Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Там, на неизведанных дорожках И Лина...


Там, на неизведанных дорожках И Лина...

Сообщений 1 страница 17 из 17

1


Там, на неизведанных дорожках И Лина...

http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/211921.jpg

Участники:
MO XUANYU ◄► WEN NING ◄► JIN GUANGYAO
Место:
заброшенное местечко в И Лине на границе с Юнь Мэн
Время:
постканон
Сюжет:
Невероятные приключения Вэнь Нина в лесной чаще


Отредактировано Wen Ning (Среда, 16 сентября 21:38)

+1

2

Навыки стрельбы из лука он вспоминал с таким трудом, что старый, купленный по случаю у какого-то торговца старьевщика на дороге лук Юй брал просто чтобы не терять и те скудные навыки, что были у него на сегодняшний день. Он и во времена обучения в Лань Лине не блистал именно в этом виде искусств, а тут среди густого подлеска попасть в подвижную мишень было и правда делом почти невыполнимым для него. И, все же, даже на сбор ягод и обход силков он брал с собой несколько стрел и короткий, но гибкий и по всему еще крепкий лук - просто чтобы хоть по стволам пострелять на исходе сбора.
Сейчас он как раз собирал последнюю, пожалуй, порцию ягод, иначе корзину не донесет на спине. Под заросшими мхами и лишайником стенами старого, давно даже духами не посещаемого, но когда-то явно богатого захоронения лежали его скромные пожитки: лук, колчан, пара попавших в силки птиц да широкополая соломенная шляпа на случай дождя. Со времени, как раны Яо зажили, прошло уж немало времени, их размеренное спокойное, никем не нарушаемое бытие радовало и успокаивало сердце, теперь все чаще задумывалось о том, чем заняться Гуанъяо помимо того, что он усердно восстанавливает не только духовные, но и телесные силы, учится справляться (впрочем, по разумению Мо, брат почти сразу смог делать все так, словно левой руки никогда и не существовало - в его силе воли он ни на миг не сомневался) с тем, что есть. И Мо уже думал, что, возможно, тот мог бы делать талисманы, а Юй добираться до ближайшего городка и деревень, просто продавая их - за теми мыслями и работа сейчас споро делалась, корзина заполнялась болотной ягодой быстро, а значит и им хватит запасов для вкусных и дающих силы отваров, и на продажу - тоже.
В месте, где когда-то покоились духи смертных, она была на диво хороша, крупна, а потому как сюда никто из крестьян из окрестностей и носа совать не думал (и Мо периодами лично поддерживал эти слухи) из-за "дурного места", то и было ее много, без счету. Пальцы уже были все измазаны чернильной синевой, равно, как и губы с языком, словно он вылизывал тушницу брата, зато по горлу растекался пряно-сладкий с едва уловимым тенистым оттенком вкус. Редкие солнечные лучи пробивались сквозь деревья и щекотали кожу, однако уже через четыре или пять палочек лес начнет тонуть в сумерках, а стало быть, надо поспешить.
Он присел возле своих пожиток, нахлобучил на голову шляпу, но корзину поставил рядом - четверти палочки хватит, чтобы отдохнуть, а уж потом двинуться в путь до дома. Этот храм стал действительно домом, туда хотелось возвращаться вновь и вновь, и уж точно там прибавилось и уюта, и тепла, и спокойствия - так за ними никто и не пришел за эти месяца, никому не было дела или найти не могли. Иногда мысли возвращались к поместью Мо, потому что А-Юаню он обещал заглянуть, проведать, но точно не раньше, чем он будет уверен, что Гуанъяо справится тут без него хотя бы месяц.
Он слушал щебет птиц над головой, жевал ягоды из пригоршни и, откинувшись на стену и мох позади себя, прикрыл глаза. Заснуть не заснет, но с улыбкой дышать лесом и его звуками стало привычкой. Удивительно, все же, а ведь каких-то без малого семь лет назад он бы без сопровождения и носа не показал в чащобу. Сейчас же такие дебри лесные стали самым надежным укрытием и отдохновением для него и Яо.
Улыбка стала мягкой и мечтательной, стоило подумать о брате.
[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+2

3

Местные жители в деревнях, кто не успевал или не мог убежать при виде Призрачного Генерала, предпочитали отвечать на его вопросы и побыстрее провожать в дорогу. Дети, впрочем, в городах были посмелее, а некоторые даже пытались оторвать от него что-нибудь себе на память. Он привык и к этому, и больше не терялся, но таскать себя за рукава не давал.
Только не в этот раз...
Деревенские детишки шалили на дороге, но, когда один из них со всего маху впечатался лбом в его колено, рассыпались как стайка рыбешек в мелкой речной воде — в разные стороны — и забыли прихватить самого маленького из них, от силы лет трех. Вместо мальчишки, трущего свой лоб и удирающего без оглядки, тот неуклюже поймал его ногу и повис на ней. Совсем как А-Юань в детстве...
Нин от неожиданности вдруг растерянно улыбнулся малышу. Старики у соседнего дома побелели, кто-то из взрослых чуть поодаль убежал, громко голося, все скрылись по домам. Детишки весело визжали, удирая в кусты, а позже уже боязливо высовывались из них.
— Гэгэ поиграет со мной? — малыш дергал его за ногу, шепелявил и совершенно ничего не боялся.
— Разве отец тебе не говорил, что нельзя разговаривать с незнакомцами на улице? — Нин хотел сделать лицо посерьезнее, но не вышло.
— Мой отец знает гэгэ. Он говорил, что гэгэ какой-то там генерал. Значит, гэгэ не незнакомец!
— О...
Возразить даже было нечего. Через эту деревню он проходил не так давно, следуя на север. И раньше тоже много-много раз, когда сестра была главой наблюдательного пункта в И Лине. Старшие здесь еще могли помнить семью Вэнь...
— Но все же, ступай к своим друзьям, — посоветовал он, осторожно шевеля ногой, пытаясь ее высвободить, и поглядывая на пожилую пару у дома. Должно быть, на его лице так и было написано “Помогите!”, потому как оцепенение с них спало, и они начали шевелиться.
— А-Шуй... иди скорее к бабушке, — голос пожилой дамы, стоявшей в дверном проеме, дрогнул, как и протянутая к ребенку рука.
— Но лаолао, я хочу играть с гэгэ! — не унимался шалун, дергая его за полу одеяния.
— Иди скорей, я дам тебе сладкую булочку. Хочешь булочку?
— Хочу!
Мелкий отцепился, упал в дорожную пыль, поднялся, отряхнулся и побежал к бабушке. Та схватила его за руку и быстро увела в дом.
“Я тоже”, — только и вздохнул Нин, провожая их взглядом, — “хочу булочку”.
— Простите, что напугал вас, — он хотел сделать поклон как полагается, но демонстрировать тяжелые цепи, намотанные на руках, и висящие на них дротики было бы не самым умным после этих слов. Поэтому, еще глубже завернув рукава в плащ, он неловко поклонился и выпрямился. — Дедушка, скажите, нет ли в округе чего странного? Не беспокоят ли вас темные духи или нечисть?
Каждый раз задавая этот вопрос, он видел, что нечисть беспокоит и буквально во время разговора. Стоит напротив и очень сильно беспокоит. Так до сих пор и не решил, как лучше спрашивать людей о том, что его интересует. Впрочем, кто мог, всегда ему отвечал.
Старик, опираясь на длинную палку, поднялся со скамьи, стоявшей у окна, что далось ему с трудом, и с трудом же поклонился в ответ. Видно здоровьем он был уже совсем слаб.
— Люди говорят, Призрачный Генерал ходит по Цишань и берется за ночную охоту. Простите старику его неверие.
— Вот как, — Нин взглянул на дорогу под ногами. Видимо, слухи о том, что он стал часто появляться в селениях, поползли по округе. На благо это или нет, время покажет. — Что же еще говорят обо мне? — Не поинтересоваться не мог. Кто же еще поведает ему такое? Да и посмеет ли рассказать всё, о чем только могут болтать люди?
— Еще говорят, что Призрачный Генерал при жизни был дальним родственником главе ордена.... — старик оглянулся по сторонам и прошептал: — … Цишань Вэнь, но из семьи целителей.
— И это правда, — подтверждая сразу две новости, Нин кивнул, ожидая ответа на свой первый вопрос.
— Еще говорят, что Призрачный Генерал помогает людям, но мало кто в это верит…
— А вы верите, дедушка?
Старик помялся, словно решая что-то для себя, и махнул рукой, зовя за собой, а потом повернулся к дому и, постукивая палкой, медленно направился к двери. На пороге он обернулся и позвал снова.
“В этой семье смелость граничит либо с безрассудством, либо с отчаянием”, — Нин последовал за ним, сам не веря, что переступает порог крестьянского дома по приглашению его хозяина.
Внутри было бедно, но чисто. Старушка вздрогнула, увидев его в доме, но муж пригрозил ей пальцем, ведя гостя за занавесь и подвигая ему простую деревянную скамейку. Там, на кровати лежала женщина, бледная и измученная болезнью. Казалось, она спала, ресницы подрагивали, волосы в беспорядке разметались.
— Мою дочь два дня назад вернулась из леса и упала во дворе, с тех пор она в таком состоянии, и ей становится все хуже. Прошу господина помочь нашему горю, — старик попытался согнуться в поклоне, Нин помешал этому и усадил на предложенную ему скамью.
— Разве в деревне нет целителя? — спросил он, оглядывая руки женщины, все в царапинах, на правой — след от укуса, пытаясь понять, что за животное могло оставить такие отметины.
— Он сказал, что у него нет нужных трав.
— Но... почему бы не собрать нужные?
— Муж дочери уехал в город продавать рис, вернется только к новой луне, — старик потер свои бесполезные ноги. — А наш целитель больше не ходит за редкими травами на буддийские холмы. Говорят, там сейчас… неспокойно. Сказал, дочь укусила хули цзин, и теперь ей может помочь только заклинатель.
Лиса. Вероятно, след лисьих зубов так смутил доктора, что тот даже не оставил лекарства от жара. Что если он прав, и дух вмешался? Слишком уж быстро обнаружилась ее болезнь. Нин присел на пол, внимательно разглядывая рану и пытаясь почувствовать след темной энергии.
— Гэгэ знает, почему мама спит и не может проснуться? — Шустрый мальчуган прибежал и забрался к нему на колени, вызвав священный ужас у своей бабушки, не успевшей его поймать.
— Как раз надо это понять, — Нин кивнул, замерев на месте, и снова улыбнулся малышу.
— А гэгэ хочет попробовать мою булочку? На! — Пухлая детская ручонка ткнулась ему в плечо, поднося угощение к лицу. Так аппетитно пахнущая рисовая булочка с лесными ягодами заставила наклониться… Нин одернул себя и распрямился, смутившись своего порыва.  — Когда же мама проснется?
Этот вопрос ребенка поддержали два молчаливых опустошенных взгляда...
— А-Шуй, идем с бабушкой, — на сей раз ребенок послушался и пошел во двор, ведомый за руку.
— Мы не знаем, к кому обратиться за помощью, господин. Без матери трое детей останутся, а мы уже стары, чтобы работать в поле.
Ближе всего эти земли были к Юньмэну, но, в самом деле, кого эти бедняки могу послать туда, чтобы помощь прибыла вовремя? Нин даже не знал, придет ли кто-нибудь на помощь этим людям и какой из кланов может позаботиться о них. Надо будет как-нибудь навестить главу Цзян и задать ему этот вопрос. Интересно, сколько ударов Цзыдянем придется ему вытерпеть прежде, чем они смогут нормально поговорить?
Нин протянул руку и едва коснулся следов зубов и когтей на бледной коже женщины.
— Ваш целитель не ошибся, — произнес он спустя некоторое время. — Темная энергия оставила след, но виновата в том лиса или нет, я не знаю. Сделаю, что смогу.
Вряд ли старика можно напугать больше, чем уже есть, а выставлять его было неправильно. Тонкая струйка темного тумана текла из порезов, закручивалась в его пальцах, собиралась в ладони и уходила под кожу, заставляя трещины на ней пульсировать. Нин погружал в себя темную энергию стремительно, опуская ее на дно, не давая ей выхода, до тех пор, пока женщину не перестало трясти, и щеки ее не окрасились в цвет жизни. Когда же она затихла, он поднялся на ноги.
— Дедушка, я вернусь, как только смогу. Раз уж нужно собрать травы… Скажите мне, где живет этот ваш лекарь?
Лекаря он застал дома, очень вежливо расспросил о лечении, взял список трав с буддийских холмов, которые были ему нужны, еще более вежливо попросил позаботиться о женщине. Не удивительно, что целитель побежал к нужному дому, едва закрыв за собой лавку. Нин проследил за ним до поворота, перекинул позаимствованную лекарскую корзину для трав за плечо и направился туда, где по слухам стало неспокойно. Вот так днем он соберет, сколько успеет, трав, а ночью появится возможность проверить слухи.
Редкие растения, действительно, попадались на холмах, где под сенью леса были разбросаны руины буддийских построек и захоронений, но нужные места было не так просто отыскать. На это он потратил почти всё свое время, и теперь торопился, бегая по лесу от поляны к поляне и торопливо собирая полезные части, где листья, где корневище. А тот чай с желтыми восковыми цветами в самом конце списка целитель запросил в оплату услуг, не иначе, вряд ли его свойства могут хоть как-то помочь бедной женщине. И вот так, перемещаясь от ствола к стволу по деревьям, Нин добрался до поляны, где сидел человек.
Человек. В такой глуши!
Спрыгнув с дерева на землю недалеко от него, он смог рассмотреть лицо под широкими полями шляпы.
— Молодой господин Вэй? — Нин разлепил пересохшие губы, слова сами собой вырвались шепотом, превращаясь в радостный возглас: — Молодой господин Вэй! Как хорошо, что я вас встретил! Вы точно сможете помочь!
Он присел на землю перед ним быстро, почти стремительно, широко улыбаясь и радостно качая головой. Какая неожиданная встреча!

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

Отредактировано Wen Ning (Пятница, 18 сентября 15:24)

+1

4

Он подавился ягодами, полный рот которых набил секундами раньше - черный сок брызнул по губам, растекся по подбородку, вероятно, делая из Мо чучело то еще. Впрочем, то, что он увидел перед собой, вряд ли было краше - по спине ледяной лавиной прокатились мурашки, тут же угнездившись на затылке и неприятно шевеля там волосы. Пришлось срочно проглатывать сладко-терпкий комок и вытирать рот рукавом, пытаясь понять, что вообще следует ответить... Призрачному Генералу. О ближайшему сподвижнике, соратнике и совершенном оружии Вэй У Сяня ходило слишком много невероятных, а оттого еще более пугающих слухов, чтобы сейчас Мо не замер в попытке не выглядеть совсем идиотом.
Для начала: оно говорило!
Нет, конечно, в уровне владения Тёмными Искусствами Старейшину Илина не было равных, тут Мо даже не сомневался в его талантах, но самолично встретить Вэнь Нина столь далеко от самого Усяня... это из разряда старых сказок, которые оживают с приходом ночи. Кстати, закат ведь и правда близок. Шумно и слишком очевидно сглотнув, Сюаньюй пытался решить, будет ли сейчас глупостью называть свое истинное имя, насколько Генерал в курсе событий и как далеко сейчас сам хозяин жуткой марионетки? И если при ближайшем знакомстве с тем, кого они с братом вызвали, у Мо сложилось лишь самое приятное впечатление, то сейчас он вспомнил, почему именно прославленный Вэй Ин был призван им и братом через ритуал подношения тела - сила, которая не снилась многим заклинателям, помноженная на изобретательность и невероятную удачу. И результат всех трех небывалых способностей, сошедшихся в одном человеке, стоял сейчас перед Мо Сюаньюем и... называл его господином Вэем.
- Эммм... - он, все же, встал и отряхнул ладони, тут же не найдя ничего лучше, чем зачерпнуть пригоршню ягод из корзины и протянуть ее внезапному гостю. Лучше быть погостеприимней, чем потому оказаться без руки или без ноги, да? С другой стороны, хотел бы Вэнь Нин навредить ему - уже сделал бы, так ведь? - Прости, я не Вэй Усянь. Вот, возьми, они вкусные...
"Может ли он вообще чувствовать вкус? Ну, видит же он и слышит, так почему бы не чувствовать запахи вкус пищи?" - как только мысль перескочила на вкусовые предпочтения Призрачного Генерала, Мо предпочел обрубить ее и не думать вовсе. Он засобирался, не спеша нацепил старый колчан, прикрепил лук и только потом взялся за не столько тяжелую, сколько неудобную корзину - ее еще надо было нацепить на плечи и устроить на спине. Поглядывая на Вэнь Нина, он все размышлял о том, что раз тот обознался и так обрадовался внезапной встрече со своим хозяином, то наверняка не ожидал его здесь увидеть. Значит, Вэй Усянь и его спутник Ханьгуан-цзюнь не где-то поблизости околачиваются. От сердца самую малость отлегло - он, оказывается, и не заметил, как быстро заколотилось оно при мысли, что кто-то из явных недругов брата окажется так недалеко от их с Яо убежища. Тревога поселилась в сердце с осознанием этой мысли, надо было поспешить домой и... может быть, надо вызнать немного информации? Для Яо, конечно же, ему надо знать как можно больше об этой встрече - иначе это может стоить им обоим жизни.
- Хм. В этих местах мало кто рискует появляться. Ты... заблудился?
[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+1

5

Молодой господин, кажется, совсем не ожидал, что его тут найдут, и, тем более, что его найдет Вэнь Нин. Молодой господин от неожиданности даже подавился, темный сок ягод, которые он ел, очевидно беря их из корзины, стоявшей рядом, потек по его лицу. Рукав, в который впитался сок, привлек внимание уже после. Еще никогда Нин не видел молодого господина Вэя в таком странном одеянии. Даже когда они жили на горе Луаньцзан и бедствовали, он не носил такого простого, скорее уж похожего на охотничье, но точно не на одежды заклинателя. Не стал бы надевать и сейчас… Да и что тут, в этой глуши даже для такой дыры как Илин, где он когда-то провел много времени, но даже не знал о существовании этих развалин, может делать Вэй Усянь, один, без своего спутника?
Тем временем, молодой господин, который лицом был слишком похож на пожертвовавшего свое тело Мо Сюаньюя, испуганно и с трудом проглотил ягоды, вряд ли пережеванные до конца, поднялся на ноги и начал говорить, озвучивая то, что Нин и без того уже начал понимать.
— Эммм...  Прости, я не Вэй Усянь. Вот, возьми, они вкусные…
Скорее машинально, совершенно бездумно, он поднял обе ладони, сложенные чашей, чтобы принять пригоршню лесных ягод, неотрывно глядя на молодого господина… Мо? Потом всё же взглянул на ягоды. Те самые, что были в булочке, которую ел малыш в деревне. Была ли его мать на этих склонах или ягоды эти растут тут везде? Проверить нужно будет в любом случае.
— Вкусные… — прошептал он, вспоминая запах той булочки, и вздохнул.
Молодой господин явно торопился закончить свой отдых, хоть и старался выглядеть несуетливо, эта встреча его явно взволновала не на шутку. Притом, что он не бросился бежать через лес, ломая подлесок, он явно знал что-то важное. И кто такой Вэй Усянь, и кто сейчас перед ним появился. Пока он думал, что сказать, жевал подаренные ягоды и смотрел, как молодой господин пристраивает потрепанные колчан и лук за спину. Он явно собирался уходить, осталось только взять ту корзину, в которой были ягоды.
— Хм. В этих местах мало кто рискует появляться. Ты... заблудился?
Кажется, молодой господин даже немного успокоился. Вероятно, то, что такой как Нин не откусил ему голову сразу же, было для него доброй приметой.
— Говорят, в этих местах живет зло, — он кивнул и поднялся на ноги. — Я хотел прийти и проверить, говорят ли люди правду. Но сейчас я здесь не по этой причине… Кажется, молодой господин знает, кто я такой, и кто такой Вэй Усянь. Быть может, молодой господин, живя здесь, знает также, и где в округе растут вот эти травы? Не смог найти…
Он сунул руку за пазуху и вытащил сложенный листок рисовой бумаги с не очень ровным почерком деревенского лекаря, боявшимся ошибиться в чистописании куда меньше, чем выйти живым из дома.
— Вот эти три, — он ткнул в список, разворачивая его так, чтобы было видно, — не нашел. И еще ни разу не встретил чайное дерево, которое цветет желтым. Эти растения нужны лекарю в деревне, чтобы помочь одной женщине.
В чем именно, уточнять не стал. Разбираться с этим будет потом. Если бы только молодой господин был заклинателем, но нет. По всему судя, это было бы слишком большим везением. Однако проверить свою догадку он был не прочь, если он опять ошибется, его, скорее всего, снова поправят.
— Прошу молодого господина Мо о содействии, — он поклонился, сложив руки перед собой. Тяжелые дротики взметнулись вверх и закачались, ударяясь друг о друга, цепи гулко зазвенели. — Речь идет о жизни матери троих маленьких детей...
Взгляд упал на корзину с ягодами. Любая помощь будет сейчас благодарностью. Он наклонился и легко поднял корзину, держа ее двумя руками.
— Прошу прощения, что задерживаю вас. Я помогу донести…
Он кивнул и улыбнулся, ожидая ответа.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

+1

6

Когда Призрачный Генерал начал подниматься на ноги, он невольно вздрогнул, по спине пробежал холодок, предвестник настоящего страха, но слова того были... неожиданные, Мо даже замер, застегивая пояс со снаряжением, невольно моргнув удивленно и наклонив голову в изумлении. жующий лесные спелые ягоды ужас всея Поднебесной, заявляющий о живущем здесь зле - тот еще феномен.
"Зло... ах, ну, да... я же сам эти слухи в ближайшей деревне распускал... но это так... иронично. Наверное, многие бы назвали что меня, что Гуанъяо так", - он подавился смешком и вздохнул, застегивая пояс до конца.
- Место и правда не слишком... - он повел плечами, будто ёжась от холодка вдоль позвонков, оглядываясь кругом, - но темная энергия сильна лишь близ этого старого... могильника. И то, давно уж не вредит растущим здесь ягодам да грибам. А орешник так и вовсе размером с кулак дает плоды, - он показал размер для убедительности и неловко улыбнулся, услышав, что причина появления здесь Вэнь Нина на самом деле не в этом. Сглотнув, он при упоминании Старейшины И Лина замер, словно дух под струнами ланьского цынь. Вот теперь ему стоит быть крайне осторожным, настолько, насколько это вообще возможно, особенно учитывая то, что по слухам в том храме, где "погиб" Гуанъяо, присутствовал и Призрачный Генерал. И хвала Небу, что речь вновь зашла об ином, более безопасном предмете разговора. Почесав в затылке, он вчитался в иероглифы, накарябанные на клочке бумаги так, словно писавший их учился еще хуже, чем сам Юй. Но названия трав он разобрал. Вернее, не только трав.
Вздох, полный сожаления, и вот он выпрямился, отведя взгляд от листка.
- И не найдете, господин Вэнь, - раз уж тот знает его в лицо, смысла скрываться нет. Стоит лишь очень тщательно обходить тему смерти Яо и всего, что с ним связано. - Оно уже отцвело, это дерево, а смысла собирать эти листья в иную пору - нет, - он потер шею, явно раздумывая над какой-то дилеммой, вновь осмотрелся, будто ответ можно было найти среди замшелых камней и теней от деревьев, и, не найдя, вновь повернулся к лютому мертвецу с вопросом. - Насколько тяжела та женщина? Ох, аж трое детей...
Все три ингредиента и чертовы золотые листья имелись у него в храме, и даже были сразу готовы к приготовлению лекарств, потому что были обработаны и высушены правильно, и неловко написанное "корень" одного из них Вэнь Нин искал бы долго - это были на самом деле основания ножек ядовитых грибов, росших здесь повсеместно. Но вот ведь незадача, лекарь отчего-то не уточнил про то, что это именно гриб. Видать, был испуган - может потому и почерк такой рваный? Впрочем, тут ему старика винить не в чем, он и сам едва икать не начал от встречи с Призрачным Генералом.
"Почему старик? Но если лекарь из ближайшего поселения, то да, все сходится... а еще он жутких жадина и не захотел тогда покупать у меня по моей цене те самые листья. Вот же мерзкий старикашка! Не в обход, так по тропинке достанет свое!"
- Ладно, - новый тяжкий вздох, полный сомнений, заставил его отпустить лямки корзины, за которые уже схватился выглядевший даже младше его самого мертвец. - Я помогу, у меня есть все это в моей... эммм... в моем жилище. Только знаешь, тебе придется остаться снаружи - там полно охранных талисманов, я не хочу, чтобы ты пострадал. Да и нечего задерживаться, раз травы нужны той матери троих детей.
Он закрыл крышкой корзину, поправил колчан и пошел, сдвинув сумку со своим скудным барахлом назад, по тропинке вглубь леса. Хорошо, с другой стороны, что он встретил здесь Вэнь Нина - иначе тот мог бы сам нежданно-негаданно заявиться к порогу храма, и тогда беды не миновать. А так, он успеет предупредить Яо, быстро отдать лекарства в обмен на обещание, что никто не узнает о месте его обитания. Да, это выглядело хоть каким-то подобием плана, но одновременно с этим тревожное ноющее чувство еперь поселилось в груди и не желало покидать ее. Да, он помогает, но одновременно с тем не лучше ли было отправить Генерала подальше, сказав, что ничего он тут не найдет, а искать надо там-то и там... Но умирающая женщина... Ругая мысленно себя и свою мягкотелость, на чем свет стоит, Мо всю дорогу молчал, лишь иногда поглядывая назад, убеждаясь, что гроза всего заклинательского и не только мира как ни в чем ни бывало несет корзинку с ягодами. Похоже, тот и правда очень хотел помочь той семье. И разве вправе тогда Сюаньюй ему отказать? Надо просто не пускать его в храм. Особенно в жилые дальние помещения.
Через четыре палочки, когда почти севшее за горизонт солнце уже окрасило небо в пурпур и глубокую ночную синеву, они, наконец, вышли к старому храму. Решительно встав посреди двора, он выставил руку перед Призрачным Генералом и покачал головой.
- Все, дальше нельзя, господин Вэнь. Простите, я... пообещайте, пожалуйста, что в обмен на эти травы Вы никому не скажете, что видели здесь кого-то. И что вообще видели этот храм. Не хочу, чтобы... меня тревожили.
Он чуть было не ляпнул "нас", вовремя прикусив язык, и теперь напряженно ждал ответа, глядя в глаза Вэнь Нину. Но по его взгляду, устремленному куда-то за плечо Мо, понял, что произошло непоправимое и, обернувшись, понял, что так оно и есть - на входе в храм в дверном проеме стоял брат. Юй от ужаса буквально похолодел, тут же ринулся к нему и встал прямо перед ним, раскинув руки в стороны и закрывая собой Яо, глядя на Вэнь Нина и понимая, что он, по сути, ничего сделать не сможет. Откуда взялась смелость, он и сам не знал, потому что ноги дрожали и едва-едва держали его самого.
- Вы не получите ни единого лекарства, если хоть тронете его!
Может, воззвать к его чувству долга? в конце-концов, это ведь именно он, Сюаньюй воскресил его "хозяина". Но голос и без того на последних словах от страха едва не сорвался, став хриплым и слишком высоким. Страха за Яо, конечно же - сам он уже почти умирал, не страшно.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Отредактировано Mo Xuanyu (Четверг, 12 ноября 23:42)

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+2

7

Дни ожидания сливались в один бесконечный и мутный поток времени. Солнце рубило время на равные куски, но осмысленности это не добавляло. День, ночь, опять день - не разберешь, прямая это линия, или она замкнута в кольцо. Даже боль от почти заживших ран утихала и возвращалась циклично.  И один и тот же день начинался вновь.
Забот, конечно, было немало. Пришлось вспомнить, как выживать, когда вокруг не снуют сотни слуг, готовых в любой момент не просто исполнить любое желание, а предугадать его. Впрочем, пара десятков лет благоденствия лишь покрыли эти навыки слоем пыли, извлечь их из глубин памяти оказалось не так уж сложно. Сложно было другое. Многие, даже самые простые вещи, оказались за гранью новых (урезанных, - зубоскалил в висках голос Чэнмэя) возможностей. Многому пришлось учиться заново. С какими-то потерями - попросту смириться. Гуцинь был, вероятно, утерян безвозвратно. Возможно, кто-нибудь достиг в самосовершенствовании таких высот, чтобы заставить струны слушаться лишь движения мысли без участия пальцев, но Гуанъяо никогда не был склонен к пустым мечтам, предпочитая видеть мир таким, каков он есть. В этом мире его собственный путь заклинателя начался слишком поздно, чтобы претендовать на подобные достижения. Даже несмотря на это, отказаться от меча Яо не смог, так что уделял несколько часов этого бесконечного дня тренировкам.
Хэньшен остался в храме Гуаньинь еще одним доказательством его смерти, приходилось довольствоваться каким-то другим, который удалось - только небу известно, как и где, - добыть Сюаньюю. Это меч был немногим хуже того первого, который приобрела Мэн Ши в подарок сыну, непривычно лежал в руке, но для тренировок годился, а рубить им головы - тварям или людям - быть может, и не придется.
Гуанъяо вложил меч в ножны и медленно выдохнул: размышления о том неясном будущем, которое ждало его и брата, опять переполняли голову, не позволяя очистить мысли. Они всегда возвращались, стоило лишь остаться в одиночестве надолго. Так было и раньше, но раньше Яо нечасто оставался один на один со своими страхами. Сейчас, когда рядом был только А-Юй, и ему то и дело приходилось отлучаться из этого временного пристанища, они были частыми гостями. А значит, все усилия псу под хвост, пустая трата времени. Как и все попытки продолжать вести жизнь заклинателя несмотря ни на что. Надо принести воды вместо этого - хоть какая-то польза.
Идея оказалась крайне несвоевременной, и это стало очевидно, стоило Яо перешагнуть порог заброшенного храма и ступить на поросшие мхом и травой каменные ступени. Брат наконец вернулся, и вернулся не один. Надо же, призрачного Генерала искали едва ли не все заклинатели Поднебесной во главе с Саньду Шэньшоу, а нашел его Сюаньюй. Оставалось лишь в очередной раз поразиться неиссякающему чувству юмора судьбы.
Меч всё ещё висел на бедре, но Гуанъяо слишком хорошо понимал пределы собственных возможностей, поэтому, поставив бамбуковое ведро у ног, не попытался выхватить оружие, а поднял руку, чтобы  легко коснуться пальцами плеча в одно мгновение выросшего прямо перед ним А-Юя, призывая того взять себя в руки.
- Прошу молодого господина простить неучтивость моего брата.
Для Вэнь Цюнлиня лицо Мо Сюаньюя должно было быть лицом Вэй Усяня. Но не было. Как и предполагалось, о том, что ритуал, проведенный в деревне Мо, пошел не по плану, знали намного больше людей, чем наивно предполагал А-Юй. Яо  улыбнулся, привычно скрывая за улыбкой напряженные размышления. Бежать поздно, сражаться бесперспективно, но всегда есть место для переговоров.
- Молодой господин Вэнь окажет этому скромному дому честь, оставшись отдохнуть и выпить чаю после долгой дороги?

+2

8

Господин Мо говорил о травах, которые надлежало собрать, со знанием дела, должно быть, сам Нин порядком подзабыл науку сестры, когда такие простые вещи словно повылетали из головы:
— И не найдете, господин Вэнь, оно уже отцвело, это дерево, а смысла собирать эти листья в иную пору — нет.
Конечно же! Так и есть… сжимая корзину в руках, он задумался. По каким причинам он не нашел остального?
— Насколько тяжела та женщина? Ох, аж трое детей...
— По пути из леса, она повстречала злого духа, а теперь спит и не может проснуться. Я должен помочь этой семье и найти источник темной Ци. Но она очень плоха, а лекарства должны помочь ей продержаться.
— Ладно, я помогу, у меня есть все это в моей... эммм... в моем жилище. Только знаешь, тебе придется остаться снаружи — там полно охранных талисманов, я не хочу, чтобы ты пострадал. Да и нечего задерживаться, раз травы нужны той матери троих детей.
— Я согласен и благодарю вас за помощь, — Нин обрадованно кивнул, он был готов на любые условия, лишь бы не возвращаться в деревню с пустыми руками.
Молодой господин Мо решился отдать ему корзину, разве что накрыл ее крышкой, и пошел по едва заметной тропинке вглубь знакомого ему леса. Всю дорогу он молчал, и Нин не стал докучать ему вопросами, хотя, конечно, вопросы были. Как вышло, что никто не знал о существовании второго брата, лицом слишком похожего на того, кто шагал впереди, и почему тот решил пожертвовать своё тело Старейшине И Лина? Почему этот Мо живет в такой глуши и не возвращается в опустевшее поместье, теперь уж наверняка переданного какой-то другой семье в управление? Он ведь мог…
В который раз молодой господин Мо обернулся, и Нин отвел взгляд, делая вид, что рассматривает лес и тропу под ногами. Раз уж тот живет отшельником и не хочет, чтобы его тревожили, значит, на это есть свои причины.
Шли они достаточно долго, чтобы начало смеркаться, и в сгущающейся темноте Нин увидел и догадался, что это и есть то самое место, куда они направлялись. С виду развалины, окруженные такой же полуразрушенной, местами осевшей и покосившейся каменной оградой, напоминали буддийский храм. Насколько же он древний, если всё пришло в такое запустение? Впрочем, он уже видел места, которые природа захватывала за ничтожные годы, прибирала к своим зеленым рукам и возвращала в свое лоно, постепенно разрушая остатки строений. Проходя между двух столбов по раскрошившимся от времени ступеням, он на миг задержался и осмотрел стертый орнамент и лишь потом взглянул на двор и сделал несколько шагов следом за хозяином этого позабытого места, прежде, чем тот резко остановился, обернулся и выставил вперед ладонь.
— Все, дальше нельзя, господин Вэнь. Простите, я... пообещайте, пожалуйста, что в обмен на эти травы...
Нин встал как вкопанный на том же месте и смотрел на молодого господина Мо, слушая очень внимательно. Но что-то за его спиной… Кто-то появился на крыльце. В тусклом освещении он не сразу увидел лицо, и потому не сразу мог узнать его.
— … Вы никому не скажете, что видели здесь кого-то. И что вообще видели этот храм. Не хочу, чтобы... меня тревожили.
Должно быть, встретив призрака, Нин удивился бы куда меньше, чем то, что произошло следом. Молодой господин Мо и сам сейчас побелел, в темноте Нину вдруг показалось, что этот молодой господин Мо, как демон, прикидывавшийся живым, защищает такого же как он, превратившегося в демона после смерти Цзинь Гуанъяо.
— Вы не получите ни единого лекарства, если хоть тронете его!
Крик привел в чувство.
Нин осторожно шевельнул руками. Корзина, сжатая им, готова была лопнуть, и труды многих часов были бы потеряны. Осторожно, чтобы не продавить прутья и не рассыпать ягоды, он расслабился, прижал корзину к себе, все еще чувствуя, что темная аура полезла из него сама собой при виде злейшего врага многих в этом мире, а цепи задрожали и вспыхнули алым.
— Прошу молодого господина простить неучтивость моего брата.
Должно быть, это все дурной сон. А если и нет, то объяснения следовало получить незамедлительно. Хотя бы убедиться точно в том, что эти двое… живые люди.
— Молодой господин Вэнь окажет этому скромному дому честь, оставшись отдохнуть и выпить чаю после долгой дороги?
Заставив себя полностью унять всплеск темной Ци, Нин шагнул вперед, с каждым шагом разглядывая, если он все правильно запомнил, братьев по отцу, и успокаиваясь.
— Неожиданная встреча, — он перевел взгляд с Гуанъяо, его пустого рукава на Сюаньюя. Если именно таким было его имя. — Куда корзину можно поставить?

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

+2

9

Прикосновение привело в чувство, а чувства, в свою очередь, обрушили стену всколыхнувшегося волной страха - Мо резко обернулся на брата и увидел обычное для него спокойствие, которое всегда придавало уверенности и ему самому. Ему ли не знать, как для соблюдения хотя бы видимости стабильности ситуации, маски надевают легко, только вот снимаются с трудом, через боль и безмолвный крик, потому как врастают в кожу и не желают спадать просто так. Он думал, здесь, в глуши они отдохнут от этого, здесь не надо притворяться и лгать окружающим о том, что чувствуешь, или чего не чувствуешь. Здесь принимаешь друг друга такими, какие вы есть, постепенно принимая тайну за тайной из числа тех, что все еще не были вывернуты наизнанку Судьбой.
Вновь все еще полный тревоги за брата взгляд обращается на Вэнь Нина, все еще Мо стоит между этими двумя - он готов броситься с голыми руками на любого, кто посмеет попытаться причинить вред брату. Он, несомненно, проиграет, но он хотя бы попытается защитить.
Руки Призрачного Генерала сдавливают корзину, как, должно быть, сдавили бы головы что Цзинь Гуанъяо, что покрывающего его Мо Сюаньюя, но последний, сглотнув, опускает расставленные в стороны руки, ловит в лицо остатки утихомиренной темной ци, всеще едва дышит, слушая совсем уж предложившего небывалое брата, равно как и впитывает недоверчиво, казалось, неуместный вопрос Нина.
"Корзина? Да тьфу бы на нее!" - но все равно кивает в сторону, у крытой поленницы, совсем рядом с лестницей, почти развалившейся, лишь кое-как собранной из остатков обветшалых и заросших мхом камней.
- Т-туда... я... я потом переберу...
Слова. сказанные вслух, будто переполненный водой бамбук отмеряют напряжение и сливают его наружу - Мо выдыхает, едва слышно, все еще не совсем веря, но теперь уж оборачивается к брату и словно спрашивает вовсе не то, что вслух:
- Я приготовлю твой любимый... и травы тоже заварю... - не оставайся с ним наедине! - паника в глазах постепенно вымывается доверием, ибо если не Яо сможет увещевать Призрачного Генерала, то кто? Уж точно не Мо. Лучше он и правда принесет пользу иначе, но терять из виду брата он сейчас намерен не был, потому, после короткого вздоха, поклонился Вэнь Нину, как должно при встрече гостей, и подождал пока тот зайдет. Пока он хлопотал с водой, чайными листьями и отваром для Гуанъяо, все думал о том, что им теперь делать, раз убежище, казавшееся столь надежным и безопасным, раскрыто? И какие еще аргументы, кроме обозначенных лекарств для той женщины, смогу удержать лютого мертвеца от мести за....
А за кого, собственно? Разве не ему, Мо Сюаньюю, если подумать, Вэнь Нин обязан тем, что вновь ходит по земле? Ведь именно он решился на тот ритуал, вернув хозяина Призрачного Генерала, Вэй Усяня, в этот мир? Разве не это повлекло за собой возвращение и самого младшего из Вэней? Они с Яо живут в отдалении, никого не трогают, ничего такого не замышляют, просто живут, продавая в ближайших городках и деревнях снадобья, травы, ягоды и сделанные Яо талисманы. Глупая надежда, что их не выдадут, нарезалась рваными кусками об острейшую реальность - им придется бежать. Снова.
Простой глиняный чайник уже дважды слил через чуть сколотый носик ароматный напиток, и лишь на третий был оставлен в покое на бамбуковом подносе. Никаких изысков не было - лишь самые простые вещи, выменянные на их товары у местных жителей. Но им хватало, чтобы обустроить скромный быт. Да и сам он много чему научился, если подумать - удивительно многое ты можешь узнать и суметь сделать, если нет рядом слуг и привычной даже в поместье Мо обслуги. Мо доставал из чаши на полке в углу комнаты засахаренные с лепестками фрукты и поглядывал в сторону Яо и гостя.
Делать это незаметно не получалось, как он ни старался.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Отредактировано Mo Xuanyu (Воскресенье, 20 декабря 17:43)

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+2

10

Если заставить себя забыть о расколотых плитах под ногами, сквозь которые пробивалась самая упрямая трава, если мысленно заменить лохмотья на шелк, если представить, что посуда из тончайшего фарфора, а чай - с лучших плантаций, приём этот мало чем отличался бы от встречи гостя в одном из дворцов Башни Кои. Гуанъяо бы засмеялся, но это было бы совершенно неучтиво, и он лишь улыбнулся ровно так, как подобало случаю. Благородные отпрыски благородных семей, мертвецы, собравшиеся за чаем...
- Благодарю брата, - сдержанно кивнул и жестом предложил Вэнь Цюнлиню пройти к массивной поваленной каменной плите, служившей здесь столом. - В самом деле, неожиданная. Ничуть не менее, чем прошлая. Увы, обстоятельства не позволили мне даже попрощаться должным образом.
Следующими на очереди должны были быть взаимные вопросы о благополучии родственников, но на такое продолжение светского ритуала у Гуанъяо попросту не хватило цинизма. Удивительное дело - не так давно он был уверен, что его запасы этой субстанции едва ли не самые богатые в Поднебесной.
Обстоятельства, впрочем, изменились, попутно меняя всех, кого задевали на своем пути. Вэнь Цюнлиня они затронули ничуть не меньше, чем остальных. Пусть он и раньше не спешил действовать без указаний призрачной флейты, но теперь его бездействие больше напоминало не растерянность или ожидание приказа - осмысленную уступку первого хода.
Это можно было обратить в свою пользу - наверняка можно. Если бы понять еще, что именно будет пользой. Заставить Призрачного Генерала молчать? Или напротив - позволить ему подбросить немного дров в костер всеобщей сумятицы, который то тлел, то полыхал уже очень давно, никак не желая угасать? Напомнить о полузабытом уже враге, обросшем таким количеством мифов, что за ними уже невозможно было разглядеть того человека, которым был Цзинь Гуанъяо. Заставить охотиться за призраком и скрыться за этим туманом. Он не спешил принимать решение. Не было никакой необходимости спешить, выигрывать мгновение для удара там, где ударить было нечем, а рассчитывать можно было лишь на то, что соперник запнется сам.
- Поскольку в этот раз ситуация более благоприятствует беседе, молодой господин Вэнь, позвольте спросить о новостях. Таланты главы Не уже стали известны миру или орденам еще только предстоит открыть их благодаря, скажем, выборам нового Верховного заклинателя? Тем, разумеется, кто переживет эту кампанию.

+2

11

Судя по всему, имя он назвал правильное. Что же получается, в семье Мо было больше детей, чем они думали раньше? Выходит, что так. И как же звали того, что отдал свое тело, пожертвовав его Старейшине этих мест? Возможно, когда молодой господин успокоится, стоит спросить и об этом.
— Т-туда... я... я потом переберу…
Молодой господин Мо, бездумно бросившийся защищать брата, постукивал зубами от ужаса. После сильного пережитого страха его немного потряхивало, руки дрожали, и Нин почувствовал себя очень неловко, ведь, пусть и случайным образом, он всё же причинил тому серьезное беспокойство.
— Я приготовлю твой любимый... и травы тоже заварю...
— Благодарю брата, — всё тот же спокойный вежливый тон, как и раньше, будто ничего не изменилось.
Слушая разговор братьев и вспоминая ту ночь в храме, когда погиб… пропал Цзинь Гуанъяо, Нин порядком задумался, поправляя поставленную куда было указано корзину с лесными ягодами.
— В самом деле, неожиданная. Ничуть не менее, чем прошлая. Увы, обстоятельства не позволили мне даже попрощаться должным образом.
— Уверен, в этом вас никто винить не стал бы, — пробормотал Нин в ответ и кивнул, глядя на каменную плиту.
Приглашение присесть было очень кстати. Хотелось поскорее сгладить выступивший острый угол и принять наиболее спокойный вид из всех возможных, дабы хозяину этого места тоже стало спокойнее, потому он воспользовался предложением и устроился позади стола, чтобы видеть обоих и всё окружение.
— Поскольку в этот раз ситуация более благоприятствует беседе, молодой господин Вэнь, позвольте спросить о новостях. Таланты главы Не уже стали известны миру или орденам еще только предстоит открыть их благодаря, скажем, выборам нового Верховного заклинателя? Тем, разумеется, кто переживет эту кампанию.
Так далеко в политику Нин никогда не заглядывал и новостями не особенно интересовался, однако светская беседа сейчас была велась, по большей части, для третьих настороженных ушей. Молодой господин Мо готовил чай и какое-то угощение, все время бросая тревожные взгляды в их сторону.
— Боюсь, Вэнь Нин не позаботился о новостях. Проведя вдали от заклинателей столько времени, я даже не уверен, вспомнят ли они меня при встрече, — шутка вышла не очень, но это была шутка, как и попытка улыбнуться умерла, стоило только попробовать.
Как странно… Каким образом ему удалось выжить? Да, тела не нашли, подумав, что Нэ Миндзюэ забрал его с собой, и все же каким образом с такой раной он смог скрыться? Эта встреча в лесу — как безумие, сон, в который погружают призраки мщения, чтобы выпить всю Ци. Только вот пить из Нина было нечего… Захотелось протянуть руку и хоть ущипнуть этого некогда напыщенного господина, убедиться, что он не призрак.
Какая глупость!
Нин на миг прикрыл глаза, а когда открыл, задал вопрос:
— Скажите мне, почему вы живете в этой глуши? Ради чего это? — Он неторопливо развел руками, оглядывая окружение еще раз и вновь возвращаясь к лицу заклинателя, когда-то владевшего всем миром, ожидая ответа, не особенно надеясь на правдивость.
Память, связанная с этим господином, уходила во тьму, но как только он попытался заглянуть в неё, стало не по себе, и Нин отошел от края этой пропасти.
[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

+2

12

Мо беспокоился сейчас лишь об одном: чтобы и правда успеть вовремя, если вдруг... а что - вдруг? Если Призрачный Генерал решит, что их жизни пора бы прервать здесь и сейчас? Если это так, он ничего, совсем ничего не сможет ему противопоставить. Охотничий нож, пара ножей, которые он использовал на кухне и кинжал - вот и все оружие в доме. Разве что чайником запустить в Вэнь Нина, но Мо сомневался. что тот хотя бы долетит до, как поговаривают, быстрого, словно ветер, противника.
Но брат, кажется, справлялся, как всегда, используя главное свое оружие, равных которому не было: дипломатию, замешанную на безупречной вежливости и нужной обходительности. И тогда Юй решил, что будет до самого конца не менее вежлив, чем брат. Ну, насколько позволит страх за него и за себя. Поднос чуть дрогнул в руках, но, вспоминая давние свои навыки, казалось, оставленные в прошлой жизни, но тогда он умел, ведь умел в самых критических ситуациях взять себя в руки и сыграть почти что угодно. Вдох-выдох, улыбку он натягивать не стал, это было бы неуместно после того, как он очевидно перепугался при виде Призрачного Генерала, потому просто постарался, чтобы руки не дрожали и нехитрая утварь не звякала на нем. Аккуратно опустив поднос на стол, он выставил чашки перед гостем и Гуанъяо, налил им чаю и выставил чашу со сладостями. И лишь когда был задан вопрос Нина, он нахмурился, вдруг ощутив в душе протест небывалой силы. Также, верно, он возмутился узнал, что Яо не желают видеть на посту главы ордена Цзинь некоторые из глав нижестоящих кланов. Он выпрямился, возможно слишком резко, серые с золотыми прожилками глаза сверкнули если не гневом, то непониманием, замешанным на возмущении.
- Что такого, что и живем, господин Вэнь? Мы никого не тревожим и специально стараемся не попадаться на глаза другим людям и заклинателям, чтобы не... - он уже понял, что вспылил, но уж очень задел вопрос, будто им это право само по себе было недоступно вовсе. - Мы просто хотим жить, спокойно работать, - он кивнул на стопку переписанных писем, которые приносил из ближайших деревень Мо, наскоро нацарапав основные пожелания от крестьян и разного ремесленного люда, не умевшего писать, чтобы их потом правильно написал Гуанъяо, а он, Мо, разослал по указанным адресам дальше. Конечно, с этого было совсем немного приработка, основные их запасы еды и скромные - серебра пополнялись за счет продаваемых талисманов, которые тоже рисовал Яо, но кто бы их упрекнул в таком? Многие промышляли тем же самым. Да и он сам собирал припасы, травы и ягоды, охотился и обменивался с жителями окрестных поселений. И лишь спустя несколько мгновений неловкой паузы он понял, что, по сути, вопрос был задан не им, а конкретно Гуанъяо. Ну и ладно! - Простите, - глухо буркнул он уже в сторону, но все еще чувствуя, как в горле клокочет невысказанное. - Просто, не появись Вы здесь, ведь мы бы и дальше просто жили, тихо и...
Задним числом он уже понимал, что после этой встречи все изменится, но все еще надеялся, возможно слишком наивно, что их тихий, уже как-то устаканившийся образ жизни, пусть не очень достойный по тому, чего достоин Яо, но, все же, лучший, чем безвестная смерть в руинах храма с печальной перспективой стать не упокоенным духом или чем похуже.
Вздохнув тяжко, Мо сел рядом, почти плюхнулся и покачал головой.
- Прости, брат, я не должен был отвечать вместо тебя.
[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+3

13

Гуанъяо стало весело, и он улыбнулся шире. Память некоторых заклинателей и в самом деле отличалась краткостью, но только не тогда, когда речь шла о легендарных скандалах. Таких, как дважды вернувшийся из мертвых Призрачный Генерал. Таких, как он сам. Чтобы заставить забыть это, нужно, увы, чуть больше времени.
- Значит, никаких новостей. Возможно, так даже лучше. Такая редкая возможность не отвлекаться на суетность мира.
Игра в высокий этикет, конечно, не могла продлиться слишком долго, но Гуанъяо всё равно расставался с ней не без сожаления. Это было забавно, но вопрос, который задал Призрачный Генерал, уже не умещался в рамки правил. Жестокий в своей наивности вопрос. Не так давно он сам ставил его перед собой как то препятствие на пути, которое невозможно обойти - нужно либо преодолеть, либо остановиться навсегда. Пришел бы этот Вэнь со своим любопытством раньше, его слова могли бы ранить не просто больно - смертельно. Но теперь ответ был, на него можно было опереться и спокойно выдержать напоминание о том, что он - меньше, чем ничто. Покойник, презираемый всем заклинательским миром.
Ответить, впрочем, не успел. Сюаньюя задело за живое, на удивление, намного сильнее, чем его самого. Хотя, пожалуй, удивляться нечему: брат тратил все силы на то, чтобы сделать приемлемой ту жизнь, о которой Вэнь Цюнлинь отзывался так пренебрежительно. Гуанъяо смотрел на брата, пока тот говорил, не пытаясь остановить его даже взглядом, и стерев с лица вежливую улыбку, предназначенную незваному посетителю. Он никогда не пытался выяснить, что на самом деле думает Сюаньюй об этом вынужденном образе жизни. Боялся узнать и, если задавал вопросы, то такие, ответ на которые был заранее предопределен. Проще для них обоих. Увы, Призрачный Генерал обладал весьма призрачной деликатностью, и об их удобстве думал далеко не в первую очередь. Сюаньюй замолчал, хоть, казалось, ему еще есть, что сказать. Яо покачал головой, поднял свою чашку, аккуратно поставил перед ним, кивнув: пей. Была бы третья, но... Третья до сегодняшнего дня была здесь лишней.
- Отчего же, брат совершенно прав, пусть и резок в словах. Прошу простить его растерянность, непривычно слышать подобные вопросы от гостя. В особенности, когда - А-Юй, я ведь не ослышался? - этот гость пришел с просьбой.
Он пожал плечами и осмотрелся, как будто заново оценивая то место, куда их забросила прихоть судьбы. Глушь - это слабо сказано, но когда-то люди добровольно пришли сюда и построили этот храм, который теперь служил временным пристанищем, так что место, наверно, было не так уж и плохо.
- Здесь и правда довольно тихо. Но и я, и А-Юй, и, если не ошибаюсь, вы тоже, господин Вэнь, родились и выросли в глуши. Стоит ли говорить о ней свысока?
Можно было бы и вовсе не отвечать, нужно было бы не отвечать. Да и вопросы, если только не считать, что Вэнь Цюнлинь надеялся своим красноречием ввергнуть обоих в бездну отчаяния, были какие-то праздные. Не о том бы ему спрашивать, но, быть может, смысл его собственной жизни был потерян окончательно, и это должно было объяснить его интерес к чужой. Так или иначе, Гуанъяо ответил, не думая, что ему поверят.
- Ради чего - хороший вопрос, хоть и довольно личный. Ради самосовершенствования, ради помощи людям, ради... Допустим, мне любопытно посмотреть, как дальше будет жить мир, в очередной раз поправший великое зло, теперь уже в моём скромном лице.
Может быть, это и не вся правда, но озвучивать в деталях свои планы можно было разве что тогда, когда смерть уже скалилась в лицо, и хотелось во что бы то ни стало объяснить, заставить понять, позволить одному единственному человеку, наконец, в первый и в последний раз заглянуть в свою душу и, увидев всё, что там есть - и тьму, и свет - вынести суждение. Призрачный господин Вэнь не был тем человеком. И даже если смерть была так же близка, все необходимые ответы Яо уже получил, и знал, кто, несмотря ни на что, готов шагнуть вместе с ним даже за грань.
- А вы, господин Вэнь, тоже имеете ко мне или моему брату неоплаченный счёт? Или просто хотели предложить перебраться в лучшее место?

+2

14

Возможно, только задав свой вопрос, он понял, как неуместно выбрал слова, получив в ответ возмущений с целую гору от молодого господина Мо, казалось бы, привычная скромность и деликатность оставила его, и вышел такой конфуз, но чем дольше он слушал, тем больше узнавал, и уже не решился прервать речь своими извинениями.
— Что такого, что и живем, господин Вэнь? Мы никого не тревожим… Просто, не появись Вы здесь, ведь мы бы и дальше просто жили, тихо и…
Извиниться за то, что он появился тут так неудобно для этих двоих? А виноват ли он в этом на самом деле? Виноват ли в том, что молодой господин Мо пригласил его в это место и не настоял на том, чтобы он ушел? Виноват ли в том, что Цзинь Гуанъяо вышел на порог этого дома?
Это была случайность или это рука судьба?
— Прости, брат, я не должен был отвечать вместо тебя.
Молодой господин Мо сел рядом, а разговор продолжился.
— Отчего же, брат совершенно прав, пусть и резок в словах. Прошу простить его растерянность, непривычно слышать подобные вопросы от гостя. В особенности, когда этот гость пришел с просьбой.
Нин, молчаливо смотревший на Гуанъяо до сих пор, впервые опустил взгляд. Кажется, тот совершенно не растратил своих привычек. Убедился в этом он, слушая дальше:
— Здесь и правда довольно тихо. Но и я, и А-Юй, и, если не ошибаюсь, вы тоже, господин Вэнь, родились и выросли в глуши. Стоит ли говорить о ней свысока?
Эти слова заставили улыбнуться одними уголками губ, но всё же подождать с ответом.
— Ради чего — хороший вопрос, хоть и довольно личный. Ради самосовершенствования, ради помощи людям, ради... Допустим, мне любопытно посмотреть, как дальше будет жить мир, в очередной раз поправший великое зло, теперь уже в моём скромном лице. А вы, господин Вэнь, тоже имеете ко мне или моему брату неоплаченный счёт? Или просто хотели предложить перебраться в лучшее место?
Вот это уже больше похоже на ответ к вопросу, который он задал так неловко. Что ж, раз братья так соскучились по разговорам с кем-то еще, что готовы на два слова сказать с десяток, пусть будет так.
— Вэнь Нин очень сожалеет о своем косноязычии, — он сложил руки перед собой и поклонился сначала младшему, потому старшему. — Заставил вашего брата пережить множество неприятных чувств, задав слишком личный вопрос… Но разве… не вы говорили, что навсегда покинете Поднебесную, если вам сохранят жизнь? Или Вэнь Нин что-то не так понял со слов господ заклинателей у руин того храма? Увидев вас здесь, Вэнь Нин удивился дважды.
Он посмотрел снова на Мо и добавил:
— Трижды. Ведь до сих пор я не знал, что в семье Мо, поправьте меня, если я ошибаюсь, было два близнеца…
Необходимо было ответить на важный вопрос, в основном, самому себе. Осталось ли желание предъявить список неоплаченных долгов? Ну, разве что… начать издалека.
— Вы называете Цишань и Безночный город глушью… Места, где я родился и вырос. Как жаль, что теперь эти прекрасные места действительно стали ею, а выжившие люди страдают от того, что их некому защищать. Что ж… раз вы выбрали Илин, оставайтесь здесь и помогайте этим людям. Быть может, ваши долги спишутся на небесах, только, да простит меня молодой господин Мо, вряд ли благодаря благодеяниям вашего брата. Каждый платит по своим счетам и к молодому господину Мо у Вэнь Нина нет никаких претензий. Действительно, Вэнь Нин пришел сюда за травами, что нужны для больной женщины, в надежде получить их. У Вэнь Нина нет серебра, чтобы заплатить за лекарства, но раз вы заговорили о неоплаченных счетах…
Нин улыбнулся чашке, стоявшей перед ним, поднял ее бережно, едва сжимая пальцами, и поставил перед Цзинь Гуанъяо с улыбкой.
— Будем договариваться. Раз уж вы желаете просто жить и спокойно работать, Вэнь Нин может помочь в этом. В деревне, которая находится недалеко отсюда, нет целебных трав и нет заклинателя, который бы изгнал зло, поселившееся в той женщине. Вэнь Нин не справится с этим без талисманов, изгоняющих духов. Вы дадите мне то, что нужно, и когда я вернусь, возможно, смогу принести небольшую плату.
Насчет оплаты сомнения были самые большие.
— Оплату на этот раз гарантировать не могу, но, в любом случае, вернусь, чтобы забрать новые талисманы для защиты людей, которым вы так желаете помочь.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

Отредактировано Wen Ning (Среда, 28 апреля 03:51)

+2

15

Внутри все еще кипела смесь чувств, вряд ли достойных отпрыска семьи Цзинь, даже если этот недостойный отпрыск носит иную фамилию. Да, брат, как всегда, идеально сгладил его неуклюжие попытки защитить - спокойной дипломатией пополам со столь же спокойными и уместными вопросами. Точно также он чуть приглушил бурю эмоций Сюаньююя и внушил уверенность, что все образуется, что их тихая размеренная жизнь, пусть и изменится, но, по крайней мере, не разобьется вдребезги. Он что-нибудь да придумает.
И все же, Вэнь Нин словно нарочно подливал масла в огонь, вновь напоминая о том, что люди не меняются, что и благородные заклинатели, как были ужасными лицемерами, ничуть не лучше поступающие, чем его брат, так такими и остались. Он не были идиотом, слепо влюбленным в родного брата. Естественно, так могло показаться, раз уж он смел защищать общепризнанного преступника, но он прекрасно осознавал, еще тогда, когда жил в стенах Башни Золотого Карпа, что брат не может быть непорочным ангелом, что вся жизнь внутри и вне кланов пропитана фальшью, ложью, интригами и убийствами. Да, он многое гнал от себя, пытался не ввязываться в какие-то совсем уж кровавые дела ордена и семьи, помогал брату, вроде бы оставаясь не при грязных делах, однако абсолютно всегда осознавал, к чему приводят, к примеру, добытые им и переданные брату сведения, что "убивать" можно и опосредованно, не своими руками, а способ, которым он сам получал информацию, иные, особо "благообразные" заклинатели, вероятно, и вовсе бы заклеймили отвратительным, ужасным и наимерзейшим из способов. Пытки, по своей жестокости не уступавшие деяниям самых ужасных злодеев, при этом, обычно такими "святошами" воспринимались, как нечто само собой разумеющееся, обыденностью, необходимым злом. И уже тогда Мо Сюаньюй осознанно шагнул на сторону брата, зная, что тот заботится пусть и о себе тоже, но при этом клан при его руководстве буквально расцвел на глазах - победителей не судят, да?
Да и кто он такой, чтобы судить? Он, совершивший ритуал подношения тела, даже заплативший за него не сам? Тот, кто выжил лишь благодаря смерти близнеца? Он не посмел бы судить ни брата, ни вот, сидящее перед ними воплощение "зла", которым по ночам пугают детей.
- Он-то, может, и уехал бы, да только жизнь ему не сохранили, а выжил он только благодаря покровительству богини и... мне. Так что ваши хваленые заклинатели тут не при чем вообще. Он им ничего не должен, - говорил он пусть и явно огрызаясь на явно несправедливые и уже точно не имеющие силы слова тех, кто в любом случае не пощадил бы брата, и вот, одного из их представителей. Но теперь это уже скорее походило на недовольное ворчание озлобленного на конкретное событие прошлого старика, чем на неприкрытую агрессию с целью защиты брата: уже было ясно, что Призрачный Генерал не собирается сворачивать шею им прямо здесь и сейчас.
Да и правда его - он же сам его пригласил. Тяжко вздохнув, он кивнул брату и обратился уже к Приз... к Вэнь Нину, раз уж тот заговорил о причинах, пусть и спрашивал явно Яо.
- Мы помогаем людям, не делаем ничего дурного: я травы собираю, а Яо-гэ делает лекарства из них, помогает местным с заклинаниями и письмами. А что до близнеца... - воспоминания, а тем более необходимость вслух говорить о том, в чьем теле сейчас разгуливал по миру Вэй Усянь, всегда заставляли горло болезненно сжиматься горло, лишая на краткое время голоса и увлажняя глаза. Но на этот раз все обошлось лишь едва дрогнувшим голосом, по крайней мере, он смог продолжить, хмурясь и кусая губы. - Кажется, благодаря и мне, и ему Вы тоже сейчас сидите здесь с нами и ищете способ помочь той заболевшей женщине, ведь так? Уместно ли задавать такие вопросы, господин Вэнь Нин? Но раз уж Вы проявили это любопытство, то просто отвечу Вам: не знали не только Вы. Так что я все же надеюсь, что это останется между нами тремя - такие тайны могут повредить не только нам.
Вэй Усяню, конечно, с его-то репутацией, бояться нечего, но новой волны слухов все равно не избежать в таком случае. А кажется, в последний раз, когда он болтал с местными, Второй нефрит клана Лань упоминался в качеств спутника жизни Вэй Усяня на Пути Жизни. А вот это уже точно могло бы навредить как минимум клану Лань, так как заклинатели сплетничали не меньше кумушек у берега, стирающих белье. Пока Мо говорил, он почувствовал себя спокойнее и увереннее - эта вся ситуация вдруг окунула в прошлое, когда ему приходилось спокойно играть роль и при этом добывать сведения, которые помогли бы Гуанъяо. Сейчас это могло помочь им обоим. А еще - той женщине, так как эти самые травы и ингредиенты он собирался продать дорого, и речь явно не о деньгах. И все же, тут у Вэнь Нина было преимущество отчасти просто потому что Мо пообещал те травы еще до того, как привел сюда Призрачного Генерала.
- Не сможете Вы сами забрать те травы, - он вздохнул и поморщился, понимая, что придется рассказать о той особенности, что помешает Вэнь Нину самостоятельно выполнить обещанное той семье. - Есть одно препятствие, и тут помочь могу только я, так ка кместные не пойдут срывать те цветы сами, а мои заготовки господину Вэню трогать нельзя, - он покачал головой, сложив руки на груди и буркнув, - Вашу темную ци чувствую даже я, он моментально уничтожит слишком хрупкие желаемые эффекты.
Буркнул и посмотрел на Яо, предоставляя тому торги за то, чтобы Мо сам собрал смесь, аккуратно приготовил все и сам отнес ее в деревню лекарю, не давая остаткам темной ци Призрачного Генерала превратить и правда очень сильное лекарство в простой отвар от кашля, если не в отраву. Вряд ли тот откажется нарисовать дополнительные защитные талисманы, но вот вот основной "товар" теперь точно можно выторговать на пару лет спокойной жизни дня них двоих. А потом они что-то, да придумают.
Чай Мо хлебнул необычно шумно, даже не думая прикрывать свои опасения идеальными манерами.[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/22/28656.png[/icon]

Подпись автора

Прошлое - забыто.
Будущее - скрыто.
Настоящее - даровано.
Потому-то его и зовут настоящим.
(с)

+2

16

Слова гостя окатили ледяной волной прошлого, того, которое Гуанъяо старался вспоминать нечасто, как можно реже. Может быть из-за этого, может быть, благодаря тому, что стоял тогда на грани жизни и смерти, он плохо помнил подробности того, что происходило в храме. Не помнил, мог ли слышать его слова Призрачный генерал, не помнил, был ли он там вообще, был ли там кто-то, кроме Лань Сичэня, которому предназначались эти слова. Тогда это совершенно не имело значения, а сейчас... Сейчас он чувствовал себя так, как будто вынужден находиться здесь даже без этих лохмотьев, в которые одет, абсолютно обнаженным. Нет, не здесь, на центральной площади в окружении всех заклинателей Поднебесной, ведь если один человек узнал всё с чьих-то там слов, то знать могли и другие. И совсем не хотелось думать о том, как было отвергнуто это обещание, как будто вовсе не имело никакой ценности.
Тошнота подкатила к горлу, а ей на смену пришла холодная и острая ярость, которую Гуанъяо привычно скрыл пологом улыбки и мягкого голоса.
- Это обещание было отдано не вам. Молодому господину Вэнь не следует касаться того, что ему не принадлежит.
Долги, счета, претензии - странное дело, Гуанъяо совершенно не мог припомнить, когда задолжал Призрачному генералу. Тот, кто имел право призвать к ответу, уже сделал это, но не молодой господин Вэнь.
Слушая брата, Яо нахмурился от очередного упоминания о собственных долгах, на этот раз действительных, не воображаемых, но всё равно усмехнулся: похоже, у Сюаньюя возникли те же вопросы, более чем резонные. Появившись здесь с просьбой, гость слишком уж быстро начал говорить с позиции силы, не желая вспоминать, кому и чем обязан он сам.
- Раз уж мы заговорили о неоплаченных счетах, молодой господин Вэнь мог бы припомнить, почему он всё ещё не развеян прахом по ветру.
Ну разумеется, он просто заберет травы, а потом он просто заберет талисманы, а потом вернется, чтобы забрать что-нибудь ещё. Гуанъяо неплохо понимал, как это должно работать. Молодой господин Вэнь, возможно, думал, что тоже понимает, что знает, как лучше распорядиться ценной информацией, попавшей в его руки по чистой случайности - не просто продать её, а продавать раз за разом, ведь этот источник дохода не иссякнет до тех пор, пока двое людей, которых он обнаружил в глуши, будут живы. Грубовато, что и говорить, но делая скидку на то, что это были первые шаги Призрачного генерала на скользком пути шантажа и манипуляций, не так уж плохо. Смело, во всяком случае. С маской положительного героя не всегда расстаются вот так просто, лишь только завидев проблеск возможной выгоды.
Одна из немногих масок, которых у Яо не было никогда, которая просто не держалась на его лице. Он склонил голову к плечу, глядя на гостя оценивающе. Он заберёт всё и не может обещать оплаты. Не слишком похоже на то, что в Ланьлин Цзинь обычно называли "договариваться", зато очень в духе Цишань Вэнь. С одной только разницей: у Цишань Вэнь было достаточно возможностей, чтобы ставить миру именно такие условия. Что было у одного из последних отпрысков некогда великого ордена, всё ещё осталось загадкой. Во всяком случае, для начала ему следовало бы объяснить хотя бы самому себе, как далеко он готов зайти, если получит отказ. И, сойдя с тропы справедливости, не растопчет ли по неловкости что-то ценное и хрупкое.
- Увы, - наконец вздохнул Яо, - этот дом слишком скромен, чтобы принимать в нём гостей так часто, и до сих пор мы справлялись без помощи. Молодой господин дал кому-то в деревне слово, которое не может сдержать, и теперь пытается исправить положение за чужой счёт.
Он, вероятно, мог помочь какой-то несчастной женщине, если бы это и в самом деле была просьба. Она выбрала неподходящего посредника, посредник выбрал худшую тактику из всех возможных. Едва ли у неё остался хоть один шанс.
- Почему бы ему просто не исчезнуть, не оглядываясь, и искать тех, кому он действительно может быть полезен? Бежал же он гостеприимства Башни Кои, не задумываясь о том, что оставляет в её стенах.

+2

17

И в этот раз пришлось слушать, не пытаясь перебить. Слова текли как горный поток, снова и снова. Слова, будто всколыхнувшиеся мутным илом на дне застоявшегося “водоема”, камни, водоросли — поток несет всё, что попадается на пути. Остается только слушать, как камни ударяют друг друга, шуршит песок, вязнет в иле здравый смысл.
— Благодаря вам… — Вэнь Нин задумчиво повернул голову набок, словно слушал далекие звуки своим чутким ухом, он молчал, пока не понял, что с этими братьями было… не так. — Благодаря жертве того, другого Мо, молодой господин Вэй снова жив. Благодаря этому брату Мо судьба привела меня к тому, кто убивал моими руками невинных людей, кто предал мою семью и свою. Благодаря гостеприимству Башни Кои этот Вэнь носил в своей голове кованные подарки и потому ничего не помнит о том, каким было это… гостеприимство взамен того, чего желал — всего лишь быть развеянным прахом по ветру и разделить судьбу моей семьи. Возможно, только поэтому, что память обо всем этом ушла, этот гостеприимный хозяин всё ещё жив.
Сказанное тихо — даже не угроза. Угрожать в таком он бы не стал. Довольно было бы одного взмаха цепи, чтобы уложить обоих… Но хотелось не этого. Хотелось подняться и уйти. Разговор с Цзинь Гуанъяо и без того был невообразим, и мериться силами с тем, кто всю свою жизнь практиковал искусство обмана, было плохой затеей.
— … и благодаря своему младшему брату.
Не нужно быстрых движений или вспышек темной ци, ярость которой рассыпалась о вовремя захлопнувшиеся двери, не выпуская боль и гнев, рожденный упреками. Вэнь Нину никогда ничего было нельзя, Вэнь Нина и его семью можно было использовать, оскорблять, смешивать с прахом погибшего клана, сотен казненных заклинателей, проигравших в войне, обвинять в чем-угодно, пусть в чем-то даже и заслуженно. К такому Вэнь Нину привыкли, другого не знают.
Можно… пусть. Только не намекать на то, что он ищет выгоды в том, чтобы помогать тем людям, кто благодаря Аннигиляции Солнца остался без защиты.
— Вэнь Нин просит прощения за то, что потревожил покой этого места и его обитателей, и теперь уходит. Молодой господин Мо говорит, что может сделать лекарство и продать его местному лекарю, — быть может, это не пустые слова, и он сделает это. — Вэнь Нин уверен, несмотря ни на что, молодой господин Мо сделает свой правильный выбор. Исполнить всё, что можно — долг каждого, кто желает называть себя заклинателем. Вэнь Нин не давал никому слова, но его долг — помогать людям Цишань. Это неизменно.
“Почему бы ему просто не исчезнуть…” — звучит в голове снова и снова, заставляя едва заметно улыбаться.
— Вэнь Нин благодарит за чай и уходит.
Поклон прост… глухо звенят цепи, каждый шаг с корзиной наперевес дается всё легче.
Уходит, не оглядываясь. Как того и желали.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/618878.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » The Untamed » Магистр дьявольского культа » Там, на неизведанных дорожках И Лина...