлечения и занятие. Центр города подходил для этого лучше всего.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1

14

К тому времени, как Вэнь Сюй смотрит на открывающуюся перед ними панораму города, больше всего его мысли занимает вопрос о еде. Рыба так рыба, в конце концов, и даже всё, на что упадёт взгляд, он готов попробовать съесть: прогулка по берегу, как оказалось, даже самая приятная, неплохо нагоняет аппетит, а голодать наследник клана Вэнь не привык даже в условиях далёких от дворцовых. С мыслью о еде он рассматривает каналы, которые, похоже, заменяют здесь улицы, и ищет взглядом что-то, похожее на торг, там, где дома не занимают сушу полностью. Присматривается нетерпеливо, хотя смотреть особо и не на что: Хайан - просто небольшой город, где живут рыбным промыслом и торговлей (большую часть товара, судя по витающим над городом запахам, составляет всё та же рыба). Кривится чуть заметно и надеется, что местное вино крепкое, и перебьет вкус. Когда идея оказаться на берегу океана только пришла ему в голову, она выглядела намного лучше. Во всяком случае, ничем таким не пахла. Но не отступать же прямо сейчас, и не признавать же поражение, тем более, Хуншэ, кажется, наконец начинает получать от происходящего удовольствие.
Указания выслушивает по привычке внимательно. В лодке так в лодке - в том, что лодку найдут без труда, Вэнь Сюй не сомневается. Это тоже привычка: заклинателям, особенно заклинателям из Цишань Вэнь, никогда не отказывают в том, что им необходимо. То, что они сегодня не заклинатели, то, что о Цишань Вэнь здесь едва ли слышали что-нибудь хорошее, легко забыть. Притворство - далеко не самая сильная сторона наследника, простых одежд, на его взгляд, более чем достаточно, чтобы затеряться в такой толпе. Он кивает, давая понять, что задача ясна, и идёт теряться - уверенно и целеустремленно. Добравшись до причала, первым делом (первым делом он всё же задерживает дыхание, чтобы не оглушить нос одновременно запахами свежей рыбы, копченой рыбы, рыбы, жареной в масле и протухающей рыбы, не говоря уже о запахах, которым не может дать определения) направляется к лодкам, в которых скучают перевозчики. Самый же первый оказывается даже дружелюбнее, чем можно было рассчитывать, кланяется, улыбается и рассказывает что-то о городе - Вэнь Сюй не слушает, что именно. Вокруг и без того чересчур много звуков, много обрывков разговоров, проплывающих мимо. Об улове, о налогах, о разбойниках на дорогах и пропавшем караване, о прошедших штормах и о тех, что придут осенью. Он разве что спрашивает о постоялом дворе, где можно было бы отдохнуть с дороги. Они ведь купцы, в конце концов, должны были устать. Перевозчик делится знаниями охотно, указывая на место с самыми лучшими комнатами и вином, за что получает слиток серебра. Вэнь Сюй не уверен в том, сколько стоят его услуги, но этот человек кажется вполне довольным и, сойдя на берег, наследник тут же забывает о нём, но не о рекомендациях.
- Это место? - кивает на красочный флаг над входом в заведение.
Людей совсем немного, и неудивительно: судя по чистоте и по тому, как одет хозяин, уже спешащий к новым гостям, оно не всем по карману. Об этом, впрочем, Вэнь Сюй не беспокоится: денег много, и карманники, которые попытаются до них добраться, познакомятся с несколькими лично написанными первым молодым господином Вэнь талисманами.
- Бери что захочешь. И мне тоже.
В конце концов, голод - лучшая приправа. Вэнь Сюй уверен, что сможет проглотить что угодно, и даже к запахам уже притерпелся настолько, что дышит носом.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

15

Вэнь Сюй, по своему обыкновению стремительно и без оглядки, направился вперед, оставляя своего спутника на шаг позади. Как привык следовать всегда и везде. Хуншэ вытянул было руку, чтобы поймать его за плечо, остановить, но тот уже был далеко, пришлось издать тяжелый вздох и двигаться следом, по дороге оценивая их шансы сойти за бродячих торговцев.
Будь он тут один, будь у него больше времени на подготовку, он сумел бы стать одним из тех, что сейчас делят с ними этот путь, или тех, кто встречает их в городе. Но Вэнь Сюй этой науки не видал, как не имел и необходимости её изучать. С одной стороны как заклинатели ордена Цишань Вэнь они здесь внимания не привлекают, с другой — они привлекают куда больше, когда выглядят переодетыми заклинателями.
— Твоя спина слишком прямая, — уже в городе шепчет он над ухом Сюя, — согнись немного и расслабь руки, — показывая, как надо, — ходи медленно, как все. Сейчас мы торговцы и не должны выделяться из толпы.
Да, этот взгляд, вскинувшийся на него, непонятно, то ли недовольный, то ли сосредоточенный, он ожидал увидеть, улыбнулся и кивнул.
— Походка выдает в тебе господина, — продолжил он невозмутимо, интересуясь куда больше ближайшими домами, чем выражением лица наследника. — Да и ци нужно немного попридержать…
Вряд ли Сюй чувствует, какую жаркую дорожку воздуха оставляет за собой. Если бы не ветер, мгновенно уносящий это тепло вдаль, почувствовать могли бы и прохожие. К счастью, ветер рядом с морем не стихает, и жара в это время года скрадывает многое. Такая жара располагает к пребыванию в горах или в тени тех, кто к ней не привык, но рожденные Вэнь чувствуют себя в пекле как рыба в воде, а рожденные Гао не страдают, гася ее своим внутренним холодом. Что скоро над городом встанет марево, полное самых разных запахов моря и человеческого муравейника, было совершенно очевидно. Солнце поднималось всё выше, катясь по широкой дуге над ними, а выражение лица Сюя, вдохнувшего эти ароматы, было презабавным.
“Бедный мальчик”, — не смог он удержаться от жалости, догадываясь, что Сюй теперь спешит куда-нибудь в более… чистое место, потому снова рванул к лодочникам.
Лодка нашлась сразу, и перевозчик, оценивающе поглядевший на них, решил выбить побольше серебра за свои рассказы, весь путь они слушали его болтовню, из которой “полезного” было разве что, где живет лучший в городе лекарь и когда прибудет корабль с островов. О корабле они поговорили ещё, и о том, какие купцы держат лавки в городе, где можно найти необычные вещи и хороших девушек. Хуншэ мог бы поддержать любую тему, приглядываясь к окружению, прислушиваясь к разговорам вдоль воды и в проплывающих навстречу лодках, но город был не слишком большой, и, добравшись до реки, они причалили.
В его возрасте приличный купец не выпрыгивает из лодки на ходу, а ждет, когда лодочник хорошенько притянет ее к высушенному солнцем, стертому тысячами ног дощатому настилу над водой, потом только встанет, потянет затекшую спину, загораживая выход молодому товарищу, и, ворча что-то про приближающуюся старость, кряхтя выберется на берег.
— Вооооон там господа могут отдохнуть, — не унимался лодочник, показывая в дальний от них конец площади. — Это лучшее заведение у нас. Если господам не понравится, Ху Гэн отвезет в другое местооо…
Затихающий вдали и шуме толпы голос запомнился. Наверняка этот голос он узнает, если услышит вновь, как и лицо с парой родинок на левой щеке бросается в глаза.
— Это место? — Сюй выглядит почти довольным, ступив на твердую землю и втягивая носом аромат рисовых булочек, доносящийся из раскрытых окон первого этажа.
— Для того, кто путешествует и устал, место вполне подходит, — Хуншэ оглядел дом еще издали. Просторный, в два этажа, ставни плотные, крыша с одной стороны выходит на дом местного управителя, судя по страже, стоящей у входа, другая смотрится в воды достаточно широкого канала, чтобы такой не перепрыгнуть с разбегу.
— Бери что хочешь. И мне тоже, — слышит он в ответ, когда они заходят внутрь, и хоть капля сомнения в том есть, Вэнь Сюй решил разделить с ним всю трапезу, что он пожелает, неужели? А навстречу уже, завидев их и отослав куда-то мальчишку-слугу, спешит не иначе как хозяин гостевого дома.
— Прошу дорогих гостей, — кланяется тот и провожает их к столу, к которому направились ноги, — прошу сюда. Как хорошо, что вы добрались. У нас самая лучшая еда и лучшие комнаты в городе! Господам очень повезло, как раз вчера вечером один постоялец съехал, и есть свободная.
— Это прекрасно, — Шань Шэ сложил руки перед собой. — Значит, мы остановимся здесь и отдохнем с дороги. Хозяин, а принесите-ка нам всё, что у вас сегодня есть, понемногу, — в этот раз скрипеть, усаживаясь, не стал, — и самого лучшего вина. Нам с моим другом есть, что отметить.
— Сию минуту, — хозяин испарился с той же скоростью, как появился, и вскоре на столе начали появляться пиалы, миски, чаши и кувшины. Что-то пахло рыбой, что-то ею не было, но запахи, доносящиеся из окна подмешивались всё равно.
— Если хочешь, не ешь то, что тебе не нравится, — негромко сказал он Сюю и потыкал в то, что было похоже на большого моллюска, одиноко лежащего на рисе сверху. — Интересно, что это…
Створки раскрыть палочками удалось со второй попытки, и это было весело — пробовать что-то новое. Но веселее всего было всё же смотреть на Сюя.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Воскресенье, 25 июля 10:13)

+1

16

Осанка, походка - если за этим когда-то и приходилось следить, то так давно, что это давно забыто. Вэнь Сюй смотрит внимательно. Смотрит, подмечает нюансы, запоминает. Примеривает на себя поверх простых одежд. Если они не мешают, то не помешает и это, нужно только привыкнуть. Время, когда его учили владеть мечом и балансировать в воздухе, Вэнь Сюй помнит. Это чем-то похоже: едва заметное движение отделяет хороший стиль от отсутствия всякого стиля. Полдвижения отделяют полет по прямой от полёта вниз головой. Вэнь Сюй научился видеть разницу и копировать это ещё тогда, и сейчас послушно повторяет: расслабить руки, согнуть спину - чуть, не нарочито. Сдерживать ци ещё более странно, но это он хотя бы умеет. Заставляет огонь а меридианах улечься, притихнуть, и тот слушается, предвкушая минуты, когда сможет вырваться вновь.
Вэнь Сюй, конечно, доволен - своими стараниями, их результатом. Тем, что Змей, кажется, доволен тоже, оставив в прибое меланхолию, включаетя в игру. Его кряхтение заставляет удивленно обернуться - такие звуки нечасто услышишь среди заклинателей - а потом, разобрав ворчание, хмыкнуть от едва сдерживаемого смеха.
Но стареющий и больной или нет, Хуншэ, не спешит отказываться от привычки вглядываться в окрестности, как будто здесь их должен поджидать отряд наемных убийц, не меньше. На это Вэнь Сюй старается просто не обращать внимания: исправить эту привычку куда сложнее, чем походку.
Вино приносят раньше еды. Он наполняет чаши - с вином даже рыбу можно будет съесть, если не жевать, - бежать с этого поля боя вот так просто, особенно после позволения, которое великодушно даёт Змей, наследник уж точно не собирается, ну уж нет.
Он готов к тому, что вино пахнет рыбой. Если не обманули, и это - лучшее в городе, то водорослями. Как ни странно, это не так, и у вина аромат каких-то цветов. Белых, - почему-то приходит на ум, и этого не объяснить, а запах, тонкий, сладкий с едва заметной горечью, хоть по-настоящему, конечно, не ударит в нос, но для обостренных чувств заклинателя выражен весьма.
Такого вина он в самом деле никогда не пил, и первый же глоток не просто приятно освежает, но и отвлекает от мысли о том, что разложено на блюдах.
То, что на блюдах, мало похоже на еду. Вэнь Сюй вовсе не уверен, что это еда до того момента, как Хуншэ пытается это съесть.
- Как тебе?
Похоже, теперь его очередь.  Глубоко вдыхает и тянется палочками к чему-то, что хотя бы на вид получше. Выглядит почти как древесный гриб, только цвет с прозеленью. Может быть, это водоросли? Наследник надеется, что так и есть.
На вкус, конечно, отвратительно и скользит на зубах. На вкус, как... Соленая вода, которая вдруг захотела стать чем-то... живым. Наследник проглатывает это и ищет взглядом какой-нибудь соус поострее.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Понедельник, 26 июля 19:25)

+1

17

Местная кухня, действительно, оказалась слишком… местная. Хуншэ жевал то, что с трудом удалось оторвать от раковины, долго, так долго, что смог смешливо ответить на вопрос:
— Как тебе? — далеко не сразу.
— Не к вину. Вино лучше пить с… — провожая взглядом пучок водорослей, на которые героически решился Сюй, попробовал их тоже. — Нет, и не с этим. А это что, интересно…
Тем оказалась речная рыба, слегка отдававшая тиной, вкус овощей, с которыми ее запекли, не смог перебить этот настойчивый запах, но она была сочна и нежна. Должно быть, для тех, кто привык к этому блюду, готовили здесь отменно.
— Я совсем забыл вкус речной рыбы, — Шань Шэ посмотрел в окно, понаблюдал за толпой на площади некоторое время и снова повернулся к наследнику. — В детстве мы с братьями любили ловить рыбу руками. Реки были холодными, но нас это никогда не смущало, — еще один кусочек отправился в рот. — Я не помню вкус… той рыбы. Знаю только, что другой…
Вино было терпким, и его аромат о детстве совершенно не напоминал. Если ему в те времена и удавалось достать хорошее вино, то пил он его в одиночестве, и на вкус оно было куда скромнее, в нем не было этой южной сладости и нотки легкой горечи от добавления горных трав. По этому вкусу он тоже иногда скучал.
— Думаю, мне всё же стоит… — он вздохнул, не решаясь высказать вслух свои желания. Желания, которые борются с сомнениями постоянно, подтачивают изнутри, портят настроение, которое и без того не лучшее в этот день. Чтобы закончить мысль, пришлось подумать хорошо, а чтобы на это было время, он сунул в рот пельмешку. С рыбой, конечно же. — Я думаю, но не уверен в этом, что… мне нужно побывать в местах, откуда я родом, посидеть на своей скале, съесть чашку простого риса и выпить местного вина. Быть может, мне станет спокойнее.
Посмотреть издалека на тех, кто когда-то был его семьей. Возможно, это не придаст покоя, но желание не оставляет. Наоборот, оно становится всё сильнее. В этом и самому себе признаться трудно, не то что сидящему напротив и пытающемуся не позеленеть, как водоросль, которую с трудом проглотил, первому молодому господину Вэнь.
— Пельмешку? — легким движением руки он подвигает к тому вполне съедобное блюдо. — Эти вроде ничего.
А потом он снял пробу со всех тарелок, что стояли на столе, нашел мясо крабов в устричном соусе, приготовленное весьма недурно, заправился рисом и паровыми булочками. Булочки вообще испортить сложно, если начинку не делать из грязи. Эти оказались насколько хороши, что, завернув парочку в бумагу, он положил их в карман, прежде чем они допили вино и отправились в город. Раз уж они сегодня торговцы, стоило пройтись по местным лавкам в поисках интересных вещиц и чего-нибудь на память, выпить где-нибудь чай, глядя на залив и суету вокруг, прихватить простенький веер, — солнце вошло в зенит и жара только накалялась, примерить новое лицо и играть роль совершенно простого человека. В этом было своеобразное удовольствие.
Только, как ни играй чужую роль, свою забыть ему бы не удалось ни на минуту. Забыть о том, что в толпе так легко потеряться, убив кого-то скрытно, а потому забыться не получилось. Можно было только играть роль.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1

18

Пельмени с рыбой, рис с рыбой, рыба с рыбой - в какой-то момент Вэнь Сюй перестает чувствовать разницу во вкусе стоящих перед ним блюд. Зато голод начинает отступать, а силы - прибывать, восполняя потери от переноса. Он готов к тому, что Хуншэ, наконец поняв, чего действительно хочет, прямо сейчас соберётся отправиться в те места, откуда когда-то пришел. Он готов следовать за ним, и, быть может, готов даже остаться здесь в ожидании, если это потребуется. В последнем он не уверен, но уверенность эта и не понадобилась: дальше своей собственной неуверенности Хуншэ идёт. Даже после того, как наелся. Наследник же не хочет больше касаться этой темы, даже несмотря на то что понимает: до тех пор, пока Змей не решится посмотреть прошлому в глаза, он будет думать об этом, не сможет не думать. Поэтому сам он редко позволяет себе долго размышлять над тем, что должно быть сделано, но... Прогулка так прогулка. Только оставить хозяину гостевого дома кроме платы за одинаковую рыбу в разных мисках, небольшой залог, чтобы оставил ту самую комнату, которая освободилась. Да ещё распоряжение оставить в комнате несколько кувшинов этого вина - заберут с собой, на память.
Городская площадь Хайаня небогата на лавки, здесь вообще нет торговых рядов, кроме, разве что, тех на самом берегу, куда рыбаки приносят утренний улов. Но, посчитав, что рыбы с него на сегодня достаточно, Вэнь Сюй даже не смотрит в ту сторону. Не может быть, чтобы здесь вообще ничего, кроме рыбы, не знали. Вместо неё он желает увидеть... ну хотя бы на что способны местные ремесленники.
Для того, чтобы найти что-то интересное, приходится ещё не раз раз сменить лодки, останавливаясь то у одного дома, то у другого, переходя небольшие участки суши или мостки, чтобы оказаться уже на берегу другого канала. Ремёсла здесь тоже другие, даже глиняная посуда не такая, как в Цишань. Нет, дело не в том, что в тех местах, где случается бывать наследнику, встретишь только полупрозрачный фарфор. Это не так, и Вэнь Сюй не имеет привычки свысока смотреть на быт простолюдинов, поэтому удивляется различиям очень даже искренне. Но рассматривать чашки и горшки надоедает быстро, в тканях он разбирается и того меньше, лишь отмечает, что здесь они ярче.
Ещё один раз они встречают того первого перевозчика, который приветствует их с такой радостью, как будто увидел не меньше как потерянных друзей детства. Его лодка на этот раз  занята, и беседы не получается, зато он плещет водой в какую-то молодую девицу с полной корзиной водяных каштанов в руках, и кричит ей что-то на текучем местном диалекте, когда та оборачивается. Мгновение спустя, девушка, улыбаясь, спешит в  в их сторону. Вэнь Сюй не успел проголодаться, но каштаны всё равно покупает - не возвращаться же ради обеда. Торговка отсыпает орехов щедро, так же, как улыбок, а воды в бамбуковых флягах и вовсе приносит бесплатно, ненадолго отлучившись куда-то. Вода кажется едва ли не лучше вина, и она тоже совсем другая.
- Как думаешь, - наконец сдаётся Вэнь Сюй, когда короткие ещё тени поворачивают на восток, - оружейник здесь найдется?
Почему бы купцам не присмотреться к местному оружию, если оно вообще достойно упоминания?
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

19

Внезапный интерес Сюя к местной посуде был даже более удивителен, чем сам выбор города, по которому они ходили, ступая по выщербленному камню редких мостов или дощатым мосткам причалов, переправляясь на лодках от одного канала к другому там, где дорога заканчивалась по суше и продолжалась по воде. Интересно было наблюдать за тем, что могло приглянуться наследнику, впрочем, он это понимал, только лишь за неимением чего-то более интересного и достойного внимания, чем глина и фарфор. Кажется, к запаху рыбы привыкнуть невозможно, и Сюй сегодня необычайно терпелив, хоть и был бы рад отсюда убраться. Хуншэ препроводит очередной приступ его “терпения”, когда блудливый ветер доносит до них все ароматы рыбного рынка, едва обеспокоенным взглядом и улыбкой, обещающей еще немного этих страданий на торговой площади. Будет… будет рад, когда этот день закончится.
Он перекатывает во рту кусочек водяного ореха, смакуя его вкус прежде чем разжевать и проглотить, а после пробует воду, удивительно свежую для места, где они находятся. В городе такой не бывает. Взгляд сам собой чертит линии от улыбчивой торговки к лодочнику, почти скрывшемуся из виду на канале, к другим, к местным лавочникам, продающим то, что явно выросло здесь, в долине, вид на которую открывался им с холма, и вскоре находит те самые фляги из бамбука, выставленные в ряд в одном таком месте. Девушка спешит туда, чтобы сказать пару слов человеку за ними, и оба смотрят в их сторону… Хуншэ чувствует себя уставшим уже давно, но никогда раньше его ноша не казалась ему тяжёлой. Хотел бы он просить в подарок несколько дней только для себя? Возможно…
— Как думаешь, оружейник здесь найдется?
Вопрос заставляет желания умолкнуть. Возможно, раньше он бы так и сделал, сейчас он рад каждой возможности побыть рядом с ним, не ощущая кожей сотню устремленных на них двоих пристальных взглядов, а эти, горожан чужой земли, не в счёт. И всё же вопрос приводит его к выбору, найти того самого "оружейника" или занять внимание Сюя чем-нибудь ещё. Как назло, развлечения закончились.
— Был когда-то, — отвечает он, наконец, и оборачивается вокруг, ища нужную сторону. — Кузня стояла на дороге почти у самого города, может, и сейчас там стоит. Крестьянам и рыбакам оружие ни к чему, но работы кузнецу и без того хватает. Оружие тот мастер делал не хуже любого другого в Цишань, но я вряд ли могу это обещать, как и то, что мастер ещё жив. Можем взять лодку и добраться до дальнего берега, пройдем пару ли пешком, вернёмся в гостевой дом к ночи…
Вернуться он бы хотел. Хотя бы за тем, чтобы хорошо поужинать и выпить местного вина. Если не придется искать другого места для… Взгляд, брошенный на Сюя, отведен. Слишком голодный, слишком жадный и предвосхищающий время… Слишком уставший от такого долгого ожидания, но вопреки тому он вовсе не торопит ночь. Этот день и без того хотелось растянуть, а солнце всё неумолимо ступает по небу и клонится к дальним холмам. Впрочем, в этом есть и благо — ветер с моря становится всё свежее, и минусы — тени длиннее, и людей становится больше. К вечерней прохладе они выходят из своих дневных укрытий, заполняют улицы, лодки толпятся в каналах, крики, а иногда и перебранки лодочников, слышны издалека. Звуки над водой идут далеко. Звуков слишком много, а потому Хуншэ вздыхает облегченно, стоит им ступить на дорогу, ведущую из города в сторону, противоположную той, с которой они вошли.
Здесь, на окраине, и дома пожиже, победнее и их обитатели, на любой окраине так. Здесь они выглядят не бродячими торговцами, а почти богачами, золотящимися в лучах закатного солнца. Здесь бродяжки просят у прохожих подаяния, но только самые отчаянные решились бы — у них. Отчаянных побирушек не нашлось, зато нашелся пьяный настолько, что едва держался на ногах. Он не пытался коснуться Сюя или его самого, а просто пересекал улицу перед ними, размахивая кувшином, который переворачивал и тряс, словно бы там могла остаться хоть капля вина, запнулся сапогом о свой же потрепанный сапог перед Хуншэ и растянулся бы в полный рост, не подставь тот руку.
— А? Что такое, — пьянь выронил кувшин, умудрившись его не разбить, и, покачиваясь, разулыбался. — Господин тоже хочет вина? Мэнху вот хочет выпить ещё! — рука похлопывала Хуншэ по плечу как старого знакомого, заставляя улыбаться в ответ и слушать, как округа оживленно отпускает “наш выпивоха сейчас получит в рожу” или “всё никак не просохнет” и “а пусть гуляет, тебе-то что” и всё в таком роде.
— Проваливай, — беззлобно отозвался он и пошел своей дорогой, ни разу не оглянувшись. А хотелось. Хотелось досмотреть этот спектакль до конца…
Встретить тут Цян Мэнху было бы добрым знаком и даже подарком, если бы он был один и если бы он мог себе позволить выпить с тем, с кем учился когда-то в Чаншань. Значит, Юэ не ушли из портового города Цзиней, или же чем-то опять здесь заняты. В таком случае, было ли адресовано ему приветствие или… С чего бы человек Красной реки решился подойти сам, пусть даже и тот, кого он хорошо знал? Когда-то…
Шагая по дороге, ведущей вдоль моря через редколесье, Хуншэ думал об этом еще некоторое время. И о том, как метко и цепко Тигр ухватился за его наручи, спрятанные под рукавами, и о том, с каким спокойствием выпустил. Наверняка идет за ними, раз уж они идут к дому кузнеца. Вот только… тех, кого хорошо учила Красная река, слышно быть не должно.
Нагоняло их пятеро. Люди торопились пешком, как умели, пытаясь быть тихими… Пытаясь.
— Нам придется остановиться здесь, — негромко сообщил он Сюю, оглядев поворот дороги, оставшийся позади, и невысокие скалы на побережье, к которым она выходила, перед ними. — Удобнее места для…  отдыха, — на лице его сама собой появилась та самая улыбка, которую так не любили во дворце, — не найти…
Возможно, они не зря заглянули за эту окраину, как не зря он приглядывался к лицам тех, кто им встречался сегодня на пути. Два лица, он был в этом уверен, он видел в толпе, а недавний торговец водой… Сейчас тот не выглядел торговцем вовсе, указывая в их сторону. Люди окружили их, прижимая к скалам.
— Эти люди должны тебе денег? — мечи были остры и совсем не благородны, без труда выдавая происхождение их обладателей и их намерения.
— Эти, — ответит “торговец” через один вдох.
Следующий вдох он сделает с улыбкой, победной, отдавая приказ порыться в карманах чужаков. Еще через один — начнет оседать на землю с пробитым горлом на глазах у своих товарищей.
Когда всё закончится, Хуншэ неторопливо вытрет кровь с клинков об одежду убитых, спрячет свои “когти” обратно и недовольно скажет:
— Почему их так мало? — продолжая одним из оброненных тесаков делать надрезы поверх аккуратных ран. — Тела найдут скоро. К тому времени нам нужно быть далеко. Вернемся в гостевой дом сейчас? Оружие подождет…

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Понедельник, 30 августа 15:23)

0

20

Не то чтобы этот день до того был совершенно лишён странностей, но когда Хуншэ начинает улыбаться и вести пусть бы и краткие, но беседы с кем-то, кто виснет у него на руке, концентрация странного превышает то, что можно игнорировать, продолжая проводить день нормально. Поэтому когда их догоняют пятеро очень заинтересованных в их деньгах горожан, Вэнь Сюй даже рад. Рад возможности ещё ненадолго продлить трещащую по швам иллюзию, не вспоминать о реальности хотя бы до заката. Ведь так это и случается с обычными людьми - им приходится дышать рыбным воздухом, им приходится интересоваться посудой, им приходится... Отдавать свои деньги, когда пятеро против двоих. Слишком смехотворное соотношение, чтобы воспринимать это иначе как игру, чтобы обнажить меч в ответ. Вэнь Сюй с лицом, исполненным растерянности и страха, как он себе это представляет, послушно отступает к скале и думает, чего хочет больше: как обычный и нормальный человек отдать серебро в обмен на свою жизнь или позволить им забрать самим, лично познакомиться с магией клана Вэнь.
Хуншэ решает быстрее, на этот раз привычно и ожидаемо. В том, чтобы обнажать меч, всё ещё нет смысла, но теперь уже по другой причине: все мертвы слишком быстро. И развлечения, похоже, окончены на сегодня. Вэнь Сюй пожимает плечами в ответ на вопрос.
- Потому что двое торговцев не могут быть по-настоящему опасными? Можно найти и остальных, но...
Но это земли, а значит, и дела ордена Ланьлин Цзинь. Вершить здесь справедливость, по-своему решая, что должно считаться справедливым, а что нет, - не то чтобы невозможно для Цишань Вэнь и лично наследника Владыки бессмертного, но вызовет вопросы, привлечет внимание, да и попросту не очень-то весело. По правде говоря, совсем не то, на что стоило бы тратить такой день.
- Вернёмся, - соглашается не раздумывая, - если обещаешь, что с теми моллюсками, что там подают, мы больше не встретимся. Иначе мне придется искать для ночлега какую-нибудь прибрежную пещеру.
На берегу делать больше нечего. Закончилась игра, и интерес к деревенскому кузнецу закончился вместе с ней. Другой интерес не пропал, и Вэнь Сюй был бы рад остаться здесь вдвоём со Змеем, чтобы встретить ночь так же, как встретил день, чтобы дождаться, пока от любых глаз их скроет тьма. Но точно до того, как рядом появились остывающие тела. Если уж делить с кем-то вечер, то хотя бы с живыми. Поэтому мимо этих он проходит не оглядываясь, намереваясь вернуться на дорогу, по которой они м пришли. Но останавливается в половине полушага от Хуншэ, задевая его своим дыханием.
- Это место должно было быть спокойным и тихим, но кажется, у него оказались другие планы. Извини.
Может быть, дело совсем не в месте, и если бы Змей был здесь один, то провел свой день именно так, как было задумано. Вэнь Сюй в самом деле ощущает свою вину, хотя толком не может понять, за что. Может пора просто смириться с тем, что когда он хочет сделать что-то хорошо или лучше, всё получается плохо и ещё хуже. Хотя это не второй вариант: Хуншэ всё ещё здесь, и чтобы лучше это почувствовать, Вэнь Сюй почти случайно касается плечом к плечу.
- А впрочем, похоже, ты опять лучше меня понимаешь, что происходит. Не объяснишь мне по дороге?
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+1

21

Двое торговцев не могут быть по-настоящему опасными. Те, кто полагается на этот счет, иногда проигрывают, и, если одиннадцать раз везло, то на двенадцатый вероятно будет ждать сюрприз. Одиннадцать… не об этом ли говорил свиток, висящий на городской площади, щедро приправленный морской солью и потеками недавнего дождя, рваными следами ветра и палящего солнца? Одиннадцать раз пропадали богатые торговцы, исчезали караваны, казалось бы, в никуда. Ни одного тела так и не нашли, равно как денег, поклажи и товаров, что были с ними. Банда следов не оставляла.
Хуншэ закончил, полюбовался на результат своих трудов, оставил меч в теле удачно прислонившегося к каменной стене и оставшегося сидящим, ровно там, где зияло аккуратное отверстие чуть ниже сердца. Он тоже не будет оставлять явных следов, и пусть тот, кто найдет этих бродяг, увидит отчаянно сопротивлявшегося четырем нападающим уличного торговца, погибшего от удара меча.
Наследник Вэнь не будет замешан в этом всём, и его возможные следы он тоже походя сотрет с рыхлого сыпучего песка под их ногами после услышанного:
— Вернёмся… Если обещаешь, что с теми моллюсками, что там подают, мы больше не встретимся. Иначе мне придется искать для ночлега какую-нибудь прибрежную пещеру.
— Пещеру мы всегда успеем найти, — улыбается Хуншэ едва заметно, теперь, когда слушает воздух вокруг них. Слишком тихо… Видел ли их кто?
— Это место должно было быть спокойным и тихим, но кажется, у него оказались другие планы. Извини.
— Ну, что ты… Охота вполне удалась. Хуншэ доволен, — уходит он от скал, шагая спиной вперед, оставляя следы в обратную сторону, ступая точно вслед за Сюем, оглядывая место еще раз, не осталось ли чего подозрительного.
— А впрочем, похоже, ты опять лучше меня понимаешь, что происходит. Не объяснишь мне по дороге?
По дороге, на которую они снова выходят теперь, ступая по каменистой россыпи, и идут в обратную сторону, каждый со своим грузом впечатлений. Что из того, что теперь знает Хуншэ, он должен бы озвучить? Видел ли их тот, кто встретился им на пути через окраину города? Мастер Цян уехал из Чаншань слишком давно, поселился здесь, ведя торговлю и наблюдение, встречая грузы из-за моря, создавая для Красной реки немало хорошего и неприметного оружия. Его сын, отправленный в школу еще в свои юные годы, нечасто покидал Чаншань, чтобы повидаться с отцом, а теперь же наверняка оставался здесь, чтобы помогать тому во всем. Отчего же местные называли его, пусть даже почти ласково, “наш выпивоха”, оставалось только гадать. Впрочем, даже изрядно поднабравшийся, Мэнху оставался тем, кем был всегда. Наверняка так.
Возможно, ему стоит принять приглашение и как-нибудь зайти в гости… Хуншэ посмотрел на Сюя, в свете заходящего солнца, почти ласково… Разве что только… одному. Как не стоило бы тащить наследника и в Чаншань, где его семью не слишком жалуют, где будет еще труднее сделать вид, что тот [хотя бы] из простых заклинателей.
— Наверняка эти люди из тех, о ком было слышно в городе. Помнишь те пересуды об исчезновении богатых приезжих? В следующий раз, когда решишь куда-нибудь выбраться, спроси меня, как меньше всего привлечь внимание к себе и своему серебру…
Удержаться от прикосновения так сложно, и он… позволяет себе. Легкое, почти невесомое — к выбившейся пряди волос, поправляя ее, дотрагиваясь до виска и кожи за ухом, обещанием большего чуть позже. Когда они вернутся в ту комнату, что была им обещана утром.

На этот раз лодочник вез их без пересадок, и фонарь на носу его лодки, бросавший яркое пятно на морскую воду с прозеленью, встречал по пути другие такие же фонари. К тому времени, как они вернулись в город, солнце укатилось за холмы на горизонте, погружая город во тьму. Город однако же сопротивлялся ей, зажигая фонари повсюду, впрочем, соревноваться с Городом-без-Ночи он не мог ни в малейшей степени. С наступлением вечера затихала уличная торговля, с приближением ночи другого рода заведения, сулящие развлечения утомленным дневной жарой местным и пришлым, открывали свои двери, и чем ближе к сердцу города, тем богаче становились вывески над дверями. Пить или встречаться с весенними девушками — этого в их планы не входило. По крайней мере, второго не было точно. Когда же они добрались до дома, где остановились, и зашли внутрь, встречать их, томимый мечтою получить щедрую плату за ужин, никто не бросился. Вместо того девушка, обслуживавшая постояльцев за столиком, при виде вошедших, собрала со стола пустые пиалы и бросилась на кухню, словно у нее внезапно прихватило живот. Пару минут спустя вышел хозяин, натянутая улыбка которого, все такая же подобострастная, как и утром, но куда более осторожная, навела на мысль, что ужин им подадут не так быстро, как хотелось бы. И на пару-другую иных мыслей, связанных с вечерним происшествием, тоже.
— Хозяин, нет ли в вашем меню чего-нибудь не из рыбы? — не поинтересоваться Хуншэ просто не мог. Искать пещеру на побережье в двух шагах от удобной кровати и возможности прикоснуться к желанному, совершенно не хотелось. — Мы обошли весь город за день, устали и порядком голодны. Что предложите?
— Господин… возможно, у нас найдется утка. Приготовить вам утку?
— Птица? Хорошо. Пусть будет птица и лапша. Вино…
— Вино ждет вас в вашей комнате, господин. Мы принесем еще кувшин сюда.
— Верно.
Гости расходились, оставляя их в одиночестве в пустом зале, наедине друг с другом и наконец поданным ужином. В свете фонарей это место выглядело более соответствующим тому, к чему они привыкли, еще бы не мешали осторожные взгляды прислуги, наблюдавшие за ними почти всё время.
— Мне кажется, в этом городе многовато глаз. Как знать, кто указал на нас. Быть может, та девушка, что продала нам водные орехи. Или та, что прислуживает здесь, — Хуншэ наклонился к уху Сюя, шепча едва слышное только ему. — Когда мы вошли, она словно увидела призраков. Хозяин тоже странно себя ведет. Мы можем уйти отсюда или заночевать под крышей, — тонкая палочка, побывавшая в каждом блюде, не почернела. — Еду не отравили, можно есть.
Чего бы он хотел сам? Об этом ясно говорил взгляд. Прячь не прячь, выдает.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Вторник, 31 августа 12:03)

+1

22

Нет, никаких объяснений, кроме самых очевидных. В ответ на них Вэнь Сюй рассеянно кивает: кажется, обдумывать странности и делать выводы ему придется самому. Может быть, в Хайянь придется вернуться, чтобы узнать больше, и если так, он захватит с собой нормальной еды, это точно.
Но до тех пор сойдёт и утка, которая, конечно, наверняка будет пахнуть как рыба. Вера в местных стряпух потеряна для него навсегда.
Он поворачивает голову и перехватывает взгляд Змея, когда тот склоняется к уху. Если Хуншэ хочет, чтобы смысл его слов было просто уловить, ему не следует делать так, потому что Вэнь Сюй поначалу не может сосредоточиться ни на чем, кроме горячего дыхания на своей коже, а уж обдумать... Возвращать себе способность думать о ком-то... о чём-то другом приходится едва ли не силой, и это стоит ему очень долгого выдоха. Который заканчивается возмущенным "Ха!" Наследник упрямо вскидывает голову.
- Нет настроения идти ещё куда-нибудь, - заявляет он достаточно громко, чтобы все, кто слушает, узнали о его недовольстве. И с удивлением отмечает про себя, что наиграно это недовольство лишь отчасти. - Нам обещали, что это лучшее место в городе, так может, хотя бы комнаты здесь получше, чем еда.
Вэнь Сюй знает, как быть капризным богатым молодым господином, и знает, что чем сомнительнее богатство, тем больше бывают претензии. Если когда и будет время применить эти знания, то как раз сейчас, так что он и не думает скрывать недовольство. Если здесь глаз много, то и уши найдутся, и незачем давать повод прислушаться к беседам, ведущимся вполголоса.
- Не похоже, что здесь и правда много постояльцев, - он выразительно оглядывается в пустом зале. - Хозяин должен бы освободить для нас весь этаж.
Он голоден, устал, не собирается сдвинуться с места и даже после прогулки по городу имеет достаточно средств, чтобы обеспечить себе приличный отдых - вот что может увидеть любой, кто смотрит внимательно, но не знает, на кого смотрит. Если за их деньгами ведут охоту и не собираются останавливаться после первой неудачи, то пусть приходят побыстрее. Плотного ужина и по кувшину вина на каждого ведь достаточно, чтобы отдаться своей усталости и заснуть без задних ног.
Вэнь Сюй принимается за утку и молчит какое-то время, занятый едой, лишь когда поднимает чашу с вином, добавляет уже так, чтобы услышал лишь Хуншэ, с едва заметной улыбкой глядя на того исподлобья.
- Думаешь, нас здесь оставят в покое? Серебра не жаль, если бы только можно было заплатить, чтобы хоть до утра эти гостеприимные люди считали нас мертвыми.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Вторник, 31 августа 17:28)

+1

23

Блеск глаз Сюя сказал ему, что не только Хуншэ не желает куда-то тащиться на ночь глядя, а лишь поскорее закрыть двери с внутренней стороны, возможно, даже мебелью. Лишь бы… да, дали им побыть наедине, наконец-то, укрыться от чужих глаз и, желательно бы, ушей. А пока что насладиться капризами молодого господина, тыкая в утку, не успевшую как следует прожариться на огне, палочкой из кости какого-то животного. Вещица явно не местная, да и покороче обычных.
— Нет настроения идти ещё куда-нибудь. Нам обещали, что это лучшее место в городе, так может, хотя бы комнаты здесь получше, чем еда.
— Если эта утка сырая, я найду того лодочника, который нас сюда направил, и уж ему не поздоровится, — подыграл он Сюю, поглядывая мельком на служанку, чье личико скрылось из виду, лишь только ее заметили.
— Не похоже, что здесь и правда много постояльцев. Хозяин должен бы освободить для нас весь этаж.
Весь этаж освободить? Было бы неплохо. Правда, с этим как раз могут быть сложности, да и постояльцы рядом хоть как-то могут остановить грабителей, а не ломиться в пустой дом, где, кроме прислуги и них самим никого не будет.
— Думаешь, нас здесь оставят в покое? Серебра не жаль, если бы только можно было заплатить, чтобы хоть до утра эти гостеприимные люди считали нас мертвыми.
Выпить вина, да. Еще этого хорошего вина. В опустевшем зале можно не быть настолько осторожным и позволить себе хотя бы взгляд.
— Если они не идиоты, они оставят нас в покое совершенно бесплатно.
Менять выражение лица не хотелось, но пришлось, стоило лишь только хозяину появиться у лестницы.
— Эта утка ужасна, — палочки он положил, закончив трапезу и прихватив свой кувшин с вином с собой, отпивая глоток на ходу. — А вино крепкое. Хорошо!
Хозяин промакнул рукавом лоб и склонился пониже, провожая гостей в их покои. Комната для гостевого дома, действительно, оказалась неплохой, однако окна ее выходили на канал.
— Самая лучшая и самая тихая комната у нас, — всё ещё кланяясь, говорил хозяин. — Если дорогим гостям что-нибудь понадобится, непременно сообщите мне!
— Непременно, — терпеливо улыбаясь, слегка покачиваясь и отпивая еще вина, приговаривал Хуншэ, выпроваживая его из комнаты, закрыл дверь, постоял, слушая, как в тишине тот стоит и тоже слушает, потом, тихо ступая, уходит. Слишком тихо для тучного человека. Не слишком быстро цепляет на дверь талисман защиты, не позволяющий пройти внутрь никому, кто не может использовать много ци.
И только после этого оборачивается к Вэнь Сюю.
Наконец-то. Они остаются одни.
— У нас мало времени…
Шаги быстры, а губы слишком горячи в поцелуях, голодных, жадных, дорвавшихся до желанного.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status]Алый Змей[/status] [icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/881997.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+1


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Рассвет в Хайань