Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » цветы мэйхуа под снегом


цветы мэйхуа под снегом

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Участники:
WANG SU ◄► JIN ZIXUAN
Место:
земли клана Ланьлин Цзинь
Время:
до Аннигиляции
Сюжет:
будни владетельных особ

0

2

Лепесток прилип к рукаву, красный на красном, лепесток на брызгах крови.
Не, это была не его кровь и выпущена была не им, что куда досаднее. Ван Су покосился на нежную плоть цветка и передумал стряхнуть его прочь.

Снег продолжал падать.
Скользя намокшими войлочными подметками по тонкому белому наносу, слуги, теснясь и вжимаясь в перила, пропустили Ван Су. Они бы уже давно были за сто шагов от Волка, да вот труп связывал им руки, – труп надо было втащить в зал, как приказал сам Волк.
Виновен хозяин, что слуги несообразительны, - сперва надо было подумать, а не захочет ли тот выпить воды раньше, чем проверять, напоена ли лошадь.
Конюший мальчишка уводил лошадь под уздцы и приговаривал что-то доброе, успокаивавшее, отворачивая голову коня в сторону от дрянного запаха крови и мертвеца.
Ван Су толкнул дверь и двумя шагами перенес себя в центр общего зала харчевни.
За столами было людно, на втором этаже через галерею тоже виднелись постояльцы. Белый шелк и золото шитья то и дело вспыхивали, застилая все остальные цвета.
Ван Су хмыкнул.

— Эй, Цзинь! – рявкнул он неожиданно в полный голос, словно с боевого помоста командовал войску. – Иди сюда! Забери своего недомерка.

Снизив голос до обычного разговора, он добавил уже для трактирщика, выскочившего в панике откуда-то:
— Комнату и ужин. О моих людях тоже позаботься… Знать ничего не хочу! – оборвал он невнятное и явно смущённое бормотание трактирщика.

Что бы ни хотел сказать трактирщик, но слуги в это время занесли наконец тело в промокшей и грязной одежде, в испачканной кровью белой когда то гербовой накидке. Лицо трактирщика вытянулось, рот округлился.

Из-за занавесок между деревянных столбов, создававших иллюзию уединения, с возгласами изумления и недоверия немедленно стали возникать люди.
Один из слуг быстро стянул вместе два низеньких стола и вместе с остальными положил на них плетеные из веток носилки с телом.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Отредактировано Da Quing (Суббота, 7 августа 17:33)

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

3

Чай, дешевый и гадкий, омерзительно горчил в глотке, но запас орденцы из дома не брали, потому что поход – если бы не метель – ожидался коротким. А в распоряжении трактирщика оказалось лишь это жалкое подобие. Чай должен быть прозрачным. Даже зеленый чай, что уж говорить о белом. Окрик, глухо удравшийся о перекрытие убогой харчевни, заставал Цзинь Цзысюаня замереть с пиалой у рта. Угол его губ неаккуратно дернулся, и во взгляде родилось что-то отвратительно жесткое. Люди вокруг него засуетились, точно кто-то плюнул в золотой муравейник.
- Узнай, что случилось.
Приказ оказался нерасторопнее взбежавшего на этаж юного заклинателя. Тот дрожал в величайшем возбуждении.
- Внизу солдаты генерала-губернатора. Они принесли из лесу тело Мао И.
- Тело?
Потрясение заставило наследника Ланлин Цзин замереть. Мгновенная бледность растеклась по лицу, контрастом подчеркивая вспыхнувший мазок киновари между смоляных бровей. Мао И был последним и особенно яростным увлечением Цзинь Цзысюаня. Талантливый заклинатель, всегда стоявший по правую руку. Прикрывавший спину – такие бы смыслы не вносили в эти слова грязные шепотки в Башни кои – он был требовательным любовником и мудрым советчиком, который должен был стать первым советником ко времени, когда власть в Ордене сменится. Сегодня они повздорили, и Мао И отправился в лес один. В пургу, закружившую селение Майинг, не было смысла искать следы нежити, пугавшей местных крестьян. Тем более, что Цзинь Цзысюань отправлялся сюда лишь из скуки на небольшую охоту. Но Мао И видел боль и ужас простых людей. Это сделало бы его добрым советником. А теперь сделало мертвым.
Павлин мотнулся к лестнице и оказался внизу раньше, чем послушник успел толком посторониться. Мао И был слишком хорош, чтобы погибнуть от стрелы или меча случайных разбойников, слишком умен, чтобы попасться в сети заговора, и слишком умел, чтобы погибнуть от гнева снежной твари.
- Посторонись, рубака, - золото зло толкнулось в плечо губернаторского военачальника, спихивая его с пути. И Цзинь Цзысюань бросился к замерзшему трупу. Губы покойного были безжизненно серыми, глаза запали и оказались смежены накрепко, точно покойник зажмурился перед смертью. Маска ужаса, сковавшая его лицо, заставила Цзысюаня отшатнуться. Мало что в подлунном мире могло напугать Мао И так сильно. Тело его сочилось кровью, но его так долго волокли по снегу, что кровь иссякла, пропитав золоченые смёрзшиеся одежды. А теперь омерзительно оттаивала.
- Стой, - жестко обрезал уходящего в отведенную комнату командира имперского отряда, еще не успевшего отойти от толчка, точно одним приказом мог дернуть того за плечо и развернуть на месте. - Где и как вы нашли тело? Я хочу знать все. Иначе то, что убило Мао И, придет и за вами.
Знал подобострастный мистический ужас простонародья ко всему необъяснимому и намеревался дать острастки норовистому вояке.

Отредактировано Jin Zixuan (Суббота, 7 августа 17:13)

+1

4

Склонив голову, лишь искоса Ван Су кинул взгляд на белоснежные шелка парнишки, задевшего его плечом. Пха! Задел? Не той ты породы, сопляк, чтобы на тебя реагировать.
В Сияющей не обратить внимания на малейшую обиду Ван Су не мог себе позволить. Столица - не то место, где даешь себя задевать. Но здесь… и на этого пацана…
Он прошел мимо, как прошел бы мимо столба, который спьяна зацепил локтем. Золоченого крашеного в белое столба.
Столб издал звук.
Пока столб звучал, Ван Су продолжал подниматься по лестнице. Но под конец, кажется, золото ударило тому в мозги - парень решил припугнуть Ван Су.

- Я вашу работу уже сделал, малыш, - он посмотрел через плечо и через перила на золоченого петушка. Диюй, лучше бы не смотрел! Красавчик, словно его кисточкой по фарфору рисовали, красавчик до омерзения. Ван Су повернулся лицом к шелковому неженке, ошеломленно раскрыв глаза. Что, правда - не кукла? Говорят, эти скоморохи- заклинатели могут оживить куколку себе на забаву, но только что за радость трахать фарфор! Ван Су криво усмехнулся, меряя парнишку взглядом.

- Пока ты тут себе брови кисточкой накрашивал, мои парни загнали ваше чудо-юдо. Эй, Чжао! Мешок тащи.

Бой был не то, чтобы сложным. Разрубить на куски тварь, которая была так тупа, что брала только воплями на пределе слуха и неимоверной силищей, - такое мог сделать и мальчишка-солдат первого года службы. Ван Су не считал подвигом накрошить тварь в рагу, но голову - чтобы успокоить крестьян и дать им повеселиться над мертвым страшилой - велел забрать целой.  Когда стихнет непогода, ее прибьют над воротами поселка, и всякий, кому станет страшно от мысли о нечисти, сможет увидеть, что эти твари так же смертны, как курица к обеду.

Чжао вывалил голову монстра на тот же стол, где лежал труп парнишки в грязном белом. Крупная бестия, чем-то походившая на медведя, с клыками в ладонь длиной, а когти полосовали воздух в этой драке так, что Ван Су приходилось плясать не хуже пьяного, уклоняясь от лап.
Рядом с телом человека эта головища казалась особенно здоровенной.

Ни на труп, ни на трофей Ван Су не смотрел. Словно зачарованный видением, он спускался по лестнице на те же пять ступеней, на которые успел подняться, и не сводил взгляда с красавчика в бело-золотом. Он рассматривал его как статую, как шедевр, а подойдя ближе, стал обходить вокруг, чтобы убедиться, что парень хорош отовсюду.

- Какой с вас толк, чревовещатели, - снисходительно обронил он. - Вы выставили единственного парнишку караулить в такую погоду, а он даже огня не зажег. Эта зверина движется быстро и тихо, толкьо выглядит тяжелой. Паренек наверняка не успел и заметить первого нападения, упал, а лежачего зверь порвал запросто. Тебе бы поучиться отдавать умные приказы, малец. Считай, что убил его ты сам.

Это была правда, и Ван Су было плевать, насколько она жестока. Ребятки в белом загомонили по углам, зашелестели над своими чашечками с чаем, явно возмущенные тем, как откровенен был Ван Су с их золотым столбом. Но лучше бы парень усвоил навыки командования сейчас, чем через стопятьсот таких же “случайных” жертв.
Но малец был явно взбешен и смотрел на Ван Су диким зверем.
Тот ухмыльнулся и сложил губы бутоном.

- Не таращь так на меня свои глазоньки, красава. А то поцелую.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

5

Волна огненного зарева смела генерала с лестницы раньше, чем орденцы, взбудораженные нечестивыми речами, дернулись разъяренными взглядами ему вдогонку, раньше, чем служанка выронила чайник, оторопело разжав взмокшие пальцы, раньше, чем охнул трактирщик и раньше, чем покойно опустился шелк белого с золотой нитью рукава. Цзинь Цзысюань только вскинул руку. Воздух зазвенел свежесть грозового озоном, одарив Ван Су глухим и мощным ударом в солнечное сплетение, отмахнувшим его сквозь бумажные стены комнат, точно ветер, подхвативший горсть снега.
- Перила поцелуй. Как раз наложница по твоей мерке.
Слова вышли тихо и насмешливо, остались только кривой улыбкой на губах огорченного наследника Ланлин Цзин. Огорчен он был, конечно, своей потерей, а не плебейской грубостью вояки. Но, как бы скорбь не отравляла душу, сносить подобные речи означало попускать неуважение к клану в каждом из местных жителей. А тем было за что любить и за что ненавидеть орденцов. Пусть они помогали избавлять от нечисти и вовсе были святыми людьми, ни налог, ни оброк это не отменяло. И не мешало горячим и задиристым юношам портить чужих невест. Может быть, в Гусу адепты и соблюдали строгий целибат, но в южных и знойных землях Ланлинь тон задавал сам глава клана.
Если с тварью мог справиться и мальчишка – солдат, с ней без справился и здешний пахарь, и сторож на смотровой вышке, и охотник, и уж тем более Мао И. Но знать об этом губернаторским солдатам было не откуда, да и адепы клана едва успели осознать за похвальбой вояки дурную принесенную им из лесу весть. Тварь им на это времени не дала.
Как раз к тому моменту, когда лестница покатила из-под ног Ван Су, когда сшибленная им ширма отлетела в сторону и с грохотом рухнула на первый этаж, разгоняя перепуганных стычкой гостей постоялого двора, снежная тварь оттаяла и клацнула клыками, обретая новую силу в тепле живых людских душ, точно у очага… И молниеносно отрастила длинный призрачный хвост! Огненная вспышка магии клана Цзин сменилась новой - пунцовой. Ударами хвоста монстр сметал столы. Визг в комнатах наполнился запахом горящей плоти. Там, где пурпурное зарево хвоста касалось людей, оно оставляло жестокие ожоги. Существо закружилось между ширмами, хватая постояльцев и вскидывая голову так, словно могло пожрать их, но выпивало лишь души, с гортанным рыком откидывая иссохшиеся тела.
- Ты ведь принес голову в селение, чтобы похвастать уловом? – разъяренный вконец испорченным вечером и уничтоженными шансами на нормальный ночлег наследник клана Цзин рявкнул так, что даже те, кто сейчас ломился в окна, чтобы вывалиться наружу, обернулись. – Теперь твой подвиг восславят в веках!
- Она согревается.
- Она греется о чужие души!
Гомон молодых орденцев, изумленных бессилием первой волны своих заклинаний, апельсиновыми брызгами отлетавших от крепнущей чешуи огненного змея, в которого тварь уверенно превращалась с каждой новой жертвой, перекрыл хищный рык, тряхнувший стены постоялого двора. В лесу в такое время полакомиться порождению тьмы было некем. Несколько погибших в здешнем лесу путников, обеспокоивший старосту деревни настолько, чтобы обратиться к хозяевам здешних земель за помощью, не шли в сравнение, с жизненными силами Мао И. Но теперь, подпитавшись, монстр со свирепой жадностью поглощал всю энергию, до которой мог дотянуться, точно свинья болтавшая рылом в кормушке.
- Уводите людей! Пусть все сидят по домам. Наложите на двери защитные заклинания!
Лязг вырванного из ножен меча заставил вибрировать воздух.
- Пусть эта тварь умрет голодной!
Парнишки разбежались, выпихивая постояльцев, солдат и хозяев из проклятого трактира, и золотыми нитями растеклись по деревушке. Цзинь Цзысюань взвился к потолку распустившимся пионом белых одежд, чтобы успеть поймать взглядом существо, кружившее по трактиру. Двери трактира захлопнулись, облепленные изнутри всполохами огненных иероглифов, запечатывая монстра внутри. Монстра, наследника ордена Ланьлин Цзинь и строптивого генерала.

+1

6

А ять тебя оглоблей! Удар был внезапным и действительно сильным. Ван Су едва успел сгруппироваться - рефлекторно, не осознав себя, лишь тело ощутило приближение ударной волны. Он покатился кубарем, но сумел защитить голову, а другие синяки - не в счет.
Какой обидчивый красавчик!..
Хотя не на то ли он и рассчитывал, подначивая его издевкой? А вот зачем - пусть думают те, кому жизнь слишком долга.
Ван Су перекатился в последний раз через левое плечо, одновременно выбросив ногу в толчке от стены и стабилизировал себя, вскакивая из кувырка. Н-ну ладно же, если ты, красавчик, рассчитываешь на свои фокусы, то…
Рука Ван Су потянулась к карману в поясе, когда он сообразил, что не все так весело, как начиналось. Удар золотого мальчика отбросил его к краю событий, да так, что в голове загудело, - но события развернулись всерьез. Гвалт начавшегося в трактире хаоса доходил до Ван Су глухо, словно наплывами сквозь вату, удар все ж таки встряхнул голову. Но остальные чувства обострились, едва Ван Су увидел, что творится с недавно дохлой тварью. Дохлой настолько, насколько может быть дохлой наструганное ломтиками замерзшее мясо! Надо было и голову размозжить, - да толку теперь от сожалений! 
Меч Ван Су, единственное, что он научился ценить из вещей, Речной Дракон, нежно запел, вибрируя в воздухе от знакомого движения руки. Дистанция, на которой тварь поражала людей, и то, как они были поражены, оказались совсем не те, что часами раньше, когда отряд встретил монстра в дороге.
В первые мгновения, заметив ожоги на тех, кто метался по трактиру, Ван Су было подумал нехорошее о заклинателях, и в первую очередь - о золотом столбе со слишком высоким самомнением. Но хватило секунд, чтобы все стало ясно. Тварь поражала на расстоянии. Ван Су не видел, что использовал монстр как оружие, откуда возникал огонь. Он лишь примерно оценил дистанцию удара и постарался держаться вне возможной атаки.
Меч тут был хорош только на длинных ударах. За наручем Ван Су носил еще кое-что сюрпризом для возможных врагов. Но то, что помогло бы против врагов-людей или животных, показалось ему слабоватым сейчас.
Несколько тел уже лежали без движения там, где крутанулся монстр.
Прикрываемые парнями из Цзинь, люди спешили удрать из трактира, кто-то с воплями проламывался в окна, кто-то был готов пройти сквозь стены, пока заклинатели не оттягивали их в нужную сторону.
Золоченый столб, не будь дурак, нашел верную команду - требовалось освободить от штатских все пространство. Впрочем, и от солдат сейчас было бы мало пользы.
Ван Су вложил свою долю в эвакуацию, пинком отправив причитавшего трактирщика к двери, куда тот никак не хотел выходить, сетуя о разбитой посуде и пролитом вине. А затем все же достал из кармана припасенное на всякий случай средство - амулет от нежити. Это была цепочка, каждое звено которой покрывала мелкая вязь каких-то несуразных значков, непохожих на нормальные иероглифы. Она заканчивалась маленьким увесистым украшеньицем - металлическим шариком, тоже расписанным всякой чушью, внутри шарика было что-то, о чем позаботился старший придворный заклинатель, и что должно было вроде бы крепко повысить урон проив нежити.
Вот только инструктировал он Ван Су, как эту штуку использовать против трупов, призраков и еще чего-то замогильного.
А можно ли было считать замогильным эту странную тварюгу, чья башка сейчас металась по опустевшему трактиру?
Ну, вообще-то, если она разрублена на куски, то можно считать - мертва. Или была мертва. Так что сейчас наверняка тоже числится замогильной.

“Плевать, - что, но вопрос: “откуда?” - настойчиво зудел на краю мысленй Ван Су.
Такие твари всегда связаны с этими дармоедами-заклинателями. И… ладно, скоро разберемся, кто чему тут был причиной!

Мозг Ван Су за годы жизни при дворе успел достаточно извратиться. Он вполне мог представить кучу вариантов, почему бы заклинателям захотелось оживить убитого им монстра.
И при таком раскладе остаться в живых становилось особенно ценным.

Накрутив цепочку амулета на рукоять меча, Ван Су на пробу сделал широкий рубящий удар, захватывая воздух там, где предполагал невидимое продолжение монстра.
Случайно он глянул под ноги, выбирая место для следующего шага, и с отвращением поморщился. Труп подавальщицы, свежей и хорошенькой, что мелькала у столиков, сейчас выглядел как труп столетней бабки.

Светильники почти все были затушены в панике бегства. Свет очага делался то ярче, то мельчал, пока удары и заклинания трепали воздух во все стороны. 

- Эй, Цзинь! Огонь возьмет эту тварь?

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

0

7

Остервенелый монстр, глотнувший последнюю жертву, сообразил, что его заперли в золоченой, пусть и изрядно потрепанной, клетке и лишили добычи, яростно заметался и взвыл. Сосредоточенный на его кружении заклинатель плел тонкую сеть чар, в надежде изловить кружащуюся и шныряющую между ширмами, деревянными опорами и дверями комнат башку, волочившую за собой пурпурный уже блистающей свеженькой чешуей призрачный хвост. Хвост позволял догадаться, как выглядело существо при жизни.
Цзысюань медлительно обернулся, чтобы поймать взглядом и губернаторского генерала. Удар, похоже, пообтряс с него спесь и слегка прояснил сознание. Но не слишком. Огонь, едва ли мог причинить вред сущности, на пять четвертых сотканной из чистой энергии, а вот добавить агрессии своим Янь, несомненно, мог.
- Возьмет! Как только она будет целой! – саркастично сплюнул через плечо, уходя от атаки снежной твари. Меч прошел ее иллюзорное тело насквозь, не причинив ровно никакого вреда, кроме дискомфорта. Дискомфорт заставил монстра увильнуть и ударить обидчика хвостом.  Цзинь Цзысюань нырнул под пунцовое свечение и на миг исчез из вида вояки.
- Где ты бросил хвост? Ты отрубил этой мрази голову! Где ты бросил хвост?!
Известно, что проклятое тело стремится воссоединиться после смерти, и каждая его часть по-своему опасна на пути поиска оставшихся останков. Раздумывать, что сейчас вытворяет хвост этой мрази в лесу или уже в деревне, заклинателю было некогда. По-над его плечом тонкую бумагу ширмы прорвала клыкастая морда.
- Надо увести эту тварь из деревни туда, откуда она пришла, и собрать все тело!
Слова утонули в грохоте покосившейся балки, увлекающей за собой аккуратный балкончик. Увлекающей точно туда, где губернаторский генерал топтался по подавальщице.
- Увести на живца!
Укоризненное «ты ее сюда притащил, ты и тащи обратно» звучало ультимативно, но иного выхода у них не было. Никто кроме Ван Суне знал, где теперь искать останки лесного монстра в укутанном снежной бурей лесу.
- Иначе тебя в веках не прославят! – напоследок огрызнулся наследник Ланлин Цзин, жестом отзывая с двери оберег. Двери трактира, выходящие на дорогу, откуда недавно ввалились солдаты со своей добычей, распахнулись сочным завыванием ветра, и в разрушенный трактир ухнула снежная буря.
- Я прикрою.
Нельзя позволить монстру пожрать живца, пока все его оскорбленное тело не будет собрано.

+1

8

Ван Су не мог терять время на изумленные взгляды и выразительные гримасы. Но: "Бля, парень, ты с одной головой-то никак не справишься, а хочешь его целиком!" – и: "Метель, а ну как тварь сбежит за здорово живёшь, где мы ее потом искать станем?" – ударились в виски с гулким напором сомнения.
И тащиться опять сквозь ветер и холод – это уже отдавало сержантской муштрой в лагере под Сияющей Столицей.
Провернув вольт по залу, обогнув перевернутый стол, скамью и прилавок, Ван Су сгреб с полок за ушки сразу три кувшина с вином. Бирки он не разглядывал, в темноте только по очертаниям распознал вино – и не ошибся.

Свет очага стремительно гас.
В темноте тварь стала как будто более зримой, колебание воздуха вокруг нее словно очертило смутный рисунок тела, той же самой туши, какую изрубил Ван Су на лесной просеке.
Найдет ли он туда дорогу – сейчас, в темноте и буране? Вот тут уже вопрос стоял о его способности управляться с ситуацией, и Ван Су не колебался. Найдет, если даже придется гонять и тварь, и этот столб в шелках круглые сутки в поисках!

Кстати о шелках…
Ван Су ухмыльнулся. Он сам-то был одет в стёганый дорожный доспех, чего ему бояться метели!

— Тогда за мной! – скомандовал он – твари, заклинателю, или незримым Летучим Гвардейцам, которые небось сейчас вспоминали за выпивкой его последнюю выходку.
И рванул вон из трактира, вон со двора, на бегу откупорив один из кувшинчиков. Доспех доспехом, а он не успел и глотку промочить в этой диюевой харчевне!
Вино с плеском полилось на одежду, на руку, но хоть пара глотков обожгла теплом рот и горло. Два закупоренных кувшинчика, каждый - слишком мелкий, чтобы напоить хоть куренка, нашли свое место у Ван Су на поясе. Он отер рот, цепко зыркая по сторонам.
Снег хлестал в лицо, застилая глаза.

Добрались они сюда о-конь, и бить ноги пешком до самого леса Ван Су не собирался.
Конюшенный двор, куда мальчишки увели их животин, был за правыми воротами. Ворота оказались не заперты, уже хорошо – а может, и не так. Ван Су расслышал шум беспокоившихся коней. В решетках-жаровнях по обе стороны ворот полыхали изрядные кучи дров, запас до самого утра, – так что он на бегу выхватил факел из связки у стены и сунул его в пламя.
Заминка дала твари время приблизиться, да только не рассчитав, врезаться со всей дури в каменную, сухой кладки, стену конного двора.
Кто-то пронзительно заверещал прямо около стены. Голос был тонкий, бабий или детский по звуку.
— Пёсьи кишки! – Ван Су перехватил рвавшуюся с языка брань и рявкнул, не видя, кому:
— Бегом, открой конюшню! Выпусти коней! Любой сойдёт, не седлай, сразу его – ко мне.

Все же это была удача, что тут кто-то был. Только сейчас Ван Су сообразил, что времени возиться со стойлами у него просто нет.
Он выскочил из ворот назад, на трактирный двор, размахивая факелом и только надеясь, что уродливый облепленный снегом силуэт у забора не рванет внутрь, к конюшням, пока он не заполучит себе какую-нибудь животину.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

9

Зверь учуял морозную свежесть бурана, ворвавшегося в потрепанную таверну. С рыком с делал круг и устремился за генералом, единственным здесь человеком, слабо защищённым магическим полем. Пионы, обсыпавшие одежду заклинателя, были оберегами куда мощнее, чем те, что носил на себе человек, непричастный к ордену. А потому он казался легкой добычей. Тварь вырвалась в снежную бурю, и засияла ярче, когда миллионы снежинок отразили пурпурный змеиный хвост. Только свист вспоротого воздуха достиг слуха Ван Су и вскрик девчонки у стойл, когда монстр метнулся между перепуганных лошадей и рванулся прочь от крошечной девичьей душенки, ужаленный новым магически ударом. Взвился в воздух и ринулся за сочной и жаркой душой вояки, мелькавшей огоньком между заснеженными кронами смешанного леса.
Цзинь Цзысюаню оставалось лишь преследовать его, высматривая куски змеиной плоти. Меч подрагивал, балансируя против потока ершистого ветра, снег делал его скользким и неустойчивым, слепил глаза, тяжестью влипая в промокшую одежду. Наследник Ланлин Цзин поклялся бы себе, что больше никогда не будет путешествовать на мече против метели, но время сейчас было для клятв неподходящее. Сквозь пики деревьев и льдистую пелену заклинатель мог отследить черную точку вороного, петлявшего между скалистых уступов. Чем выше они поднимались в гору, тем тише шел снег и тем темнее становилась тварь, обраставшая плотью, которую дикие звери успели растащить от места казни по всему склону. Волки, не успевшие сожрать свою добычу, убегали с собачьим визгом. Тварь петляла в поисках своих останков, и это давало всаднику фору. Лишь изредка Цзинь Цзысюаню приходилось посылать вниз всполохи заклятий, ограждая «наживку» от клыкастой раззявленной пасти. Обезумевшие от ужаса птицы срывались с ветрей, где надеялись укрыться от непогоды, и с киками разлетались в разные стороны, ослепленные жаром петлявшего между стволов истерзанного клыками и мертвого монстра.
Внезапно склон уперся в круглую поляну, обрамленную облаком пунцовых цветущих слив по краю обрыва. Дальше уступ рос отвесно. Зверь с рокотом пронесся по кругу, заключая всадника горячим кольцом, уже осязаемой, пусть и мертвой плоти, и бросился с спины, заставив лошадь вскинуться на дыбы и с паническим ржанием сбросить ездока, ненадолго продлив ему жизнь.

+1

10

Хлюпнув мордой лица в свежий снег, Ван Су глотнул раскрытым ртом обжигающий холод льдинок. Скачка под носом у твари вынесла прочь его способность что-нибудь ощущать, кроме адреналинового жара. Ни боли, ни страха, ни ожиданий, – Ван Су откатился прочь и вскочил после падения, едва краем глаза замечая участь лошадёнки. Незавидная участь.
Шнур темляка все так же был обмотан вокруг его запястья, Ван Су перехватил рукоять выпавшего меча. Ладони были мокрыми от снега, но кисть быстро впитала влагу, и хват оставался привычно крепким.
Иссушеный монстром, труп лошади был жёстким как обтянутая шкурой болванка чучела. Ван Су попробовал его ногой, проверяя на устойчивость, и вскочил на бок лошади, прочно расставив ноги. Он не сводил взгляда с твари.
Монстр окреп. Он стал почти таким же, как часами раньше, когда отряд Ван Су встретил его впервые.
Почти.
Потому что теперь он нажрался и был куда оживлённее.
Ван Су всматривался в уплотнившуюся тушу, оценивая и сравнивая с прежней.

— Нехватает пары ребер справа, – громко крикнул он, найдя прореху. Цзиня глазами он не искал, не собирался вести с ним беседу. Если парень близко и услышит, хорошо, а если нет, то так тому и быть.
— Не знаю, где.

Ребра - не голова, ни видеть, ни нападать их отсутствие не мешало.
Если бы Ван Су не видел, что делало с живыми простое прикосновение к монстру, он запрыгнул бы тому на холку и постарался бы пробить соединение шеи с головой. Но… он ведь уже однажды отрубал твари голову.
Проку не было.

Что собирался теперь делать этот Цзинь, приведя тварь – а с нею и Ван Су – на это место, оставалось неясно. Гадать Ван Су не собирался.

— Это… вервие святых! Взял его? Свяжи! – крикнул он, уклоняясь от змеиной атаки твари.

Он мало знал о заклинателях и меньше того – хотел знать, но веревки, чуть светившиеся, когда их использовали, запомнил ещё по патрулям в Столице. Порвать такую не смог даже Кривой дубильщик, шалый ублюдок, за которым охотилось все Министерство Наказаний.

Неожиданно его носа коснулся аромат, внезапный и нежный, как песня посреди шторма.
Лёгкий миг изумления чуть не стоил Ван Су жизни. Он отскочил прочь, покрывшись липким вонючим потом – и толкнулся плечом в маленькое дерево. Аромат шел от него. Невысокая, изогнутая, слива цвела так пышно, что края ветвей терялись в облаках цветов.
Бессознательно Ван Су о чего-то решил увести монстра прочь от дерева, будто слива была человеческим существом, будто ее надо было уберечь от когтей и ярости твари.
Но монстр не приблизился к дереву.
Странный скрежещущий вой разнесся над поляной, оглушая и терзая уши. В нем были не триумф и не ярость, – отчаянные тоска и боль.
Ван Су почудилось, что маленькое деревце за его плечом задрожало при этих звуках.

— Чего ты хочешь, тварь? – хрипло пробормотал Ван Су.
Глупо было так говорить, тварь была безмозглой, монстр она там или просто зверь из леса, - зверь он и есть зверь. Просто чувства чудили с Ван Су от усталости, и мерещилась всякая чушь.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

11

Слива окатила генерала лавиной свежего хрусткого снега и маревом шелковых лепестков, перламутрово-алых в  свете догорающего дня. Усталость делала плетение магической сети медленным. Зверь выиграл время и двинулся кругом вокруг Ван Су. Он не пытался ускользнуть. Напротив, жертвы лишь раззадорили его жажду и подогрели его жадность. Зверь попытался схватить беглеца, догоняя и упуская, выматывая его и уклоняясь от меча, который, впрочем, не наносил ему особенных повреждений. Теперь из мёртвого тела даже не капала кровь, и снег под ногами бойца оставался неприкосновенно белым. Только алые лепестки сливы вспыхивали контрактно и точно светились в жемчужном сумеречном свете.  Петлями и уловками монстру удалось загнать несчастного вплотную к скале, в узкую нишу. Тогда зверь в рокочущим воем совершил последний, страшный бросок, чтобы вонзить свои клыки в глотку губернаторского генерала... Цзинь Цзысюань спрыгнул с меча, и вся его мощь пригрозила тварь к земле в пальце от воина.
Лезвие молнией всадилось в голову, и теперь часть его мерцала золотым отсветом в раззявленной пасти, вибрируя от громогласного рыка, полного гнева и отчаяния. В ответ ему с отвесной скалы сошла хрустящая шапка снега. Лиловый хвост башенно колотил по поляне, взбивая колкую мерцающую пыль. И через миг казалось, что пурга началась снова.
- Ребра, - сквозь это ледяное марево проступила высокая и поджарая темная фигура.  Она плыла в мареве снега и действительно держала что-то в руках. Точно хворост для костра.
Цзинь Цзысюань обернулся на голос. За воем ветра он оказался до жгучей боли знакомым, слышанным с разной мелодией сотни и тысячи раз. Темной фигуру делало пятно побуревшей крови, от плеч до пят пропитавшей все верхнее платье путника.
- Мао И?  - наследник неуверенно отвлекся от твари, замирая с незаконченными чарами упокоения.
- Я принес ребра, что потерял твой зверь.
Монстр дрогнул и забился, точно пытался повернуться к долгожданной находке прорехой, зиявшей в боку. Говорящий покойник  разжал руки, и ребра с кусками темной плоти поплыли по воздуху, все стремительнее и стремительнее приближаясь к зверю, пока наконец не влипли в зиявшие раны, смачным шлепком закрывая их. Зверь дрогнул всем телом в больной конвульсии и замер, испустив жутковатый навзрыдный вздох. Сеть чар, наконец, опустилась на его тело, словно тонкая вуаль, а потом врезалась в извращенную плоть зверя, прожигая в ней узор плетения, пока вся его плоть не задымилась, источая смрад, и не распалась в догорающий пепел. Спираль угольков тонкого помола на белом снегу выглядела завораживающе, точно кто-то жег здесь ароматические палочки.
- И чтобы забрать тебя, - Мао И протянул руку, приближаясь к заклинателю. – Это цена. Ты должен заплатить цену.
Наследник Ланлин Цзин помешкал и потянулся к бледным пальцам покойника. Не потому что верил в оплату цены злым духам - или кто стоял за этой снежной погоней? кто прислал Мао И сюда, где никто не сможет защитить наследника от действия его чар? -  но потому что голос возлюбленного звучал сейчас гипнотически, нежными пальцами ласкал пойманное сердце, и все кругом слилось в один светлый коридор, по которому Мао И вел его в сторону света и жадно желанного блаженства. Вышитые золотом  сапоги заклинателя оставляли следы в глубоком снегу, и них замерзали свежие лепестки сливы. Покойник взял его руку и повернул вглубь леса, чтобы увести прочь от Ван Су, неспособного ни защитить его от магии, ни разгадать интригу этого похищения...

+1

12

"Этот сукин сын просто подставил меня монстру," – Ван Су устало смотрел на тварь. Рука с мечом дрожала, силы были на исходе.– "Гаденыш заклинатель".
Мысль о предательстве была спокойной, и что сказать, Ван Су ожидал такого.  Медленно и расслабленно он сделал шаг навстречу твари – а затем, вспышкой яростной, сконцентрированной энергии снова атаковал.
И меч снова был почти бесполезен. Только когда восстановившийся плоти касалась цепочка амулета от нежити, тварь дергаоась и коротко бурчала от боли.
Но особого вреда ей амулет не причинял.
"Я в ловушке?"
Холодные, медленные, его размышления не мешали Ван Су двигаться. Он собирал крохи оставшихся сил в недолгих паузах, когда давал себе замереть и расслабиться, не ослабляя внимания. А затем снова делал рывок. На сколько таких вспышек его хватит? Что потом? Может ли пацан заклинатель убить монстра? Он ждёт смерти Ван Су, чтобы убить тварь в одиночку?
Но умирать он не хотел. Не собирался. Должен быть какой-то вариант, только усталость не дает его понять. Немного подумать, он увидит свою возможность!
..и возможность возникла.
Ван Су отскочил в проход между камней на краю поляны, какая-никакая защита, он сможет в этом узком пространстве…
Ничего.
Едва глянув назад, Ван Су покрылся липким холодным потом.
Ничего он не сможет.
Это был не проход, это был тупик.
Усталость сыграла с ним последнюю шутку.
"Ты победил меня, золотой красавчик, " – Ван Су смог лишь углами губ обозначить ухмылку. Тварь доберется до него здесь. Он станет сухим древним трупом, высосанным до хруста,как те, что до него. Небо… оно всё ещё было черным, но оно было. Ни звезд, ни луны, лишь тучи и снег.
Туша монстра почти целиком перекрыла узкую щель выхода.
Умей он летать на мече, как эти скоморохи-заклинатели, он бы ещё смог взлететь.
Ван Су заорал, взмахнул амулетом и с криком пошел на прорыв.
И монстр ..отступил?
Нет! Тварь крктанулась волчком с отчаянным ревом боли, она получила удар такой силы, какого ещё не было в этой изматывающей долгой драке. Красавчик заклинатель все же рискнул своей бедой шкуркой и шарахнул по монстру!
Ван Су выскочил из западни, куда сам же залез, глотнул ледяного, прошитого смерзшимся снегом воздуха в упоительном, жгучем прилове счастья – он жив!
А тварь…

А тварь была не одна. Вот что сломало бой. На поляне был ещё один человек!
Ван Су протер глаза от снежной пороши. Нет, не ошибся: человеческая фигура спокойно держалась рядом с монстром, словно не могла получить от него никакого вреда.
"Дурень, вали оттуда!" - смесь благодарности и страха за нежданного спасителя прорвалась лишь хриплым долгим выдохом. Ван Су хотел добежать до глупца, оттолкнуть его подальше от монстра, пока не случилось непоправимое, и на голос у него не было сил.
Он протянул руку, но между ними оставалось ещё больше длины копья, а монстр уже разворачивался к незнакомому бойцу.
И тогда снова жахнула вспышка.
Белый с золотом, шелковый вихрь обрушился на монстра, который почему-то ослабел и уже далеко не так умело огрызался от ударов.
Ван Су попытался вложиться в эту дикую мешанину, но понял, что удары его оружия совсем ничего не значат для этой твари. Та скклила, выла и ревела, оглушая до дрожи, и в несколько мгновений все было кончено.
Ван Су в изнеможении прислонился спиной к подрагивавшему стволу сливы. Аромат цветов перебил смрад гнили и мерзости, окружавший монстра. Лепестки падали с порывами ледяного ветра, и теперь можно было смотреть и смотреть на них, не отрываясь.
— Эй, Цзинь… – окликнул Ван Су расслабленно, лениво.

Он вздрогнул.
Мгновений отдыха хватило, чтобы зрение прояснилось. Ветер, в какой то миг затихнув, перестал заметать взгляд, и две фигуры отчётливо очертило сыплющимся снегом.
Белую, в пятнах грязи, гнили и сырости от растаявшего снега.
И другую, тоже как будто белую.
Ван Су узнал эти лохмотья с остатками золотого шитья. Часами раньше он рассматривал их очень внимательно, пытаясь понять причину…
Причину смерти.
Того, кто сейчас уходил рядом с Цзинем.

Ван Су смотрел в спины уходившим, и холодная пустота бессилием заполняла его тело.
Потом сюда придут их люди, заклинатели Цзиня и его, Ван Су, солдаты. Но будет поздно.

Он сжал зубы до хруста в челюстях, втянул воздух дрогнувшим ноздрями. Если Цзинь не противится, - Узнать, сумевший уложить тварь, в разы сильнейшую, чем какой-то мертвец, - то…
То рассуждать будем после.
Ван Су бросил тело вперёд, не ощущая ни слабости, ни боли, ни отчаянной усталости, – он стал големом, фактотумом себя самого.
Он шел за двумя на пределе оставшихся сил, и казалось, бежал галопирующим лосем, – но на деле едва переставлял ноги.

Расстояние между ними увеличивалось с каждым шагом.
"Труп", – вязко, тяжело поднялась мысль. – "Он труп. Только…"
Рука Ван Су подняла меч горизонтально. Вторая крепко обмотала цепочку амулета вокруг крестовины рукояти, сам амулет зацепился за острие меча.
С шумным выдохом Ван Су сделал длинный шаг вперёд, вложил в руки импульс всего тела, от пяток до макушки - и швырнул меч, как копьё, по самой плоской дуге в спину трупа.
Амулет запел свистом, вместе с клинком пронизав снежный воздух.
Последовал глухой удар, и тот, кто шел рядом с Цзинем, упал.
Вложив всего себя в меч, по инерции Ван Су упал тоже, лицом в грязь и лед. Губы жадно хватали крупинки снега, ледяной лепесток цветка прилип к уголку рта и обжигал как ссадина от удара.

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

0

13

Сладостный аромат цветущей сливы дразнил обоняние наследника Ланлин Цзин, опьянял и согревал сердце. Беспечный щебет птиц за резными окнами Башни Крапа щекотал слух и уносил легкими мыслями куда-то за тонкую шитую золотом ширму, где ожидал его Мао И, обнаженный и утомленный близостью. Разгоряченный и медлительный, упоительный в любовной сытости, грациозный как молодой тигр и ускользающий из пальцев, точно песок, на каждому плавном движении смятой кушетки. Медвяный аромат надкушенных персиков растекался по комнатам и тонул в прохладной пряности сандала. Сплетение пальцев, встретившихся в воздухе, увлекло наследника обратно в объятия неги и сладострастия, но он пришел сюда не за этим. Он пришел с тонкой бумагой и чернильницей, которую установил в изголовье кровати. Неспешно обнимая поцелуями позвонки Мао И, он угомонил любовника и убедил его улечься ровно, чтобы растянуться  вдоль его бока, влипнуть кожей в жаркую кожу, и окунуть кисточку в киноварь. Мазки ложились на бумагу алыми и легкими, точно на поверхность бумаги, размещенной уютно под лопатками И, проступали витки алой ленты.

«В белый персик, как в человека, нож вонзаю...»

Киноварь капает на белую спину И, крошится в брызги, ее застилает грязная метель, и перед опьяненным и полным истомы взглядом Цзинь Цзысюаня стоит багровая пелена грязной одежды. Она буреет, темнеет до мокрой грязи. Но меч в ней по-прежнему острый. Перепачканное кишками острие уродливо выпирает из нежно желанного тела. Наследник ордена Цзин, потрясенный разрушенной грезой безмолвно наблюдает как медленно клонится к земле тело его любовника, такого  близкого и желанного лишь взмах ресниц назад. Все вокруг заливается бурыми и багровыми пятнами киновари. Память словно потеряла последние события, и они накатывают нагоняющей волной, откуда-то из-за головы и накрывают.

Обескураживают.

Шитое золотом одеяние рушится в колкий наст, это заклинатель падет на колени подле давно уже безжизненного тела. Шарит по нему, путается в мокрых смоляных волосах трупа, словно может удержать в нем жизнь.

- Мао И! -  встряхивает покойника, но тот только соскальзывает ребрами по мечу, который пригвоздил его к колкой корке снега. – Мао И.
Раньше у Цзинь Цзысюаня не была шанса оплакать вою любовь, даже осознать потрею, но теперь он все еще пьян солнечным днем, оборвавшимся так внезапно и жестоко. Друг кажется ему спящим, не мертным, спутанные ветви деревьев в белых шапках – резным кружевом украшений по краю арочных окон...

+1

14

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

..Вкус цветка напоминал кислинкой тот чай, что заваривала Старшая Ма. Ребенком Ван Су не любил кислое, он отодвигал чашку, морща лицо, а Старшая Ма смеялась, зачерпывала большой ложкой золотистый мед из баночки и наливала ему в чай. А-Тао смотрел, как золото просвечивает сквозь витую долгую струйку, смотрел долго, изумляясь и пытаясь понять, а потом смеялся без всякой причины.
Госпоже Ван не было времени на сына, но Старшая Госпожа всегда находила для внука и время, и забаву, и сладости.
Она же нашла ему и учителя боевых техник, старика, которого уговорила поселиться у них в поместье на несколько лет. Самых трудных и прекрасных лет в жизни А-Тао.

Он поднял голову. Кажется, он утратил реальность, не то провалился в сон, не то - в обморок. Хреново. Ван Су усмехнулся, заставляя себя вползти на четвереньки. Так и до смерти мог заспаться.
Темнота изменилась к сумеркам. Не так он долго и валялся в отключке – достаточно,чтобы умереть, но не так долго, чтобы наступило утро.

Снег прекратился, и ветер утих. Ван Су огляделся. Все вокруг покрывал сверкающий траур, скрыв грязь недавнего побоища, посеребрив ветки деревьев, покрыв сединой растрёпанные волосы Ван Су, выбившиеся из пучка и свисавшими теперь длинными стариковскими патлами на одежду.
Одежду тоже покрывала снежная холстина похорон.
Он встал, почувствовав что-то в руке, поднял ножны меча и стал отыскивать глазами сам меч.
Недавнее вспомнилось.
Взгляд метнулся в сторону леса.
Два сугроба, маленький, лежащий, и побольше, сгорбившийся над ним, оказались на том же месте, куда глянул Ван Су.
Тихие, скулящие звуки доносились прерывисто, нудно, словно издыхающая псина, уже обессилев, изливала свою предсмертную жалобу.
Ван Су сделал пол-шага и снова остановился. Он чувствовал себя дураком. Такое с ним бывало. Люди, они порой встречали какие-то события совсем не так, как он. Ван Су неуверенно послушался, всматриваясь в застывшего над трупом Цзиня. Тот в самом деле горевал, горевал отчаянно и безнадежно.
Ван Су вспомнил, как они шли рядом - труп и этот золотой мальчик. Никакого принуждения. Только – вместе. Просто – вместе.

Он вздохнул. В гвардии тоже такое бывало, парни могли любить друг друга нежнее и преданные, чем своих жен. Эти чувства Ван Су если и не разделял, то наблюдал не раз. Но – к трупу?  Зная, что тот мёртв?
Ой-ёй… плохо дело.
Он пошел широкими, лёгкими шагами, стараясь не напугать парнишку. Сейчас Ван Су не думал, что тот – Цзинь, что тот – из породы ненавистных ему заклинателей. Сейчас это был парень, потерявший любимого.

А ещё – одетый в шелка, выдержавший долгий бой на ветру и холоде, пропотевший и теперь застывавший под снегом, не чувствуя холода.

Ван Су расстегнул куртку, наклонился над Цзинем, стряхнул с его плеч снег и заменил его своей ватной стеганкой.
Самому тут же стало чертовски зябко, и Ван Су энергично растер себе плечи руками.
Он подобрал свой меч, аккуратно скрутил с него амулет, обтер рукавом лезвие и пошел к ближайшим кустам. Треск и шум срубаемого подроста на некоторое время стал единственным звуком на опушке.
Потом его заменил стук кресала, потом, наконец, над костерком закурился дымок.
Ван Су сел рядом с Цзинем, поворошил хворост, направляя жар к скорбному сугробику.
— Прости меня, братишка, – проговорил он негромко. – Он был уже мертв. Прости…

..Взяв парня за руку, он последовательно нажал на тонизирующие точки, затем бесцеремонно откинул подол его одежды, и – благо, штаны на золотом мальчике были тонкие, шелковые, – крепко прихватив через ткань его ноги, вибрирующим приемом "жу" активировал точки, стимулирующие потоки ци.
— Вставай. Идём.
Он взял Цзиня за плечи и заставил подняться на неустойчивые ещё ноги. Через десяток шагов тот стал держаться увереннее.
Ван Су смутно помнил направление, этой ночью они петляли по лесу, выписывая круги и петли почище зайцев, и где идёт дорога надвз, он не слишком помнил.
Но с обрыва, с поляны, когда утих снегопад, стали видны дымы внизу. Там была деревня – та же самая или другая, сейчас было неважно. Им нужно было добраться до жилья.
Обращаясь как с ребенком, Ван Су натянул на Цзиня свою стеганку, просунув его руки в рукава, затем тщательно затянув на нем ремни. Выглядело это препотешно, армейская кожаная куртка на чате поверх изысканных одежд, но все лучше, чем до смерти продрогнуть. Дорога предстояла не самая короткая.
Поначалу Цзиня приходилось вести, потом до того что-то дошло, и он зашагал увереннее, сам.
Спуск с горы занял время, они попадали в сугробы, застревали с валежнике, путались в травах и подросте, а под конец все же оказались на раздолбанной дороге.
Она и привела к воротам поселка. По ночному времени те были закрыты, и ждать, пока кто-то из деревенских увальней проснется на стук и отопрет, Ван Су не стал. Он вскарабкался на стену, перебрался внутрь и сам отодвинул длинные жерди- засовы.
В крайнем же доме на стук вышел хозяин и, увидев благородных господ, с поклонами довел их до деревенского странноприимного дома.

Отредактировано Da Quing (Пятница, 13 августа 05:46)

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

0

15

Над дверью постоялого двора висел фонарь. Старый, но изящный и тонкостенный, выполненный в форме взлетающей птицы, он точно парил в воздухе. Был так хорошо, что каждый неленивый  и вороватый странник норовил его унести. Но к изумлению хозяина дома и его семьи, и всего поселка - да чего уж там! всех поселков в округе и всех гостей, слышавших эту невероятную историю! – птица скоро возвращалась на место и снова усаживалась на свой насест над дверью. В ночи она зажигала огонь сама и к утру гасила его. Это удивительное творение – дело талантливых рук мастеров клана Го Линь, скромного, но знаменитого клана заклинателей, передававшего секрет удивительных фонарей из поколения в поколение. Только мастера Го Ли умели вдохнуть жизнь в свои стеклянные творения так, чтобы они служили не только освещению, но обережению дома, который они украшали. Всякий зажиточный клан норовил как можно скорее обзавестись этими драгоценными фонарями. Ходил слух, что каждый фонарь в Башне Кои – детище Го Ли. Здешний фонарь стал подарком главе дома, дряхлому деду нынешнего хозяина, который некогда дал приют путешествовавшим адептам Го Ли. Один их, юноша благородный и смиренный, нуждался в лечнии. Младшая дочь хозяина, ухаживая за ним, носила воду из целебного источника позади дома, пока не поставила заклинателя на ноги. Юноша понимал, что та не сможет составить ему партию, но подарил ее отцу милую безделушку в благодарность за удовольствие лицезреть красоту девушки. Безделушку по меркам великих кланов и чедеснейшую вещицу, прославившую постоялый двор на всю округ. А потому дела в доме шли неплохо, и убранство было получше, чем во многих.  Но не это пробудило наследника Цзинь, а переливчатое сияние птички, пробившееся сквозь жирную пургу, косо уносимую ветром.
Сквозь темноту перед его глазами то и дело вспыхивали нежные воспоминания о Мао И. Тренировочный двор и веселые потасовки, обличенные виртуозной страстью подлинных мечников; путешествия через прорезанные солнцем леса земель ордена Ланлин Цзинь; охота, загонявшая мальчишек, вставать спина к спине, чтобы вместе одолеть нежить; бархатные ночи под звездным небом высоких террас и плавные круги в скалистых озерах, уходящие в спираль, точно Инь и Ян. Картины всплывали и гасли, оставляя его в темноте и безвременьи. Пока свет птички над дверью не озарил заметенное снегом крыльцо. Крыльцо заклинатель, наконец, увидел вживе. Услышал хруст снега, почувствовал, как продрог насквозь и как кто-то обнимает его за талию, тянет вверх по лестнице. И тут же вспомнил ее, это занятную лампадку! Им с И уже случалось останавливаться на этом постоялом дворе. Позади него был целебный горячий источник, куда вели мостки. Его Цзинь Цзысюань тоже вспомнил.
- Проведи нас к источнику, хозяин! – стряхивая снег с плеч чужой и точно незамеченной стеганки, заклинатель теперь не выглядел таким высокомерным. Только уж очень бледным и отстраненным, словно мысли его витали где-то еще. – И прикажи подать горячего вина.
Стеганку он тоже стряхнул с плеч беззастенчивым королевским движением, и прежде, чем она упала на руки подоспевшему хозяину, вытряхнул из поясного кошелька несколько монет, объяснивших насколько почтительно нужно относиться к гостям, если их одежда еще не открыла глаза хозяину дома. Тот подобострастно засуетился, поторапливая своих работников.
- Пойдем, - забирая пальцы Ван Су, нежно пожал их и потянул спутника мимо ширм на террасу, сходившую к парному озерцу, над которым в тени горы бил  журчащий источник. Снег почти не проникал сюда, пойманный густым кронами деревьев над обрывом.
- Кто быстрее до дальнего берега? - заклинатель развернулся, и Ван Су впервые увидел, как азартная хулиганская улыбка озаряет его лицо. Заклинатель повел плечами, скидывая вымокшую одежду так же просто, как только что скинул стеганку. Золотая волна окатила тело и упала к ногам, а наследник ордена Ланлин Цзинь продолжал раздеваться, беззастенчиво и с необъяснимым плотским азартом рассматривая Ван Су.

+1

16

Едва стал виден свет над крыльцом странноприимного дома, что-то в молодом Цзине ожило. Ван Су почувствовал под рукой, как парень вздрогнул, выпрямился, словно волна жизни пробежала по его мышцам. Ван Су еще помогал ему подняться на крыльцо, но теперь уже не волок его как безвольную куклу, а только помогал.
Должно быть, он бывал здесь раньше, или что-то задело его сознание, вырвав из снежного мрака. Цзинь ускорил шаг, обогнал Ван Су, шедшего бережно с ним рядом, и уже совершенно свободным, своим голосом стал распоряжаться, как привык.
Ван Су выдохнул с облегчением. Он чуть улыбнулся, почувствовав уважение к тому, как этот парень - золоченый цзиньский столб! - сумел взять себя в руки и отстраниться от своей боли. Мальчик засиял не внешним, а неким внутренним золотом, достоинством, какого Ван Су категорически не хотел признавать ни в ком из его - заклинателей - породы.
парень точно бывал здесь, или как бы ему знать об источнике? Сам Ван Су, пусть деревня и лежала близ земель его рода, еще не удосужился здесь побывать. Теперь он вспомнил, что рассказывали про здешние купальни, а еще - про волшебную пичугу, приносящую свет к порогу.
Свет, что теперь вызывал в Ван Су определенную благодарность.
Ожив, молодой Цзинь снова обрел мягкую грацию движений, и когда яркие светильники гостиницы снова облили его теплым сиянием, Ван Су не удержался от долгого выдоха.
Парень, ну как можно быть таким красивым!
Теперь уже Ван Су залюбовался им без примеси насмешки. Эта ночь раздолбала его кирпичное недоверие, по крайней мере, к одному из заклинателей. Цзинь взял его руку в свою, и Ван Су не скривил в издевке губы, не отдернул руку и не увидел в этом жесте ничего лишнего. Он легко сжал пальцы парня, отвечая его жесту, и позволил уже ему вести себя куда-то, навстречу жаркому влажному дыханию воды.
Какое зачарованное место!
Ван Су еще озирался, невольно любуясь узором заснеженных ветвей, когда внезапная затея Цзиня заставила его хохотнуть.

- Ха! - смешливо выдохнул он, немедленно принимая вызов. - Золотой мальчик, да я тебя на раз обгоню!
..и прикусил изнутри щеку, чтобы не охнуть. Цзинь… Цзинь, ты привык к своему телу, но я-то вижу тебя впервые!
Вот же гуева ловушка, Ван Су понял, что снимать исподнее будет сейчас истинным бесстыдством. Он сбросил сапоги и всю одежду, но не штаны, и с разгона запрыгнул в воду.
Нежные горячие потоки охватили кожу и пропитали шелк, проникая к возбуждённой плоти как ласковые игривые руки.

Холодная вода была бы сейчас куда более кстати.
Стремясь сбросить возникшее неуместное напряжение, Ван Су яростно устремился вперёд, наслаждаясь сопротивлением воды и разрывая ее упругую преграду. Сильными гребками он достиг середины озерца, подпрыгнул наполовину из воды и тут же глубоко нырнул вниз.

А потом вынырнул рядом с Цзинем, обхватил его за талию и потянул вниз.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

17

Жаркие воды источника смыкаются над головой. Дно его где-то далеко и теряется под ногами. Над водою пеленой лежит густой пар, укрывающий купальщиков от любых зевак, вздумай их кто-то беспокоить.  Но кому есть дело до источника в зимнюю стужу? Снежинки летят косо и тают в этом густом пару. Заклинатель оборачивается к спутнику с неуловимым смешливым недоумением. Тот медлит раздеваться и таращится на него во все глаза, словно не видел прежде. Нырок бесшумный и плавный, почти не колышет воду. Она обнимает утомлённое и продрогшее тело, тепло проникает под кожу, согревая застывшую мякоть до самой кости, пока усталость не обернется разморенной негой. Тогда можно оттолкнуться пяткой от водяной толщи и всплыть, жадно глотая воздух. Головокружение от смены температур пьянит и стелется сладостным маревом перед глазами. Над источником сверкают обсаженные иглистым инеям ветви сливы, отвесно склонившейся над обрывом. Она врезалась в скалу мозолистыми корнями и теперь под порывами ветра роняет в горячие воды тонкие алые лепестки. И воздух от того полон нежного аромата, а вода затаенной сладости.
Рывок под воду заставляет засмотревшегося заклинателя зажмуриться, чтобы снова раскрыть глаза уже в темноте нарастающей глубины. Но руки, обхватившие его бедра не причиняют ни боль, ни зла. Не заставляют вспоминать о речных гулях. Сильные, но теплые руки, скользят и обшаривают, тянут, цепляются пальцами в кожу, пробуждая желания, сперва шутливые.

Ему хочется говорить, смеяться над детскими проделками Мао И, но приоткрывшиеся губы рождаю лишь пузыри воздуха, равнодушно всплывающие к поверхности, а потому Цзисюань обхватывать спутника бедрами, нисколько не стеснясь своей наготы. Разве кто-то принимает ванны в одежде? Кожа скользит по коже, влажный шелк штанов царапает нежную плоть. Он здесь лишний. Объятие вминает грудину в грудину, пальцы - в ребра. Борьба в толще воды вынуждает их кувыркаться и перехватывать друг друга. Наследник пытается вырваться, всплыть, чтобы отсмеяться, а его похититель разве не жажадет того же? Значит, победа на его стороне, как бы Мао И ни пытался утянуть обоих на дно. Они всплывают еще спутанными, тесно сжимая в объятия каждый свою добычу и жадно пьют свежий воздух, искристый от снежинки до снежинки. Вихрь пунцовых лепестков, подхваченный ветром, обнимает их плечи. И пока любовник не надышался, Цзисюань тропится отобрать у него воздух, оставляя лишь пьяное головокружение, когда губы накрывают губы, и влажная ласка хозяйски толкается в рот, влажно дразнит острый край резцов и путает языки в рваной, животной случке. Бедра влипают в беда, тела втираются друг в дружку, спаянные упоительной дрожью торопливого желания, возникающего из игры и подгоняющего добыть желанный трофей. В хриплом дыхании зубы сладко сжимаются на изласканных податливых губах, и наследник уверенно развязывает на спутнике штаны, чтобы запустить под них ладони, смыть, выгладить бедра и забрать стояк, тесным кольцом пальцев.

- Давно ли ты стал стыдлив? – он глотает смех и срываетсяна бесстыдный удовлетворенный стон в желанные губы, когда крепкая головка, оказывается в пальцах. Точно обещает, что это лишь начало удовольствия. – Или это вызов? Я буду любить тебя, пока ты не попросишь пощады.
В темных глазах напротив такая беззвёздная ночь и такая жаркая пустыня. Только азартное озорство остается в них искрой разума.

- Пощады, - легкий толчок вжимает генерала в отвесную скалу, украшающую дальнюю стену бассейна. Требует он мольбы сейчас или обещает утомительную ноч ь- не разоборать, да едва ли он знает сам. Запальчивые слова лишь раздразнивают обоих. Пальцы заклинателя настойчивы, а губы настойчивее вдвойне. - Дважды.

Отредактировано Jin Zixuan (Четверг, 19 августа 19:19)

+1

18

Су захлебнулся влажным воздухом, ладони еще крепче сжали бока гибкого, увертливого парня, не давая ему выскальзывать из хватки. А хотел ли тот ускользнуть? Мальчишеская игра стала захватывающе жгучей. Мир поплыл прочь, когда Ван Су почувствал на губах вкус губ этого Цзиня. Парень, как ты целуешься!
..Небеса, как ты целу… ешь… ся!
Прихватив его губы, Ван Су затянул их свернутым языком и, покусывая, медленно, лакомо посасывал, забирая всю сладость мгновения.
Кто ожидал, что этот гуев золотой мальчик так маняще развратен! Хриплый смешок на выдохе вырвался у Ван Су. Шелк ничего не весил и лишь шоркал по телу, став горячей, жесткой помехой. Ладони Ван Су шарили по нагому телу, локти и плечи сжимали его в жарком, жестоком нежелании утратить ни капли этой внезапной близости.
“Я же зарекался! Я обещал себе, что никогда больше…”
Далекая как облако мысль о бессильном обете ускользнула, унося вдруг переставшую что-либо значить боль давней обиды.

- Ни милости. Ни пощады, - выдохнул он с веселой угрозой, ловя крепкую руку Цзиня на своем теле и следом, по его бедру, по гладкой, выхоленной коже - как такое возможно, на парне наверное ни одного шрама за все его дважды по восемь лет! - к его сокровенному, жаркому и жесткому теперь, готовому вскипятить всю воду вокруг.
В животе Ван Су сладко припекало. Было что-то наивно- лестное, что ласкало его самомнение, раз у красотули-Цзиня на него так крепко стоял! Этому парню от него ничего не могло быть нужно, у него и так было все, и Ван Су, наконец, без оглядки и сомнений мог поверить искренности его тела.

— Нет снисхождения, – выдохнул он в горячие губы Цзиня, – побежденным.
Такое белое, молочно-фарфоровое тело в темной словно сама ночь воде! От возни их волосы растрепались, и теперь длинные пряди озерцом черноты растекались по теплой воде вокруг них обоих. Снежинки беззвучно падали и таяли изморосью, свежая струя хвойного аромата откуда-то от далёких сосен донеслась сквозь сладость цветов. Терпкий и нежный, запах двух мальчишеских тел, вкус их возбуждения оседал влагой на их губах и коже.
Тяжело прикрыв веки, Ван Су впился взглядом в глаза Цзиня, словно выпивая мерцание его зрачков с каждым движением своей полусжатой ладони.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

19

Ошибочно предполагать, что наследнику ордена Ланлин Цзин ничего не нужно. В роскоши и прелестях Башни Карпа, в празднике вседозволенности и богатства, тонкого мастерства и величия равно как всем другим в голоде и достатке, в болезни и в радости, ему отчаянно нужно принятие. А путь сквозь возведенные гордостью и положением преграды, тернист и мучителен для обоих. Поэтому своей близостью с Мао И наследник так дорожит. Тому лаской, стойкостью и смиренной гордостью удалось обойти рвы и стены на пути к воротам этой крепости, а потом заговорить замок, чтобы пробраться внутрь. А теперь его пальцы жарко блуждают по оплетке каменных вен, и дрожь пронизывает тело, растекается под кожей искристыми кристалликами инея, заставляя его изнывать от сладости будоражащего желания. Заклинатель отзывчиво толкается в руку, вжимается коленом в бедро любовника в невесомой воде, пуская ладонь проникать глубже и чувствовать себя вольготнее в ласках. Его пальцы ловки, и в этой чувственной ловкости легко читается бесстыдство опыта и сладострастие натуры, скрытое от посторонних глаз безупречностью облика и утонченностью манер. Мальчишка всхлипывает в изласканные губы, вжимается в плечо горячим лбом, когда крупная дрожь ловит мышцы предательской сетью медвяной слабости, и спутанные тела поют в унисон, бесстыдно приникая друг к друга, влипая кожей в кожу, пойманные волной эйфории в ослепительной и жадной разрядке. Пока Цзинь Цзысюань не откинется на спину, отпуская сою добычу и позволив себе дрейфовать в пьяной истоме, глядя сквозь волны пара в темноту звездного неба. Но его распахнутые глаза не видят пока ничего кроме всполохов удовольствия.

+1

20

Азарт и напряжение достигли почти пиковых высот, Ван Су чувствовал,что пьянеет от держости золотого мальчика и своей, но если молодой Цинь позволил себе отодвинуть границы так далеко, то - ему-то Ван Су, на кой сдались эти границы! Все, что случилось сегодня с ними в тех застылых, заметенных цветами и снегом горах, и впрямь было над любыми границами и стратами.
И детской шалости в купальне уже не было довольно. Не для Ван Су.
Воды озерца дымились паром, словно божественные Пять Облаков окутали их обоих. Движения обоих парней взбаламутили воду, и цветы сливы, падавшие на них с легкими вздохами ветра, кружились с водой вокруг, облепляя их тела. Потоки воды в озерце были неравномерно горячими, местами жаркие струи били снизу сквозь толщу озера до самой поверхности. а иные были почти такими же холодными, как воздух над водой. Рядом с таким подводным ключом оба оказались сейчас, паря в воде большими танцующими птицами. Холод ожег ступню Ван Су, но лишь вплеснул жара в зачарованную кровь.
Сжав ладонь на бедре Цзиня, Ван Су притиснул его к себе еще крепче и, чуть взбив воду ступнями ног, отплыл подальше от холодного омута, в теплые ласкающие потоки.
- Ну же! - нетерпеливо пробормотал он в самое ухо парня, ладонью понуждая того закинуть ногу на талию Су. Птичий грех взаимного ощупывания лишь взбудоражил, сломал все помехи, и теперь время и мир застыли, давая им двоим всю власть. Бедра и ягодицы Цзиня, упругие, твердые и нежные, каждым соприкосновением обжигали кожу Ван Су. Запах его тела слился с его собственным и пропитал весь воздух вокруг них, завладевая озерцом, купальней, самой ночью.
Почти раздраженно отцепив пальцы Цзиня, уверенно и настойчиво доводившие его до исступления, Ван Су быстро извинился поцелуем за свою резкость и продолжал целовать щеку, плечо и шею парня, пока руки нетерпеливо ласкали его ягодицы. По недавней столичной моде. ногти Ван Су держал ухоженными и длинными, и теперь они покалывали самую нежную складку кожи молодого Цзиня, настойчиво и хищно, тут же приласкивая царапины подушечками пальцев.

Все остальное было без мыслей, без памяти, лишь огнем и движением. Не стало ни Ван Су, ни наследника Цзинь, лишь два жадных зверя в бурлящей воде, в потоках подводных источников. Упругая плоть и жадная сила. Смягченные нежностью озера, их движения волей-неволей стали частью его волн, плавными, глубокими, неотступно едиными. Быть может, Ван Су был бы более резок и стремителен,но обнимавшая их вода сама подтолкнула их друг к другу, вела и берегла.
Пьянящая медлительность и нежность происходившего напрочь лишила Ван Су соображения. Никогда еще никого он не хотел с такой бережной, жаркой жадностью, ни на чуть чуть не позволяя тому отступить. В какой-то момент сладкое, уносящее чувство достигло запределья, и Ван Су хрипло заплакал в щемящей, невыразимой силе охватившего его счастья. Его губы искали имя, но имени память не знали, и выдохом лишь вырывалось: “Ты!..”
Почти оскорбительное, вульгарное и интимное “ты”...

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

+1

21

Воды источника отступают неохотным блаженством, обтекают точеное и крепкое тело. Льются, рисуя рельеф мышц и каплями лижут  ложбинку позвоночника, скатываясь ниже по бедрам. Ноги наследника  подрагивают, не то ли усталости, не то от отпустившего разом напряжения. Но когда принесенные хозяином сухие одежды обнимают тело, этой истомной дрожи больше незаметно. Он лишь оглядывается через плечо, встряхивая темными змеистыми прядями, чтобы поманить с собой Мао И. Полюбоваться, как он хорош, разморенный теплой водой и любовью.

В комнатах их ждет горячая еда и свежие фрукты. Чистая постель. Аппетитные ароматы пряностей и жгучих специй. Им не нужно особого приглашения, чтобы разделить трапезу. Вечерние приключения, о которых Цзынь Цзысюань помнит ровным счетом ничего, измотали тело, а чары отнимают больше сил, чем он осознает. Но усталость не приходит. Вместо нее его сознание кутает нежное помешательство. Заставляет смотреть на любовника с особенной жадностью, наслаждаясь тем, как тот есть и пьет. Точно все в нем сегодня особенно прекрасно. Особенно чарует пресыщенный видами взор. Вино жгучее и сладкое, а фрукты омывают соком горючее небо. Нетерпение становится мучительным, но дразнящим. Нужно дать любовнику время, но время точно отняли у него. Заклинатель ласкает его взглядом и не видит. Блуждает пальцами по бедру И под низким столом, пока воздух вновь не закипит сдержанным желанием, тогда персик снова надкушен, и медовый нектар подтекает по запястью, чтобы язык влажно догнал его, а плод переходит к Ван Су, который, наверняка, изумлен переменой в обращении, но кто станет отказываться?

Брошенные одежды украшают пол. Много ли остается сбросить, когда холщевые халаты – вся щедрость хозяина. Ему теперь предстоит высушить на горном ветру и золотые наряды наследника Ланинь Цзнь, и обитый железными клепками стеганный кафтан Ван Су. Руки у Цзицюаны сильные, но нежные. И когда он восхищенно обходит ладонями тело спутника, коже под ними вспыхивает жаром. Это маленькая магическая игра, которую можно себе позволить. Злоупотребление искусством, которое делает близость с заклинателями забавнее, чем с простыми людьми. Удовольствие,  одно из многих.  И когда губы забираюсь горячие губы, когда  - в два шага назад -  под колени подбивает невысокое ложе, приглашая опуститься на хозяйский тюфяк. Но кого волнует мягкость постели, когда кожа жарко влипает в кожу? Вены – в вены. И две бархатные головки отираются друг о друга между поджарых животов.

- И, - пьяный поцелуй глотает желанной имя и втирает его в десны, заставляет сглатывать словно яд и  противоядие. И если сперва слов не разобрать, то после наследник повторяет это имя снова и снова, скатываясь в постель и увлекая за сой любовника, чтобы обнять его бедрами и почувствовать, как его плоть скользит по распахнутой промежности. – И... И...

+1

22

Ненасытный и неутомимый, – этот молодой Цзинь был прекраснее разгорающейся зари! Его страсть пробудила в Ван Су азарт, заставивший забыть себя и мир. С жадностью, какой он давно или вовсе никогда не испытывал, он ловил каждое дыхание каждое движение золотого цветка, словно ничего не было в мире, кроме этого Цзиня. Разделяли ли их пара шагов поворачивался ли он спиной или шел рядом, - каждый миг Ван Су чувствовал его, будто был связан живым телом,костями и кровью. Ни на минуту дольше он не хотел затягивать их разлуку, когда они шли из купальни, когда устроились в комнате, - рука Ван Су то и дело тянулась коснуться вновь обретенного огня своей жизни.
Как он мог жить раньше, без него?..
Вспыхнувшее притяжение было колючим, жёстким, обжигающим, – и невозможно было уже вспомнить мир без золотого, прекрасного мальчика Цзиня.
Ван Су влюбился.
Так люто он не влюблялся ни разу, но сам он ещё этого не понимал. Не так-то просто забыть прежнюю боль, первую боль первого предательства, не так легко снова поверить. Конечно, он не влюбился. Конечно, все это только шалости и отдых после жестокой ночи. И прикасатсья к Цзиню - это просто… да кожа у него красивая, да! И только.

И томный взгляд. И влекущий, мягкий смех. И голос… И сердце стучит в том же ритме, что билось сердце Ван Су.
Он выглаживал и зацеловывал белое, безупречнопрекрасное тело, с каждым розовым пятнышком поцелуя на коже разгораясь все сильнее.
..И?
Кто?
“Он же не знает моего имени”.
- И? - муркнул Ван Су, не сразу, не скоро, лишь блаженно откинувшись рядом, играючи проводя пальцами по разрумянившемуся телу Цзиня. - Кого ты там вспоминаешь?
Едва слетели слова, смурное. дурное и подлое, накатило воспоминание. Холодом накатило, снегом, с кровавыми пятнами цветов. Этот мальчик, Цзинь. Ты помнишь, как он сидел, готовый околеть под снегом, рядом с тем мертвецом?
Ван Су обдало морозом. Он сел, глядя на разморённое, сладкое и спокойное лицо юноши рядом с ним. Сглотнул, давя непрошенную мысль. Накинул на себя халат и отполз по постели к жаровне с чайником, машинально занявшись приготовлением чая, унимая внезапно возникшую в пальцах дрожь.
Привычные действия вернули ясность мозгам. Все нормально, все правильно. Вы оба просто провели ночь. Отдышались от всего, что было. Ты помог этому парню в его потере. Он помог тебе - впервые, ты помнишь, впервые так давно. Ты снова смог стать живым. Да и он, пожалуй, тоже.
Значит, того звали И.
Век бы не знать.
Налив себе чаю, Ван Су неторопливо отхлебнул нежную ароматную горчинку.
- Выпей чаю.
“Я даже не знаю его имени.”
“Он - тоже.”
Он протянул чашку на ладони, улыбаясь только взглядом.

[nick]Wáng sū[/nick][icon]https://i.imgur.com/qzVBRgZ.gif[/icon][quo]Ван Су[/quo][status]Волк[/status]

Подпись автора

Time was the force
Brought me back on course

Дракотята

https://dragcave.net/image/GZo0l.gif
https://dragcave.net/image/Op3J9.gifhttps://dragcave.net/image/qLebe.gif

https://dragcave.net/image/mJcsd.gif
https://dragcave.net/image/FtkTK.gif
https://dragcave.net/image/k9aKH.gif
https://dragcave.net/image/CXLVB.gif https://dragcave.net/image/hpB8I.gifhttps://dragcave.net/image/zspOv.gif

0

23

Поцелуй, прерванный ответным «И», вязнет во рту и застревает в горле, шпарит ужасом и пронзительным, еще непонятным стыдом. Отвращением. Осквернением. Запятнанностью. Но сперва – досадно прерванным удовольствием, когда тело еще горит ослепительным желанием, чуткое и дрожащее от накатившего сквозняка. Точно все это время Цзицюань спал и только сейчас, проснувшись, скинул с себя покрапывало, чтобы обнаружить за его спасительным жаром ночную прохладу.
Он садится на постели и трет лицо. Мучительный гул в голове не добавляет свежести восприятию. Тело как будто легко пережило мороз и усталость, но искажение ци болью отзывается во всех его членах и муть в голове. Не сразу наследник понимает, что происходит, что произошло. Он помнит охоту на зверя. Момент, когда тот загоняет этого чужака, чье имя осталось неузнанным, куда-то в мелкую расселину скал. А после? Только тонкий  высокий силуэт в пируэтах снежной бури. Силуэт Мао И. Тот поднимает глаза и смотрит в душу. Его беззвездные немые глаза заслоняют собой все, точно на Цзицюаня падает ночь.
Он вздрагивает, дергается в угол кровати и снова оказывается в комнате. У очага чужак греет чайник. Чужак, обращенные к нему горбатой отчего-то спиной. Они... раздеты? Они оба? Потрясенно оглядываясь, мальчишка соображает, что все – здесь свидетельствует об отдыхе. Ужине. Смятая кровать однозначна и насмешива.
- Ты? – Цзицюань торопливо подхватывает принесенный хозяином дома хлопчатый халат. Такая грубая одежда непривычно касается тела, но сейчас ему не до удобств! – Что ты здесь делаешь? Что происходит?!
Гнев поет в его голосе жарко и яростно.
- Как ты посмел заманить меня сюда?! Раздеть и прикасаться ко мне! Ты прикасался ко мне? Ты?
Чашка так и остается  висеть в ладони Ван Су. Бледное лицо заклинателя напротив прекрасно красотой фарфоровой куклы. Высоко вскинутые черные брови выдают в нем самое искреннее негодование и полное непонимание происходящего. Лишь тонкий румянец открывает внимательному зрителю затаенный стыд.

0


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » цветы мэйхуа под снегом