Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Пэй Мин, Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Три ограды


Три ограды

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Вэнь Чао & Вэнь Джулю
1514, Цишань

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

Отредактировано Jin Zixuan (Вторник, 14 декабря 16:32)

0

2

Чао и не подумал сообщать, куда направляется. Ему минуло 15, и он отлично мог сам решить, как ему проводить время, свободное от тренировок и медитации. Тем более, что украсть сладость, а потом просить прощения всегда удобнее, чем выпрашивать сладость. Не то, чтобы младшему молодому господину отказывали в сладостях, но как приятно быстро получить то, что тебе угодно и перейти к следующему желанию. Желаний у Чао было много!

Больше того, Чжулю он не рассказал даже, что направляется куда-то сам по себе. Этот молчаливый и нелюдимый, не так давно вмененный ему спутником Вэнь не слишком-то нравился второму молодому господину. Хотя своим присутствием, несомненно, означал, что младший сын главы ордена входит в возраст и от нянек одних может перейти к нянькам другим. Чем не повод для гордости и восторга?!

Восходящее солнце золотило клинок, наряжало розовым и пунцовым подбоем дол меча и имя мастера, гравированное у эфеса. Сделав круг над крышами Знойного дворца, Чоа все же решил, что благоразумнее прихватить Чжулю с собой, пока тот не кинулся его искать, и не устроил больше шума, чем их общее отсутствие. Вот так приходится во всем себя ограничивать из разумных соображений! Зато в моменты таких озарений чувствуешь себя пророчески умным. На деле, он, конечно, понимал, что спутник будет не бесполезен, но спутник, который не пытается постоянно ставить палки в колеса.

- А правда ли… - обнаружив отцовского приемыша на дворе, где манекены “крыло чунь” для отработки техники 10 ладоней стояли плотным рядом, чтобы отряд из 20 человек мог тренироваться одновременно под присмотром одного мастера, Чао придержал меч над вершинами этих полированных чурбанов, желая полюбоваться гордостью ордена - не считая Вэнь Сюя, конечно! - потом спрыгнул в мягкий песок и лаконичным движением вернул меч в ножны. Тот даже не звякнул.
- Правду по-твоему говорят, шисюн, что в прежние времена были мастера, способные путешествовать на мече тысячу ли с завязанными глазами?
Уловка, конечно, была так себе, но с чего-то следовало начинать.   

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

+1

3

Если Вэнь Чжулю и был не слишком счастлив о того, что его способности нашлось только такое применения - быть нянькой младшему сыну Владыки бессмертного, никому об этом не было известно. Не нянькой, разумеется, телохранителем, но смысл от этого не меняется.
Чжулю никогда бы не назвал себя чадолюбивым, с младшими братьями и сестрами ему не довелось возиться- слишком много обязанностей было у наследника, то есть когда он был наследником. А уж когда перестал им быть...
К 15-ти летнему младшему наследнику Чжулю пока приглядывался. Со свойственным ему внешним спокойствием и полной бурей эмоций внутри. Это проверка? Это испытание? Это теперь его роль в той игре, в которую играет Орден Цишань Вэнь?
Признаться даже себе было нелегко, что не об этом он грезил, когда был принят в семью. Да, уже не переживал о рисовых полях и не мечтал закончить эту никчемную жизнь как-нибудь красиво, раз у него не получилось ее красиво прожить. И нет, он никогда не произнес вслух ни одного слова недовольства и вообще, чаще открывал рот, чтобы выразить благодарность, вполне искреннюю. Но сердце его жаждала противостояния, битвы и подвигов. Ночной охоты и сражений с полчищами врагов Ордена.
При все при этом, Чжулю умел терпеть. И терпел. Хотя и не любил этого занятия.
- А что тебя удивляет больше? Что они летели в слепую или расстояние, которое могли преодолеть на мече? – отозвался Чжулю не сразу, а как только закончил 16 форм. Правда, как он «расчесал гриву лошади» ему совсем не понравилось. Появление Вэнь Чао заставило его сердце биться быстрее – сейчас он снова становился телохранителем. – Хочешь проверить себя, господин Чао?
Мальчишка явно что-то задумал - вон как глаза сверкают! Что ж... его задача более чем ясна - сохранить жизнь и максимально здоровье младшего сына Владыки бессмертного. Остальное его не касается - он ему не наставник же!

+2

4

О! Больше всего меня удивляет, что шисюн сейчас не поднял меня на смех!
Уступчивость чем-то импонировала Чоа. Этот опасный и уникальный в своем роде человек должен бы задирать нос, но выглядел сгорбленным, точно уронил плечи, - нет, лишь метафорически, конечно! - точно отец перегнул его через колено как подплавленный магией клинок. Интересно, как. Интересно, чем.

Отец был к Чао скорее равнодушен, чем жестокосердечен. О его силах и методах младшему молодому господину оставалось лишь догадываться. На представления в Знойном не приглашали без нужды.

- Как они не сбивались с пути? Я все утро думаю, как они не  сбивались с пути, шисюн!
Склоняет голову к плечу, точно изучает этого Чжулю. Изучает так, как будто собирается продать на рынке как породистого жеребца или хороший меч. Ни под каким другим углом невозможно разглядеть истинные достоинства человека напротив - это давно всем известно.

- И знаешь, что я придумал?
Чао сложно держать улыбку при себе слишком долго, да и нет нужны, но ему все еще хочется казаться хоть немного старше своих лет. Особенно рядом с этим. Нелюдимым, непроницаемым и особенным. Второй молодой господин еще не скоро будет достаточно хорош, чтобы уловить помарку в тренировке Чжулю, а потом следит за его упражениями восхищенно и почти недоверчиво.

- И я придумал! Но скажу, только если ты позволишь завязать тебе глаза. Скромный сын своего отца уж точно не пролетит с закрытыми глазами и сотню ли, а этот Вэнь весьма славится своей необыкновенной силой и единственной в своем роде способность к концентрации. Разве он не сможет?

Чао не слишком нравится предоставлять время на раздумье. Потому что, подумав, и отец и Сюй, и все старшие вокруг принимают скучные решения. Совсем не обязательно всегда-всегда поступать так осмотрительно, словно земля постоянно горит у тебя под ногами. Зачем быть частью великого - величайшего! - ордена и постояно жить в напряжении?! Так что он легкомысленно, но уверенно протянул руку, дожидаясь со всей очевидностью, когда Чжулю развяжет и отдаст верхний из своих трех поясов. Чем же еще так же удобно завязывать глаза?

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

Отредактировано Jin Zixuan (Пятница, 17 декабря 23:24)

+1

5

- Как могут не сбиваться с пути? – если не было другого выхода, Вэнь Чжулю мог закончить все обязательные формы, даже если приходилось жертвовать частью концентрации. Так что разговаривая с вторым господином Вэнь он продолжал «разгонять руками облака» и «играть на лютне». – Как перелетные птицы не сбиваются с маршрута? Используют остальные чувства, что у нас есть. А ведь нам дано больше чем птицам…

- У меня не правильно завязан ханьфу? – быть объектом пристального осмотра Чжулю приходилось не раз и он почти привык к навязчивым чужим взглядам, но чего в нем не видел Вэнь Чао? Может быть все-таки хочет позаниматься наконец, а не придумывать от безделья вопросы на которые телохранитель не может дать ответа. Ведь летать на мече с завязанными глазами совершенно не целесообразно, если с глазами полный порядок. Прокачивать концентрацию лучше по-иному.

Вот только он не наставник второму господину, а только лишь телохранитель. И не обязан играть в его игры.
- Мне нельзя завязывать глаза. Я твой телохранитель, - 24 формы закончились и Чжулю замер напротив Вэнь Чао словно немой укор. – Я последую за тобой куда ты захочешь пойти и не буду говорить тебе нельзя делать то или это. Я не твой наставник. Но я вытащу тебя за шкирку и верну тебя в целости Владыке бессмертному, поскольку он поручил мне сохранять твою жизнь.

Мальчик должен быть понятливым и верно истолковать слова этого Вэня – делай что хочешь, но спасая твою жизнь, я могу повести себя и непочтительно.

+1

6

Чао следит за стремительными, отточенными движениями собеседника. Тот даже не отвлекается, чтобы поговорить с ним! Это оскорбительно и восхитительно одновременно. Впрочем, никто не обращает на Чао особенного внимания, пока от Чао чего-то не требуется. Поэтому внимание из окружающих приходится изымать. Забрасывать наживку и выуживать. Или вышибать. Или требовать. Он только вальяжно отпирается о соседний тренажер и следит за Чжулю с нескрываемым удовольствием, подперев голову рукой, легкомысленно уложенной на деревянную спицу. Если Чжулю в чем-то ошибается, Чао это незаметно. Он никогда не будет так хорош. Он, вообще, не хорош. Почти ни в чем. Его единственная удача - родиться сыном Владыки бессмертного. А Чжулю беспощадно четок во всем. Что ж, прекрасно!

- Шисюн сломал мне всю игру! Это не честно!
Конечно, можно опираться на другие чувства, как перелетные гуси. Но разве это интересно?! Но раз Чжулю желает знать все сам и в подсказках не нуждается, то альтернативную версию от младшего молодого господина он не получит!

Внезапно выросший перед ним шисюн заставляет невольно отшатнуться от спиц. Чоа не нравится, когда кто-то вторгается в личное пространство слишком резко и оказывается слишком близко. Но признавать этого он, конечно, не станет. Поэтому легкомысленно откидывается спиной на другую спицу, а после через поворот оказывается и вовсе за ней. Пятка поворачивается, в песке остается незаметная вмятина. Боевая форма исполнена верно, но так медленно, что это не бросается в глаза. Едва ли даже осознается.

- Этому Вэню столько всего нельзя…
Тягучее разочарование плохо прячет улыбку, становится насмешкой и вызовом. Но новости прекрасны. Раз у этого Вэня нет приказа предотвращать сложности, дела обстоят намного лучше, чем казалось. Во-первых, это означает, что отец доверяет Чоа в его благоразумии (!!), а во-вторых, что Чао все еще свободен в передвижениях.

- Звучит так, как будто я щенок Владыки бессмертного. Непочтительно.
Второй молодой господин пробует эту ответственную непочтительность на вкус и смотрит испытующе, требовательно соскальзывает взглядом по фигуре напротив, точно ему нужно прицениться, что этому человеку будет позволительно. Усмешка рождается сама по себе, демонстрирует влажный клычок.

- Мне нравится! Но тогда… раз Вэнь Чжулю опасается отцовского наказания, я сделаю это сам.
Пояса три: алый, черный и белый. Каждый уже предыдущего и наряднее. Белый тонкий и роскошно вышит клановым узором. А вот алый достаточно широкий и плотный. Чао вынимает его и завязывает себе глаза. Меч взлетает легко, совершает красивое сальто и парит у земли, послушно выжидая хозяина. Определенно, те немногие вещи, в которых Чао хорош и хорош весьма, делаются с закрытыми глазами. Его мать, наложница Хе, происходила из клана, обретшего свою дурную и страшную славу предсказанием грядущего. Эта кровь ничуть не хуже (не лучше?) отцовской.

- Догоняй, не-наставник!
Стальной отблеск клинка взмывает в воздух, дает опасный крен, выравнивается и легко поднимается над дворцовой стеной. Балансировать неожиданно просто и весело. Главное не потерять направление. Северо-запад мерцает на горизонте серебряной глыбой пушистых утренних туч, но теперь Чао концентрируется на прохладе и влаге в воздухе.

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

0

7

-Жизнь вообще несправедлива. Ни к кому, - эхом отозвался Чжулю, смотря на своего подопечного. Он мог ничего не добавлять. И пусть быть принятым в Орден Вэнь была для Чжулю, как и для любого другого, что в Ордене Вэнь не состоял, величайшей удачей, но если бы судьба была благосклонна к этому бывшему Чжао… Чжулю не часто представлял себе жизнь какой она была, если бы он остался наследником своего клана, но пару раз все же было - когда становилась тяжко. Умиротворения в этих сослагательных фантазиях он не получил все равно, а прагматичная натура требовала довольствовать тем, что он уже имел.
-Этому Вэнь доступно больше чем он думает, - тут он позволил себе улыбку на самых краешках губ. Второй молодой господин не раздражал и не вызывал у его телохранителя желания избавиться от его щенячьего энтузиазма тыкать в каждого кто был с ним рядом, проверяя насколько можно далеко зайти. Все проходят через это - через детство. Просто у кого-то оно большее короткое.
Улыбкой Чжулю еще хотел донести до второго молодого господина понимание того, что он на его стороне. До долгу службы, так сказать, но целиком и полностью. Пока это не входит в противоречие с желаниеми его отца.
И по этому Чжулю не останавливает второго молодого господина ни когда тот завязывает глаза, никогда поднимается на мече. Только ругается про себя, хватает свой меч со стойки, на которую положил его пока занимался, и последовал за Чао.
И пусть любой другой надрал бы своего подопечному уши, но он же не-наставник. Он только хранит тело, которое не должно свалиться с меча.
- И каково это? - ровным голосом, словно они оба еще стоят на земле, спросил Чжулю, поравнявшись со вторым молодым господином. Его поступок хоть и был совершенно безрассудным, но смелым и где-то даже заслужившим восхищение.
-Выпрями спину и расслабься, шиди. Так будет проще сохранять равновесие и больше сил отдать на концентрацию для сохранения направления.

+1

8

Улыбка у этого Чжулю варварская до душного холодка, убегающего вниз по холке куда-то к пояснице, так что хочется ровненько вздернуться на вытяжку, до судороги сводя лопатки. Откуда он взялся и чем заслужил, Чао не имеел никакого представления, но уж точно откуда-то не из этих мест. Может там горцы где-то в своих закрытых общинах умеют так плотоядно скалиться, но про тех, вообще, говорят всякое! Однако отец не доверил бы его совсем ненадежному человеку. И это неуверенно успокаивает.

- Ооо! – это восхищенный выдох. Хулигански-уважительный или искренний – не понять. Что это не-наставнику доступно такое, о чем Чао еще не знает или не догадывается, что знает? Можно спросить напрямик, но позже

Сейчас прохлада воздушного потока несет к Знойному дворцу влагу из области Илин, тяжелые и жирные тучи, набитые темнотой точно подушки. Темнотой и молниями. Как будто какой-то чиновник небесного ведомства выкинул мешки сора со Звездного моста. А потому Чао хочет промчаться под ними напрямик до того, как разразиться гроза. Но здесь воздушные течения смешиваются, создавая области завихрений, а низколетящие, бегущие от грозы стрижи вынуждают торопливо маневрировать. Приближение спутника Чао тоже чувствует - спиной, как нарастающий массив тепла и давление воздуха, словно этот Вэнь вынуждает пространство расступаться, вытесняя собой все лишнее.

- Весело!
Это жизнелюбие здесь назло, потому что всякий раз уворачиваясь от поганого стижа, он рискует окунуться в струю нарастающей бури, и от этого восторженный страх вспыхивает и подпекает изнутри, встает горлом, чтобы через миг обрушить Чао в леденящий ужас бесконтрольности клинка под ногами. Только ласкового попечительства ему и не хватало!

- Ты же не наставник! – оглядывается, но за алым полотном не видно, как хмурятся брови и вспыхивают гневом темные глаза. Сейчас шисюн невозмутимо сообщил Чао, что он горбится и выглядит напряженным! Это безобразно! Зато и впрямь вынуждает выпрямиться, и так куда легче дышать, когда ветер налетает с боку и норовит столкнуть стальное полотно.

- Мне снился сон, - меняя тему, он намерен закончить их урок, пока тот не превратился в короткий и бесславный поединок, который Чао начнет вот немедленно, и, конечно, проиграет. Тем более, в воздухе и уж точно - с завязанными глазами. – Мне снился заброшенный храм на горе Луаньцзан. Храм был там за долго до того, как орден Вэнь поставил там ограду, задолго до того, как гора стала могильником, задолго до страшной битвы, задолго до…эта земля принадлежала клану Чэньхэ.

Они проделали уже добрую половину пути, огибая ветра и перепуганных птиц, к тому времени, когда Чао решил, что спутнику лучше знать, во что он ввязался, раз тот намерен оставаться подле не него неопределенно долгое время.
- Ты знаешь, кем была моя мать?

Это «мааать» взвилось в воздухе и рухнуло вниз вместе с горлом, в котором забилось раненым эхом, и с Чао, и со взметнувшимися полами черного, алого и даже лотосно-белого, который Чжулю, вообще, не полагалось, видеть, когда сухая предгрозовая молния ударила в проклятую птицу, а та, подбитая, сделала лихой вираж, чтобы всадиться клювом и всем своим решительным весом и скоростью в зеркалящий тучи клинок. Клинок упруго дрогнул и выскользнул куда-то вправо и вверх. Мальчишка ухнул в прохладный воздух, как в колодец. Он мог бы вернуть меч или оттолкнуться от верхушек деревьев, и это было бы красиво и эпично, достойно сына великого Владыки бессмертного и, конечно, будущего небожителя!.. Но для этого Чао нужно было стремительно решить призывает он меч или судорожно развязывает пояс, чтобы увидеть эти самые пики древесных верхушек… и он замешкался.

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

Отредактировано Jin Zixuan (Суббота, 8 января 14:17)

0

9

- И кем же была твоя мать? – ровным голосом спросил Вэнь Чжулю, удерживая подмышками только что падающее и благополучно пойманное доверенное ему тело второго господина Вэнь и прижимая к себе, второй крепко сжимая его меч. Он правда ничего не знал, про мать второго молодого господина. Никто не вел с ним разговоры о женщинах, которые попадали в постель Владыки бессмертного и тем более о тех, кому посчастливилось подарить ему сына.
Чжулю, можно сказать, ожидал чего-то подобного. Не был уверен, но не зря он смотрел во все глаза на своего господина и заметил опасность за мгновение до того, как она случилась. Увы, настолько быстро Чжулю не мог отреагировать. Умение удерживаться на летящем мече было одним из его неоспоримых достоинств, как и молниеносная реакция, иначе расспрашивать о матери было бы некого, но тут он чуточку отвлекся. На звук голоса Вэнь Чао, который был приятен слуху, когда в нем пропадали капризные и вызывающие нотки не получившего должной любви ребенка. И на мысль о том, что тот вовсе не глупый и не полностью испорченный временем и местом своего рождения. Его брат был совсем другим, возможно, таким был Чжао Чжулю, пока был им. А его младший брат быть таким же как Чао. Не-наследник, запасной сын, которому оставалось место в тени старшего и всех его потомков. Близкий к матери, любимый ею, избалованный, но их мать жива и здорова, а у Чао…
- Лететь через грозу было опрометчиво, - сейчас, когда на мече их было двое, Чжулю спустился ниже, уходя от опасного соседства. – Опыт подсказал бы это легендарным мастерам. Тем, кто смог удержаться на мече. Большую часть пути.
В голосе Чжулю не было ни капли насмешки, ни сочувствия. Просто он констатировал факт того, что Чао был еще очень неопытным, но у него все было впереди.
- Стоит попробовать ее раз. С повязкой. Сейчас лучше ее снять. Я не знаю пути к горе Луаньцзан. Господину Чао придется направлять этого Вэня.
«Пожалуйста, оставайся тем, кто рассказывал про сон о храме. Не нужно включать не-наследника, когда они стоят вдвоем на узкой полоске стали, удерживаемой только силой одного заклинателя. Ты уже все доказал мне, господин Чао».

+1

10

- А…кх!
Мир резко перестал вращаться вокруг Вэнь Чао, а тело приобрело осязаемо вертикальное положение. Отчаянно вертикальное, относительно этого непроницаемого Чжулю. Настолько вертикальное, что лопатки впечатались в чужую грудину и все остальное… ниже... тоже впечаталось как-то неприлично и вызывающе. Мальчишка спихнул с глаз повязку и, порывисто обернувшись, хлестанул волосами по лицу спутника ровно для того, чтобы следом выжечь это лицо разъяренным взглядом, точно его вовсе и не следовало спасать и уж точно не следовало держать и, уж конечно, прижимать к себе не следовало определенно!

- И меч мне верни!
Не то чтобы Чао нуждался в разрешении, призывая клинок. Вернул его в ножны и начал распутывать пояс, теперь нелепо устроившийся алым украшением на груди, но смущенно отодвинулся от чужого тепла, прислушиваясь к вибрации сияющего полотна под ногами. Видимо, ласковая братская лесть была засчитана и принята как должное.

- …эта земля принадлежала клану Чэньхэ, - он вовсе не собирался спорить о великих мастерах и продолжил там, где остановился, словно ничего не случилось. Что могло бы случиться с сыном великого Владыки бессмертного?! Пусть и младшим. От этого его кровь ничуть не хуже!

- Этот клан кроме прочего прославился своими умением предсказывать будущее через сны и видения, которые приходили тамошним заклинателям. Но все это было очень-очень давно. До битвы, что разразилась между членами клана. В книгах сказано, что причиной стал морок. Наваждение, которое настроило брата против брата, и люди, обманутые духами, потеряли рассудок и перебили друг друга… Держись северо-запада, - это он уточнил ровно с тем же выражением, с которым рассказывал старинную былину, неторопливо развязывая пояс у себя на груди.

- И все, кто уцелел после битвы… когда морок спал… немногие выжившие… поняли весь ужас случившегося, они ушли вниз в долину и основали новый клан, сохранив лишь часть имени Хэ, как «мирный». Эти заклинатели приняли обет не поднимать оружия ни против своих, ни против чужих. Клан Хэ стал частью ордена Вэнь, получив защиту и возможность никогда не нарушать обета. Но умение прорицать они сохранили. Моя мать была родом из клана Хэ.

Наконец, он распутал пояс и теперь, когда очертания горы уже встали синевой на горизонте, а дождь начал накрапывать по левую руку, отрезая от них неожиданно четкой стеной западные рисовые поля, Чао мог вернуться на собственный меч, промурлыкав неловкое «спасибо». Казалось, второй молодой господин не способен ни на такие слова, ни на такие звуки.

- Иногда я вижу сны.
Заложил веселый вираж, уклоняясь от надуваемой ветром стены дождя, прибившей, наконец, всех проклятых стрижей, и вместо всяких объяснений нырнул в парную дымку над склоном горы. Лишенная густого леса она представляла собой этажи и наросты скальных пород, украшенные скудными кривыми елями. Спешившись на каменной площадке, Чао дождался спутника и огляделся. Пока ничего угрожающего не было видно, но течение прохладной энергии ин оказались на деле такими же сильными, как его предупреждали наставники. Могильник давал о себе знать.

- И мне снилось, что где-то в этой части горы… Так я ее видел, и теперь почти точно узнаю эти уступы и деревья… где-то здесь есть скальный храм, и мне нужно что-то оттуда забрать. Что-то важное. Ценное. Но я пока не знаю что. Во сне образ менялся, смазывался, и я лишь увидел, как протягиваю руку и беру… Мне часто снятся такие сны. Разные. И обычно они правдивы.

Вопросительно оглянулся на спутника, проверяя, насколько тот готов принять эту новую часть врученного ему Чао, и двинулся вдоль склона, пытаясь сообразить, как же найти вход в храм.

- Ты ведь веришь мне, Вэнь Чжулю?
Но в глаза больше не смотрел: если Чжулю не верит, его подопечному лучше никогда об этом не догадываться. Едва ли младший молодой господин простит ему сомнения даже за спиной.

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

+1

11

Получив густой копной волос по лицу, видимо не достаточно сильно, как хотелось обладателю копны, Чжулю только усмехнулся.
Надо же, какой трепетный!
Может быть, второй молодой господин Вэнь заметил это, а может и нет, но Чжулю, пусть и отпустил его, но все равно был готов снова схватить за ворот ханьфу, что бы у Владыки бессмертного количество сыновей было неизменным. Ведь это его служение и он выполнит его со всем усердием.
И получив скомканную, но все же благодарность, совершил неглубокий, чтобы не потерять равновесие – он же все-таки не один из легендарных мастеров, поклон. Все же надо поощрять проявление вежливости.
-  Этот Вэнь рад услужить второму молодому господину, - Чжулю почти всегда мог контролировать интонации и тон, но чем дальше от Знойного дворца, тем более свободным от постоянной маски он себя чувствовал. И пусть носить ее было комфортно и приятно, но сейчас можно было чуточку сдвинуть ее ради доверия Вэнь Чао. Без доверия он не сможет быть тому по-настоящему надежным защитником.
- Я же говорил, что у второго молодого господина свои достоинства, - с легкой полуулыбкой, в которой никто бы не смог прочитать чуточку самодовольства, Вэнь Чжулю подставлял лицо свежем потоком воздуха. – Приятно знать, что я не ошибался.
Ах ты маленький…Надеюсь, что ты в этот раз не поймаешь на свой меч чего-то похуже!
Ноги Чжулю в мягких сапогах коснулись земли спустя два вздоха после того, как спешился второй молодой господин Вэнь. Он снова натянул маску, спрятав раздражение под равнодушием – молодой господин не обязан отчитываться перед этим Вэнем, он просто следует за ним.
- Второй молодой господин, будь начеку! – Чжулю ступал за Вэнь Чао след в след, готовясь в случае просто схватить его в охапку и бросить себе за спину. И надеется, что это научит его не лезть первым в таком месте. Темная энергия тут была так сильна, словно они попали в развороченный склеп, полный лютых мертвецов как на праздновании нового года.
- Второй молодой господин точно хочет забрать что-то из такого места, чем бы оно не было? – вот и ответ на вопрос, верит он или нет. Да и разве есть разница? Этот Вэнь все равно будет рядом.
- Когда мы отыщем вход, позволь мне первым войти! – это даже не просьба, пусть на нее похожа. Темная энергия словно щекотка поднимала все волоски на теле Чжулю. Он не верил в предчувствия, он просто их предвидел всегда. Это место было сосредоточием опасности. – Если там опасность, ты немедленно встаешь на меч и улетаешь прочь! – Чжулю аккуратно, но твердо взял молодого господина за запястье, чтобы тот принял всю серьезность его слов. Пусть это было очередным нарушением его личного пространства, но Владыка бессметный не требовал от него скромности, только сохранить жизнь его сына. – Я догоню тебя, как смогу! Если тебя такое не устраивает, мы уходим немедленно!

+1

12

Способность находить Чао оправдания должна была сослужить этому Чжулю добрую службу. Оправдания - лучше, чем негодование и молчаливое неприятие, к которому он привык. Или пуще того сочувствие. Сочувствие было и вовсе невыносимым.

Чао аккуратно, точно кот, крался по краю обрыва. Здесь были заметны следы давнего человеческого присутствия. Этот край некогда был дорогой, способной пропустить вьючное животное или двух путников, стоящих плечом к плечу. Темная энергия на горе оказалась более концентрированной, чем мальчишка мог предположить. От инь холодели пальцы и густели тени. На краю бокового зрения маячил голубоватый отсвет. Может быть, это было верно только для Чао, он  никогда не спрашивал, как другие ощущают присутствие сил. Рука Чао лежала на рукояти меча, второй молодой господин готов был вырвать лезвие молниеносно, но вместо того, чтобы вглядываться в темноту скалы и движение ветра в листьях, вынужден был обернуться к спутнику.

- Конечно, второй молодой господин хочет. Во что бы это ему ни встало. У него не так много вещей, которые напоминали бы ему о матери. Ты разве не слышал, что от меня одни проблемы?

Взгляд у Чао был черный как ночь и вызывающий. Он определенно испытывал терпение воспитателя. А потом этот взгляд скользнул к чужим пальцам на запястье, точно хотел установить место ли им там, где Чао их видит.

- Этот Вэнь предлагает мне бросить его в опасности, потому что любая опасность не так ужасна, как мой собственный отец? - мальчишка недоверчиво поднял бровь. - Хорошо. Так я и поступлю. Это будет вполне в моем духе. Достаточно отвратительно, как ты считаешь?

Он двинулся дальше вдоль уступа. Гора отзывалась на шаги рассыпающимися камушками и тихим стоном ветра между отрогами. Храм открылся им внезапно: вырос за поворотом, выщербленный в серой породе. Многие годы запустения истончили резьбу и уничтожили деревянные части взлетающих кровель, но ряды дверей, зияющих темными провалами в каменной стене не могли быть ничем другими. Чао только пригласил спутника жестом, уступая дорогу, согласно их договору. Пол храма был усыпан каменной крошкой, и она скрипела под подошвами. Широкий и темный неф углублялся в толщу скалы, в дальнем его конце тени сгущались и становились темной массой, такой плотной, что в ней, казалось, можно завязнуть. По сторонам нефа тянулись арчатые входы во внутренние помещения, а в глубине можно было рассмотреть высокую фигуру шестирукого Натхи, Третьего принца лотоса, Маршала центрального алтаря и победителя драконов. Покрытая пылью, фигура тем не менее сохранила свою целостность. Только атрибуты оказались отбиты: части волшебного копья и шарфа, колеса стихий, которые юноша должен был держать в руках, быть может, не были выточены из камня и успеи истлеть.

- Вот!  - Чао ткнул куда-то вперед к алтарю и рванулся мимо Чжулю. Тот же мог увидеть боковым зрением, как в темных провалах арок в сумраке происходит какое-то движение, точно весь воздух в них утекает вслед за вторым молодым господином. 

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

Отредактировано Jin Zixuan (Понедельник, 17 января 12:58)

+1

13

Нужно было идти за вторым молодым господином. Идти след в след, следить за ним, следить за собой, стараться ограждать себя от темной энергии, что завивалась вокруг Чжулю словно лисий хвост. Словно много хвостов. Соблазняла, шептала в уши, мол, смотри сколько силы, достаточно лишь протянуть руку, только захотеть и ты получишь все. Чжулю не хотел получить все. Слишком размыто было понятие всего, а он хотел лишь определенных вещей. И пока главным желанием было, чтобы второй молодой господин мог вернутся к своему отцу целым и невредимым.
Ничего против добычи какой-то важной вещи Вэнь Чжулю не имел. Тем более, что немного сложности и опасности жизнь второго молодого господина было бы неплохо привнести. Если бы Чжулю прислушивался к сплетням вместо того, чтобы составлять составлять свое личное мнение о человека, то узнал бы что второй молодой господин Вэнь пусть и второй, но все же сын Владыки бессмертного и все должны были носиться с ним как со столетним яйцом. При этом видимо не слишком занимаясь его воспитанием. Никакой обязанности заниматься этим у Вэнь Чжулю не было и никто этого от него не ждал, но… нельзя же чтобы он лез во все щели словно назло отцу и прочим, кто не считает его чем-то ценным. Иначе как Вэнь Чжулю сохранить ему жизнь? По крайней мере не становясь для Вэнь Чао… нет, не врагом, а таким же как и все остальные, равнодушной серой массой.
-Нет. Не слышал, - эхом отозвался Чжулю. Нет ничего что могло повлиять на отношение телохранителя к его подопечному. Долг перед его отцом был слишком велик, причем он не видел в Вэнь Чао какой-то проблемы, как бы тот не строил ее из себя.
- Я твой телохранитель и мой долг сделать так, что ты остался жив. Как можно дольше, - он разжал пальцы на запястье второго молодого господина. - И мне нет никакого дела до того как это выглядит. Или мне стоит спрятаться за твоей спиной, шиди?
Если ирония и читалась в голосе Чжулю, то лицом он это полностью отрицал. Почему второй молодой господин так болезненно это воспринял? Или это опять очередной вызов, желание прощупать свою няньку на предмет истинного отношения? Мальчишке придется очень постараться, чтобы вывести этого Вэня из себя.
Правда тот тут же начал стараться с удовоенности силой.
В пещере Чжулю не понравилось ничего. Скопление темной энергии, какие-то едва слышные шорохи на грани обмана слуха, даже немного потрепанная, но сохранившая все же свое изначальное величие, статуя вызывали у телохранителя чувство повышенного беспокойства. Шел он гораздо бесшумнее своего подопечного, чутко прислушиваясь ко всему вокруг - настороженный одновременно и расслабленный, чтобы не пропустить важное, сосредоточившись только на чем-то одном.
Это позволило ему  догнать порывистого молодого господина и практически не касаясь его, оттеснить себе за спину. Куда бы тот не мчался, он подвергал себя опасности, которую, Чжулю чувствовал в воздухе этого места всей кожей.
Рукой, заведенной за спину, Чжулю прикрывал второго молодого господина и одновременно тормозил его дальнейшие необдуманные действия.
-Второй молодой господин напрасно подвергает себя опасности. Не смотря ни на что, Владыка бессмертный будет очень огорчен потерей одного из сыновей. Очень огорчен.
Чжулю окинул взглядом алтарь перед статуей и спросил:
-Ты хочешь забрать это? А последствия?

+1

14

Хребтина этого невыносимого Чжулю возникла прямо перед носом Чао совершенно неожиданно - и когда только тот успел вынырнуть из-за спины? - преграждая путь ровно на расстоянии вытянутой руки до желанного. Покрытый пылью алтарь перед статуей сохранил все предметы поклонения. Некоторые из них истлели, как и подношения, но часть – та, к которой так стремился Чао, – осталась неприкосновенной. Лишь клочья паутины тянулись от одного светильника к другому, от курильницы к ногам и нижним рукам шестирукой статуи. И мальчишка вписался бы носом между лопаток этого Вэнь, когда рука требовательно и непреклонно оттеснила его прочь, и только чудом успел упереться ладонью в его плечо. А потом в темных глазах полыхнуло! Пламя чудом не сорвалось с кончиков пальцев. Темная энергия в нефе храма сгустилась и отравляла воображение второго молодого господина, разбалансируя чувства и настроения. И, пусть он все понимал, негодование захлестывало его и спазмом стягивало горло, так что дыхание выходило с хрипом. Чао поймал спутника за эту отвращающую и оскорбительно бережную руку, за рукав, скомкал в пальцах шелк и нашел крепкое запястье, чтобы потянуть его к себе, вынуждая Чжулю развернуться. Вперился в него гневым и горячим взглядом.

- Я хочу это забрать! – в его запальчивости не было ни капли рассудительности. Вся она, кажется, досталась сегодня спутнику. – И если я чего-то хочу, я обычно могу это получить!

Мальчишка рассматривал этого Вэнь с ощутимым терпением, а потом весь как будто сласковился, смягчился взглядом. В темных глазах родился вызов и озорство, такое неуместное сейчас, но такое манкое.

- Если бы ты чего-то желал так же сильно, как я, и видел это на расстоянии вытянутой руки, - ладонь вкрадчиво коснулась груди «воспитателя», теплом накрыла солнечное сплетение, демонстрируя простоту обладания желанным, а потом пальцы сжались на тонком шелке, и Чао плавно потянул собеседника к себе, точно желал проверить, как близко сможет увидеть его лицо. Заговорческие плавные интонации тревожили сладко.
- Разве ты думал бы о «последствиях»? А если бы думал… разве это остановило бы тебя, Вэнь Чжулю?

Похоже, он впервые назвал этого чужака полным именем. Мгновение взгляд Чао ещё полнился этой завороженной истомой, а потом мальчишка метнулся в бок и к алтарю за спиной Чжулю, чтобы забрать то драгоценное, что он так ясно видел во сне – курильницу! Только крылья паутины взметнулись следом. У него ничего не осталось от матери, и этот знак, явленный во сне, это наследство и наследие ее клана он не намеревался уступать ни телохранителю, ни даже Владыке бессмертному! Пусть придумает достойное наказание! Отступать Вэнь Чао не станет. Он, может быть младший, но все еще господин Вэнь!

Мальчишка сдул с трофея густое облако пыли – случайно! - прямо в лицо, повернувшемуся телохранителю, отер добычу рукавом и теперь восторженно рассматривал ее. Драгоценную, выполненную из алой яшмы вещицу не украли лишь благодаря дурной славе этого места. Чао торопливо сунул ее за пазуху и бросился мимо Чжулю, увлекая его за собой.

- Владыка ничего не узнает. Потому что с нами ничего не случится. Не успеет случиться!

Но темнота в проемах арок, зашипела, обретая форму и плоть. Тяжелую, черную и скользкую…Шуршащую железной кольчугой о камень пола. Противусолонь потекла одновременно во всех этих арках, отделяющих неф от внутренних помещений, и забрала в кольцо мглы непрошенных гостей, медленно проступая рисунком перламутровой обсидиановой чешуи. А потом они увидели… когда свет дня у входа в пещеру  притупился, потому что отступление им преградила резная усатая голова дракона. Черного, водяного дракона. Костистое рыло, украшенное шипами и яркими золотыми глазами, смотрело на потревоживших алтарь Третьего принца лотоса. “Победителя драконов,” - Чао монотонно повторил про себя формулу почитания Натхи и притормозил так же резко, как дернул спутника за собой, не оставляя тому шанса, кроме как впечататься грудиной в лопатки младшего наследника - в свою очередь. Победитель драконов лишился всех своих атрибутов: волшебного копья и шарфа, четырех колес стихий, которые прежде держал в четырех руках. Возможно, именно поэтому дракон пробудился. Непроста же этому не слишком популярному богу поклонялись именно в этом храме на этой горе, еще до того, как это место стало могильником. У младшего господни Вэнь и его спутника на двоих было только четыре руки - ни копья, ни магического шарфа. Зато религиозные тексты Чао знал наизусть и теперь его мысль крутилась бы вокруг того, из чего этот шарф можно зачаровать, но вместо этого мальчишка потрясенно пялился в глаза жуткой рептилии, загипнотизированный их янтарным светом, не в силах оторваться, точно дракон говорил с ним, пел на незнакомом, но таком чарующем языке. Чжулю тоже мог почувствовать это убаюкивающее и пленяющее пение  прямо у себя в голове, и противиться ему оказалось неимоверно трудно. Лишь долгие годы концентрации и медитаций позволяли выработать такой контроль над собственной волей и сознанием. Годов этих у Чжулю было поболе, чем у его подопечного. Дракон вздохнул и рванулся вперед на гостей…

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

Отредактировано Jin Zixuan (Понедельник, 24 января 00:31)

0

15

Вот ведь… Чжулю был обладателем довольно обширной по меркам прочих глав Орденов коллекцией младших братьев и сестер. Особенно сестер - в планы глава Ордена Чжао входило непременное обладание запасными наследниками, и это было его самое дальновидное решение. А то ли прорицатели и прочие причастные к тайнам зачатия и рождения нужного пола детишек каждый раз ошибались в своих выводах о рождении мальчика, то сестричек у Чжулю было неприлично много. Так что довольно мало интересуясь младшим братом, Чжулю не мог не быть вовлечен в наблюдение за поведением своих сестер, более близких к нему по возрасту. Да и в принципе, высокий, хорошо сложенный и довольно привлекательный, пусть и не занимавших высоких мест в списке самых красивых молодых людей высоких мест по причинам вполне понятным - кто вообще будет учитывать какую-то мелкую и заштатную ветвь клана Чжао, но все же Чжао испытывал на себе внимание девушек из разных слоев общества.
И ни одна не вела себя подробный образом, как позволил себе второй молодой господин Вэнь. Чжулю словно обожгло жарким пламенем его желания обладать всем, на что упал его жадный детский взор. Сокровищем в этой пещере - да, но что ему вполне сгодится и сам Чжулю, последнего удивило. Он его слуга, он и так принадлежит ему почти целиком, но этому мальчишке нужно еще больше. Все?
– “Можешь” - это самое важное тут слово, - второй господин Вэнь вздумал поиграть в крайне не подходящем для игры месте, что не могло не расстраивать. Да нарушать их нормальную для общества дистанцию Вэнь Чао решил не из-за внезапно обуявшей юношеской страсти. Только потому, что он думал, что это сможет отвлечь его телохранителя от его работы. Да, немного отвлекло. Мальчишка был очарователен и коварен как хули-цзынь, но принесет столько же бед поддающемуся на сладкие обещания.
– Ты недооцениваешь Владыку бессмертного, - от столетней пыли он закрылся рукавом. - Глупо подвергать себя опасности из-за какой-то вещи, даже самой драгоценной, второй господин Вэнь. И древний мудрецы точно это знали, раз смогли прожить до той самой древности.
Чжулю был скорее заинтригован, чем разгневан, удивлен, чем обижен, и хотел бы посмотреть что будет дальше. Но вот на дракона смотреть совсем не хотел. И чтобы в его сознание проникала и дурманила сознание темная энергия тоже.
Вот же глупый мальчишка!
Реакции Чжулю, воспитанной в нем еще старым учителем и отлично натренированной в Ордене Вэнь хватило, чтобы влетев в молодого господина на всей скорости, тут же резко сменить направление движения, сгребая подопечного в охапку одной рукой, чтобы не выкинул еще чего-нибудь занимательного, а второй выхватить меч. Всерьез сражаться с ожившим божеством Чжулю даже не планировал.
– Ты помнишь, что обещал? Как только появится шанс - беги! - негромко проговорил на ухо второму молодому господину, чувствуя как все сложнее бороться с гипнотическим взглядом желтых глаз. Пришлось и второго молодого господина немного встряхнуть. - Я хотел бы рассказать о своих желаниях, но видимо случая уже не представится.
Отвлечь на себя чудовище и дать возможность Чао ускользнуть вот эти две задачи он поставил перед собой, бросаясь на дракона, кружась перед его мордой в танце стали и смерти. Более желать было невозможно. Ну может быть забрать с собой один из драконьих глаз.

+1

16

- Люди  только и делают, что подвергают себя опасности из-за каких-то вещей!
Чао если и недооценивал Владыку бессмертного, то ровно настолько, насколько был уверен, что отец его не покалечит и не унизит публично. Зато заметит. Кажется, все в  жизни этого мальчика кружило вокруг желания быть замеченным, и все его выходки служили этому одному. Поэтому Чао легко пренебрегал границами. После всегда можно пожать плечами и сообщить, что собеседнику показалось. Хуже: “Как ты посмел такое вообразить?!” А потом с любопытством следить, как собеседник ужасается играм собственного разума. Но сейчас он действительно желал лишь улизнуть из-под бдительного внимания Чжулю, не намереваясь потревожить древнее существо. Кто же знал, что оно так восприимчиво к порядку на алтаре!

Тварь оказалась перед ним слишком внезапно. Испуг окатил ледяной водой, утек инеем между лопаток и исчез, когда взгляд Чао встретился с яркими, янтарными драконьими глазами. Исчез и пыльный храм, и мрачная гора, и весь мир вокруг, все желания до единого, только невеликий вес курильницы тяготил его. Дракон точно говорил с мальчишкой, но тот не мог разобрать слов. Зато мог разобрать смысл. Внутренний посыл этой неразборчивой речи, лишенный угрозы, но полный манящего любопытства. Точно это существо так давно не видело людей, что теперь не в силах их даже узнать. А потом перед уплывающим пьяным взглядом Чао возникло трезвящее и требовательное лицо стража. Мальчишка только моргнул, пытаясь понять, что тот ему говорит и почему все так срочно. И только боковое зрение, движение черной пластинчатой чешуи за резными колоннами нефа, вернуло его в реальность. Кольцо драконьего тела пришло в движение проворно сжимаясь удавкой вокруг незваных паломников. Хвост шибанул по алтарю, вскидывая волну густой пыли, забился, разбрасывая осколки и рухнул бы на обоих, если бы не пришелся на лезвие полыхающего цзяня младшего молодого господила. Драться с чьим-то хвостом было почти обидно.

- Фуцан-лун, - откликнулся он сквозь лязг металла о чешую, похожую на тонкие и гибкие гребни из оникса. Фуцан-лун живет в недрах земли, охраняя драгоценности,  и каждая неровность почвы - изгиб его тела. Он так огромен, что не может взлететь, однако способен являться в любых обличиях.

- Разве встреча с драконом не обещает удачи? Разве это не добрая примета и не благословение небес?! - Чао ощутимо негодовал, отражая атаки хлесткого хвоста.

Лязг мечей и плывущие по полу кольца, стремительно меняющиеся изгибы мощного драконьего тела заставляли заклинателей отступать спиной друг к другу, пока они не прижались лопатками. И тогда сражаться было уже отчаянно поздно, кольца стиснули два тела, сжали до жжения и треска за ребрами и оторвали от пыльного каменного пола.

- Не хочешь рассказать фуцан-луну о своих желаниях?

Жар чужого стального тела сочился сквозь взмокший шелк. Чао казалось, что на каждом вдохе ребра спутника втискиваются между его собственных ребер месте со всеми 6 слоями этого шелка. Сердце заполошно билось. Еще немного - и хранитель сокровищ горы Луаньцзан, размозжит им все кости. В голове второго молодого господина Вэнь вращаясь единственная светлая мысль: в отличии от заклинателей этот дракон не летает. Рыкающая пасть нависла над ними. Фуцан-лун рассматривал странную добычу, вьющуюся в тисках его тела.

Чоа поймал руку спутника и сплел пальцы. Он едва дышал, или не дышал вовсе, как человек, оказавшийся глубоко под водой, и не стал ничего объяснять. Жаркая огненная ци потекла между пальцами, приумноженная синергией спаянных тел. Чжулю легко мог почувствовать, как мальчишка направляет течения внутренних рек и морей его ян, как каналы его ци наполняются чужой жаркой огненной - вэньской - энергией, как смешиваются эти два потока, и все его существо наполняется могущественной и опьяняющей силой. Обращенный внутрь, не слишком талантливый в заклинательстве и не слишком опытный в парных упражнениях, Чао напряженно ткнулся затылком в плечо своего стража, но огненная сфера все же оторвалась от их вмятых друг друга тел. Пульсируя и разрастаясь, она расталкивала, растягивала драконьи кольца, вынуждая тварь сопротивляться, отвлекаться. Еще немного - и задыхающиеся грабители храма выпадут на пыльные плиты. И этот шанс станет их последним. 

[nick]Wen Chao[/nick][status]жить как во хмелю и умереть как во сне[/status][icon]https://i.imgur.com/5pztOWf.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ ЧАО [/quo]

0

17

Бешеное сверкание меча перед мордой чудовища все же не давало тому сожрать Чжулю одним глотком. И пусть его меч не представлял смертельной опасности для древнего дракона, но укол им все равно был бы чувствительным, если бы пришелся в мягкое небе зубастой пасти.
Столкновение со спиной второго молодого господина почти выбило дух.
— Удача нам благоволит - мы пока еще живы, - философски отозвался Чжулю, чувствуя как начинает задыхаться в стальных объятиях дракона, но сдаваться не собирался. - Да и смерть будет очень не банальной.
С драконами ни Чжао Чжулю, ни Вэнь Чжулю сражаться не учили. По сути, не смотря ни на что, его натаскивали на то, чтобы сражаться с другими заклинателями. Ни с чудовищами, ни с ожившими мертвецами, это второстепенно. Золотое ядро можно было уничтожить только у того, у кого оно было. Что там было у божества, Чжулю не знал и технически у него не было тактики сражения с подобным существом.
- Не думаю, что в его силах его исполнить, - отозвался Чжулю, начиная понимать, что задумал Вэнь Чао, крепко стискивая его пальцы своими. Что ж… Владыка бессмертный мог им действительно гордиться. Чжулю не сопротивлялся вторжению чужой ци. Он постарался сдержать первый порыв и позволить второму молодому господину воспользоваться его телом и его энергией ради их общего спасения. Какой бы стихией ранее не принадлежала ци Чжао Чжулю, по каналам ци Вэнь Чжулю тек такой же огонь. В момент взрыва стихии, освобождающей их от стальной хватки чешуйчатых колец, Чжулю испытал такую эйфорию, что у него закружилась голова и чуть было не подкосились колени. Но Владыка бессмертный не мог вручить жизнь своего сына в руки того, что сможет упустить даже крошечный шанс на спасение.
Пока фуцан-лун приходил в себя, Чжулю подхватив поперек груди своего подопечного и рванул прочь из пещеры, разглядев щель, пусть и не большую, но достаточную, чтобы в нее протиснулся взрослый человек, между телом дракона и колонной. А дальше нужно было только встать на меч и влететь. Далось это Чжулю не так легко как обычно. Выброс энергии заставил его активировать все оставшиеся резервы организма. Все вокруг поплыло перед глазами Чжулю – небо, земля, верхушки деревьев – все превращалось в неразличимый калейдоскоп.
Нужно было приземлиться в безопасном месте и только потом вырубится. Что Чжулю и сделал.
Последней мыслью было то, что он не выполнил поручение Владыки бессмертного. Подверг жизнь его сына опасности и должен принять наказание.

0


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Три ограды