Фандомы: mo dao zu shi • tian guan ci fu • renzha fanpai ziju xitong • zhen hun
Ждём: Лань Цижэнь, Лань Цзинъи, Лин Вэнь, Чжао Юнлань, Шэнь Вэй, Чжу Хун

«Ну, его хотя бы не попытались убить — уже хорошо. Шэнь решил, что все же не стоит сразу обрушивать на них факт того, что все они персонажи новеллы, так еще и гейской, так что тактично смолчал». © Шэнь Юань

«— Кто ни о чём более не жалеет, вероятно, уже мёртв». © Цзинь Гуанъяо

The Untamed

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Untamed » Сыгранное » О чём не расскажет дождь...


О чём не расскажет дождь...

Сообщений 1 страница 26 из 26

1


О чём не расскажет дождь...
http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/625488.jpg
Участники:
Вэнь Сюй ◄► Вэнь Шань Шэ
Место:
Знойный Дворец / уединенный дом в предместьях Безночного Города
Время:
Примерно неделя с 18-го дня рождения Вэнь Сюя
Сюжет:
Не договорили.


[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Среда, 3 февраля 16:10)

0

2

Час Крысы был уже на подходе, когда он вышел из своих покоев в сад, прислонился спиной к деревянной колонне рядом со ступенями и закрыл глаза. Мириады капель дождя отбивали свой ритм по черепице галереи, выходящей в сад, сливались в струи, струи — в потоки, смывающие с алых крыш Дворца дневную усталость. Небо всегда было на его стороне. Вот и сейчас, когда нужно было только дышать, медленно, вдох за выдохом, слушая, как бьется сердце, оно ниспослало воду.
Такого с ним еще не случалось. Чтобы настолько бесконтрольно рука вскинулась и сбила поднос со столика у окна, чтобы фарфоровая чашка полетела в стену, разбилась в мелкое крошево, разливая травяной настой по стене и полу, чтобы запах ромашки, который он шумно вдохнул, показался запахом крови. Он стоял там и дышал, пытаясь остановить вспышку накатившего гнева и горечи, пытаясь понять, на кого он так злится. А после развернулся и вышел вон, не пробыв в комнате и нескольких минут.
Этот небольшой внутренний сад оказался спасением. Кусочек, казалось бы, нетронутой природы, заключенный меж галереями верхних строений Знойного Дворца, сейчас благодарно впитывал влагу с небес. Змей всегда удивлялся, попадая сюда, чего стоило садовникам поддерживать этот вид.
Чего стоило ему поддерживать вид, что все хорошо, все последние дни…

Дева Вэнь пришла на следующий день. Каким-то невероятным образом слух о том, что вопреки обыкновению Хуншэ днем не покинул своей комнаты, а решил отоспаться, прислав вместо себя ночную смену, дошел и до нее. Казалось бы, ничего необычного не случилось, но было у нее чутьё на болезни, и она не боялась им пользоваться. Сам он, действительно, старательно делал вид, что спит, как только слышал шаги или голоса за дверью, хотя уснуть ему так и не удалось. Восстановление шло не гладко, но он смог бы сделать это сам. используя все доступные способы, просто ему требовалось время… И тогда он убрал руку от тонких пальцев, потянувшихся к его запястью, наступил на свои желания и страхи и попросил ее уйти. Старший брат всего лишь хочет спать… Попросил и закрыл глаза, давая понять, что разговора не будет.

Запахло сыростью земли и свежей листвой, захотелось вдохнуть эту свежесть, делать вдох бесконечно, пока не угаснет весь огонь, сжигавший изнутри. Не открывая глаз, Шань Шэ ступил на лестницу и прошел вниз по ступеням. Их было всего девять, ноги знали на ощупь каждую из них, ведь он бывал здесь не один раз, знал каждый уголок, но сейчас его не интересовало ничего, кроме одного. Просто успокоиться.
Небо всегда было на его стороне. Сегодня крупные капли были редкостью, но, падая на лицо, отрезвляли и приводили в чувство, давая возможность снова уйти в тишину, под корку льда.

На второй день он вернулся на свой пост, с самого утра был тенью своего господина, за день не проронил ни одного лишнего слова, а только по необходимости. На привычную улыбку сил не нашлось, хоть он и пытался казаться прежним, губы дергались и не слушались, потому он перестал усилием воли переделывать свое лицо. Заглушенные накануне чувства не беспокоили его до самого вечера, пока он не вернулся к себе. На сей раз наследник отпустил пораньше, чтобы… позже прийти в его покои. Вместе с Цин. В самый неподходящий момент.
Сюй решил, что его отравили? Был ли это предлог, чтобы столкнуть его с Девой Вэнь теперь, после того, что случилось, и посмотреть на реакцию? В первый момент ему показалось, что небо рушится на голову, а пол уходит из-под ног так, что пришлось сесть. Не Цин ли упоминала с негодованием, как трудно лечить женщин, которые были с Вэнями, как трудно восстанавливать их после огня их страсти? Вновь протянута рука к его запястью, и он был уверен, Цин хватит ума и таланта, чтобы понять… Как не удержалась его рука и незаметно для Первого сжалась в кулак.
— Я просто пропустил удар на тренировке, и теперь лечу внутренние повреждения. Нет ничего такого, о чем стоит беспокоиться, — тогда он нашел в себе силы, чтобы выдавить усмешку. — Да, и я, бывает, пропускаю удары, но Деве Вэнь не нужно придавать этому слишком большое значение. Я прекрасно справляюсь сам.
И только после того, как они ушли… Только после этого его бросило в жар, но едва ли он мог думать о том, что произошло, все время вспоминая лица обоих. Его трясло еще долго, от злости, отчаяния, унижения и желания разрыдаться. Второй раз в жизни хотелось пролить слезы. Но он так и не смог себе это позволить… Тогда.

Он пропустил один за одним удары, не желая останавливать. Вэня невозможно остановить, можно попытаться, но попытка будет обречена, или на провал, или на более значимую проблему. А теперь было почти до смерти интересно, на что же еще пойдет молодой господин, что предпримет, чтобы отлучить Цин от него и натянуть поводок своего любимого пса посильнее? Он даже был готов рискнуть и дать повод натянуть его так сильно, чтобы задохнуться. Или сгореть, опаленный его солнцем.
Вэнь Сюй не знал, что такое сострадание, его не учили тому, что значит “любить” или “беречь”. По правде сказать, Змей и сам не очень понимал, что значит любить. Но если это тепло, восхищение, почтение и желание заботиться, что он чувствовал по отношению к Цин, затмевали желание обладать этой женщиной, то это было для него необычно. Ни одна девушка до сего времени не смогла тронуть струны его души настолько, чтобы так… так гореть.
Гореть было мучительно, но приятно. Видеть ее, слышать ее голос, улыбаться в ответ — ничего больше позволить себе не мог да и вряд ли бы смог. Дева Вэнь всё так же была ему младшей сестрой, а он был ее старшим братом. Но хотя бы… хотя бы ему были позволены мечты.
Теперь в его глазах поселился холод, печать запрета, и он надеялся, что Сюй увидит этот холод и оставит Цин в покое, ведь его слуга останется верен только ему. У Цин больше не должно быть проблем из-за него.

Этот холод и молчание затянулись. Он не был готов начинать разговор с Первым, а тот не выглядел готовым к нему, тем более во Дворце, где так много глаз и ушей, да и не знал, что сказать и как. Столько всего обрушилось на него в ту ночь, что он все еще разгребает руины, пытаясь понять, чем они были раньше, какой иллюзией, несбыточной мечтой, несостоявшейся надеждой? И на этих руинах нужно еще обдумать, как быть дальше.
Он посвятил этому все последующие несколько дней, пытаясь размотать жгучий и горький клубок чувств, понять, почему все меньше и меньше хочется жить. Снова это неприятное чувство, словно его заперли в тесной темной комнате, и он не может шевелиться и даже дышать. Это не вызывало страха, а лишь одно желание — замереть и закрыть глаза.

Если бы не эта чашка отвара ромашки каждый вечер с тех пор. Никто не говорил, кто присылает, но он знал. Вэнь Цин хотела помочь, но не знала, как. Каждый вечер она напоминала о себе, вырывая из груди тяжелый вздох отчаяния, а ведь он думал, что у него получается забыть о ней. Вот уже почти. Почти получилось…
Он смотрел в небо сквозь веки, не пытаясь шевелиться. Небо проливало тяжелые слезы, они стекали по его лицу, заполняя пустоту там, где должны быть его собственные. Одежда и волосы давно вымокли, но он продолжал стоять на ровном пятачке под лестницей, не тревожась, что его кто-то здесь заметит. Мало кто во дворце любил дождь так же, как он, и мало кто в этот час пойдет в сад.
Если уж пролить слезы, то лучше времени, места и… дождя не найти.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Суббота, 1 мая 03:26)

+3

3

Земли Цишань Вэнь расширялись благодаря мелким кланам, так и льнущим к сильному соседу, а вместе с ними расширялись и охотничьи угодья. Обычно орден зорко следил за тем, чтобы даже в самых глухих и забытых местах не заводилось что-то слишком опасное, но на то, чтобы истребить всех тех тварей, на которых то и дело жаловались смертные, возможностей или, скорее, необходимости не хватало. Вэнь Сюй решил, что если лететь достаточно далеко в сторону гор, так или иначе он наткнется на что-нибудь. И оказался прав. Что-нибудь оказалось оборотнем-скорпионом, вымахавшим размером с лошадь - не самое приятное знакомство для небольшой деревеньки вдали от наезженных трактов, но те уже отчаялись просить о помощи небольшой орден, владеющий землями, а слать весть в Безночный город не решались - оборотни-скорпионы в народе считались намного более предсказуемым и безопасным явлением, чем недовольство Владыки бессмертного. Они, вероятно, надеялись на какого-нибудь бродячего заклинателя, но им повезло, хотя счастья при виде алых клановых одежд на лицах заметно не было. Вэнь Сюй, впрочем, был здесь не ради того, чтобы осчастливить кого бы то ни было, и оборотень вполне подходил, чтобы не сойти с ума от собственных мыслей и бездействия в стенах дворца. Он хотел, чтобы Сяньхэ остался в деревне, на всякий случай, если тварь вдруг окажется слабее, чем он надеялся, а желание уничтожить всё, на что падает взгляд, ещё не будет накормлено. Он попросил его остаться, но просьба вместо приказа напугала телохранителя до такой степени, что он отказался наотрез. Вэнь Сюй спорить не стал: в конце концов, если деревня сгорит, этого, может, никто и не заметит. Однако тварь не подвела, заставив выслеживать себя полночи напролёт и дав достойный бой, а горела не деревня, а логово с её отродьями. Сяньхэ пришлось едва ли не вытаскивать оттуда - он держался слишком близко к наследнику, не внимая доводам разума и оказавшись не в состоянии так же противостоять огню - но обошлось. Благодарные крестьяне, встревоженно глядя на полыхающий вдали лес, приглашали остаться - небо, уже несколько дней затянутое тучами, грозилось вот-вот разразиться ливнем. Вэнь Сюй настоял на возвращении. На следующий день он собирался вновь выйти на охоту, а значит, им всем необходим был отдых.
Дождь всё-таки пошёл. Хлынул с неба стеной, едва не сбивая с меча и не давая возможности видеть дальше своей вытянутой руки. Вэнь Сюй приказал подниматься выше туч. Сяньхэ предложил спуститься на землю. При этом, конечно, совершенно случайно хватаясь за обожженное плечо, о котором не вспоминал уже несколько часов. Они спустились. Некоторое время медленно двигались в трех чи над землёй, пользуясь не слишком надежным, но всё же укрытием, которое давали кроны деревьев, пока Сяньхэ, вдруг вскинув руку, не указал на темнеющую впереди тушу какого-то трактира.
Придорожной чайной, как оказалось. Здесь гостей тоже не ждали, тем более под утро и тем более в такую погоду, но в такой близости от столицы невозможно жить и процветать, если не уметь изобразить радушие при виде клановых ханьфу. Хозяин поднял на ноги домочадцев, и совсем скоро в очаге полыхал огонь, на столе стоял неплохой чай, а из кухни доносились запахи свежей выпечки. Это не помогало. Охота не позволяла думать ни о чём лишнем, а здесь, в тепле и безопасности, слишком много сорных мыслей вновь стали пробиваться сквозь тонкий слой видимого спокойствия. Вина, подкрепленная непониманием. Обида, тянущая за собой тревогу, и вновь вину. Страх, сродни тому, какой он испытывал в детстве, глядя под ноги с высоты полета, - страх, который невозможно прогнать или оправдать, который уже жил в сердце еще до того, как это сердце начало биться, и не уйдёт до тех пор, пока оно не перестанет. Вэнь Сюй уже забыл, когда в последний раз чувствовал что-то подобное. Пытался запретить себе. Толку - как лавине приказывать остановиться. Как долго можно глушить это всё ночными охотами и вином? Он не знал, не хотел знать, и опасался, что узнать всё равно придётся.
Дом они покинули сразу, как только дождь стал барабанить тише. Хозяин умолял молодого господина не беспокоиться, но Вэнь Сюй оставил ему горсть серебра. И, приказав Сяньхэ выйти за порог первым, объяснил смертному, что от него требуется. Мужчина выглядел весьма сбитым с толку, но заверил, что выполнить любой приказ наследника - честь для него и его семьи.

У него было предостаточно времени, чтобы подумать о том, что он должен сделать. И, конечно, он не думал. Провел время в медитации, иногда отвлекаясь, чтобы бросить взгляд за окно, где дождь непрерывно колотил по листьям и травам внутреннего сада, дожидаясь часа, когда сможет покинуть дворец без лишнего шума - и без лишних людей. Мыслей хватило только на то, чтобы надеть плащ и взять с собой ещё один, способный защитить от стены дождя: ни промокнуть насквозь, ни прикладывать слишком много усилий к тому, чтобы оставаться сухим, не хотелось.
Не хотелось и смотреть на по-прежнему отрешённое лицо Хуншэ. Он остановился по правую руку телохранителя, протянул второй плащ, бросил тихо: "Запад", - и стал на меч.
Дом, который Сяньхэ обнаружил вчера, действительно сегодня был пуст. Он не ожидал ничего иного. Деньги, имя - даже чего-то одного должно было оказался достаточно, чтобы добиться желаемого. И всё равно, подходя, всматривался в окна, думая, не обнаружит ли отблеск огня. На этот случай запасного плана не было. Впрочем, огня тоже не было. Кажется, с самого утра: угли в очаге были мертвы. Вэнь Сюй не стал разжигать новый. Переступив порог, первым же делом поднял руку и с силой нажал несколько точек на своей руке и груди. До того блокировать собственные духовные силы ему ещё не приходилось, но слишком много "впервые" случилось за последние дни, чтобы не было места для ещё одного.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

4

Шаги он услышал издалека и кто идет — почувствовал, как чувствуют солнечные лучи спиной, стоит тому появиться из-за туч. Первого он узнал бы и в толпе с завязанными глазами, по “запаху” золотого ядра, тому следу, что Вэнь Сюй оставляет за собой везде, куда бы ни пошел.
Он считал шаги, сворачивая душу, подставленную слезам с неба, темный тяжелый неразобранный ворох мыслей, чувств и запретов, среди которых было душно, снова стал маленьким, таким, что можно сунуть в карман и рассмотреть позже, потом… быть может, еще удастся разворошить эти угли и посмотреть хотя бы на пепел.
“У меня есть еще три вдоха”, — шаги приближались, и он опустил лицо вниз, с него закапала вода, падая вниз, под ноги.
— Запад, — услышал он приказ, взял плащ из рук молодого господина.

Плащ он надевал уже в дороге, пришлось догонять. Вопросов тоже не стал задавать, памятуя о том, что рассказал Сяньхэ о вчерашней ночной охоте. Должно быть, сегодня его очередь вытаскивать молодого господина из огня. В какой-то мере он даже был этому рад. Охота позволяет отвлечься.
Но как только Первый опустился на землю во дворе какого-то дома, напоминающего гостевой у дороги, сердце тревожно сжалось. Хейчжао лег в ножны, как всегда, еще до того, как ноги коснулись земли, несколько шагов он пробежал вперед, останавливая скорость движения, а затем вошел следом за ним в дом, в котором не было ни одного огонька. Темной Ци здесь не ощущалось, должно быть, это не место для охоты…
И вдруг он увидел, что делает наследник. Выбросив руку вперед и желая остановить, ухватив за запястье, он все же опоздал. Не удержал мокрый от дождя шелк, тот заскользил в его ладони, и последняя точка была заблокирована.
— Зачем, — это даже не было вопросом. Шань Шэ стоял напротив, ухватившись за руку господина и растерянно оглядывал его грудь, злясь на свою беспечность. Теперь пройдет много часов, прежде чем духовные силы восстановятся.
Слишком сильно… слишком сильно сжал пальцы. Он выпустил руку и сделал шаг назад, ожидая ответа.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

5

Вэнь Сюй посмотрел на ладонь, до неожиданной боли сжимающую его запястье, на лицо Шаньшэ, по которому сбегали дождевые капли. Зачем? Разве это не было очевидным? Наследику казалось, что было, но теперь он не исключал того, что ошибается. Опять.
Без духовных сил, циркулирующих по телу, оказалось... холодно. Не до дрожи, тем более, не настолько, чтобы невозможно было терпеть, но неприятно - холод всегда казался Вэнь Сюю чем-то тревожным, противоестественным, почти неприличным. Холод был слабостью, напрочь забытой с тех пор, когда он сформировал золотое ядро. Как только научился осознанно двигать по меридианам огонь. И неосознанно отпускать его на волю, уничтожая всё вокруг - и опасное, и ценное в равной мере. Интересно, ощущали ли жертвы Вэнь Чжулю именно то, что он чувствовал сейчас? Холод, пустоту, усталость. Тщетность усилий выбраться из-под груза того, что невозможно изменить. Если так, то место этого человека было в Огненном дворце, а не около Вэнь Чао. Конечно, силы вернутся, а с ними вернется и пламя. Если не подпускать к себе никого, кроме тварей, то его можно будет вновь не опасаться. Но не сегодня.
- Потому что так правильно.
Возможно, и такой ответ не объяснял многого, был не более, чем частью необработанной породы мыслей наследника. Опять получив руку в свое распоряжение, Вэнь Сюй снял вымокший плащ и бросил на стоящий неподалеку чайный стол. Смотреть на напряженное лицо Змея, пытавшегося не кусать привычно губы, и полагающего, что его усилия совершенно незаметны, не было сил. Отвернулся и отошел, чтобы плотно закрыть дверь. Теплее однако же не стало. Напряг плечи, едва заставив себя не вздрогнуть, потер запястье, как будто это могло бы разогнать по меридианам застоявшуюся энергию. Так правильно - он не мог бы объяснить, но чувствовал, и это чувство было сильнее холода. И так проще. Намного проще не думать о том, что вновь выпустит силу из-под контроля, как будто он - не первый молодой господин и наследник величайшего ордена, а бродячий заклинатель-самоучка или малолетний ученик.
- Я не могу заставить время повернуть назад.
Сохранить тишину было не намного проще, чем бездействовать. В конце концов, он запер себя в этой глуши на целую ночь не для того, чтобы многозначительно молчать. Но начало неподготовленной речи получилось так себе. Он не может, как никто не может. А если мог бы? Готов был бы вернуться и исходить яростью каждый раз, когда Хуншэ пересечется взглядом с Вэнь Цин, не понимая, что происходит? Он хотел бы найти способ стереть из души Змея всю ту боль, которой, казалось, было так много, что она выплескивалась наружу, как вода из моментально переполненных этим бесконечным ливнем дождевых бочек во дворе чайной. Но он всё ещё хотел понимать, видеть до малейших деталей, так, как и обычно в решающие мгновения, так же, как хотел тогда. И, раскаиваясь в том, что сотворил с Хуншэ, он не мог заставить себя жалеть о том, что сделал с самим собой.
- Я не могу заставить тебя забыть.
Продолжение получилось еще хуже. А если мог бы? Готов был бы прикрыть забвением собственные преступления? В этом наследник был уверен еще меньше. Его вина - это его вина. Она не исчезнет просто от того, что пропадет с глаз долой. Оставался один известный способ избавиться от нее, и хотя в нем Вэнь Сюй тоже не был уверен, сделал всё, чтобы ни следа сомнений не отразилось в голосе, когда заговорил вновь.
- Я могу дать тебе возможность свершить месть. Убей меня за все то, за что... - остановился, чтобы не сказать "за что ты ненавидишь меня", напомнить себе, что это всё-таки его собственная вина, и делиться ею он не намерен. - За всё, в чем я ошибался.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Суббота, 6 февраля 01:12)

+3

6

Он заставил себя стоять на месте и слушать, смотреть, до самого конца тех объяснений, что он потребовал. С его стороны это не было просьбой и, тем более, не было приказом, но объяснить свое решение наследник сегодня был просто обязан. Допустив один раз, что ошибался на его счет, Змей уже ни в чем не было уверен, особенно в том, что сейчас может понять всё, как есть: почему тот притащил его сюда, почему заблокировал духовные силы, чего на этот раз хочет добиться? Все до единого предположения могут оказаться ложными, а ошибиться второй раз Шань Шэ не мог.
— Потому что так правильно.
Слова не торопились. Слова выбирались, но всё же, казалось, что их в голове наследника не было вовсе. Первый все ещё колебался в их выборе и не торопился изречь вторую фразу:
— Я не могу заставить время повернуть назад.
Змей почувствовал вдруг, какой холодный воздух в этом доме, когда эта волна, похоже, еще большего отчаяния прошлась по нему.
— Я не могу заставить тебя забыть.
Между этими фразами он будто прожил все те дни, что пришлись на их молчание. В своей голове. Неужели за эти дни он продолжал быть слеп и не видел, что мальчик совсем себя измучил? Он ведь всего лишь хотел защитить свою честь и дать наследнику понять, что огонь может быть разрушительным, если… Если не думать.
А теперь тот надумал слишком уж много и зашел в такие демонически далекие дебри от своего привычного всем состояния, что кровь похолодела.
— Я могу дать тебе возможность свершить месть. Убей меня за все то, за что... За всё, в чем я ошибался.
“Месть?!.. Убей?!”
Аж затрясло. Руки чесались взять и встряхнуть его как следует, но он только сжал руку на мече, привычно пытаясь поделиться с Хэйчжао избытком эмоций. Друг всегда выручал его в этом. Вот так перехватишься, и отпускало. Но сейчас то ли он не восстановился от полученных внутренних ран, то ли ярость был слишком сильна, Хэйчжао захлебнулся в этом потоке и не смог помочь.
Холодная кровь, казалось, начала кипеть, выплеснуть этот гнев или засунуть обратно всё ещё не выходило, и он принялся ходить из стороны в сторону, делая шаг все шире, а движения стремительнее. Как это вышло, тоже не понял. Просто чайный столик развалился в щепы под ударом кулака.
— Вэнь Сюй! — рыкнул он не специально, так вышло, и останавливать себя не стал. — Ты говоришь тому, кто защищает тебя любой ценой, убить?! Ты в своём уме! — Рука потянулась вперед, указывая пальцами в его лицо. — Ты, несносный мальчишка! Я за тебя убивал своих, не сожалея ни о чем, когда ты был совсем мал. Почему ты решил, что я убью тебя самого по доброй воле?! И нет, не потому, что это будет последнее, что я сделаю в жизни перед казнью!
Тот стол он доломал в несколько ударов и замолчал. Кажется, он слегка перестарался. И с мебелью, и со словами. Все еще тяжело дыша, он откинул упавшие вперед волосы за спину, облизал губы. Нужно было занять руки чем-то полезным, или что-нибудь еще такое случится. Никчемное.
Проведя ладонью по лицу и стирая воду одним движением, он быстро собрал самые большие доски, оставшиеся от стола, перенес и свалил их в очаг. Пламя взяло сухое дерево и жадно начало лизать его. Скоро тут станет теплее. Теперь он развязал и сбросил плащ, не глядя, куда тот упал. Одежда была мокрой, но снять верхнее одеяние было бы плохой идеей. Он так и остался стоять, глядя на огонь и сжимая меч в руке.
— Подойди, — теперь он был способен говорить тихо и почти что спокойно. — Расскажи мне, в чем ты ошибался?

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Суббота, 6 февраля 01:49)

+3

7

Рука сжимается на мече - значит, угадал. Значит, именно это и требовалось. Вэнь Сюй сложил за спиной руки, демонстрируя, что он более чем серьезен в своих намерениях, и лишь немного - для того, чтобы не видно было пальцы, если дрогнут. Он не был готов умирать, но мало кто, если признать правду, действительно готов к такому, так что потерпит, как и все простые смертные, одним из которых он сейчас, собственно, и являлся.
Вместо этого вытерпеть пришлось столу. Наследник приподнял бровь. Хуншэ никогда не был склонен к демонстрации собственной силы, убивал тихо, и видеть такое было, по меньшей мере, странно. Страшно - если подумать, что тот мог настолько изменится за какую-то неделю.
Крик едва не заставил его отшатнуться. Никто не смел повышать голос на наследника, а тот, кто смел, не стал бы. Но Змей кричал, и стоило Вэнь Сюю вслушаться в то, что именно он кричал, его брови от удивления поползли вверх, взгляд же напротив упёрся в пол.
- Ты прав, - удивленно, едва слышно проговорил он.
Почему он раньше не подумал об этом? Жизнь первого молодого господина не принадлежит первому молодому господину, это очевидно. Предлагать Хуншэ красть у Владыки бессмертного - неправильно. Что, в таком случае, будет правильным? Сначала Вэнь Сюй решил, что это сложный вопрос, но на самом деле, он вовсе не был сложным. Как бы трудно ни было признавать его простоту. Наследник размышлял над этим, пока Змей доламывал стол. Есть только один способ взять себе то, что ценит отец, и не поплатиться за это. Быть мертвым к тому времени, как тот заметит пропажу.
Он вынул из ножен охотничий нож. При всей очевидности ответа, осуществить месть своей же рукой не казалось такой уж простой задачей. Но ведь он уже нашел этот путь и шагнул на него - всего-то и надо, что дойти до конца. Один удар - он знает, куда бить, чтобы не понадобилось больше одного. Без духовных сил это должно быть... быстро.
Клинок отразил в глаза блик пламени, и Вэнь Сюй понял, что быстро не получилось, что думал чересчур долго. Услышав приказ, он поднял взгляд. И невольно усмехнулся, отвлекаясь от почти оформившегося намерения. Расскажи мне, в чем твоя вина. Змей так и не смог тогда ответить на вопрос, но сам-то он знал. Так и продолжая сжимать нож в кулаке, подошёл к очагу. И всё-таки не сдержал короткую дрожь - тепло огня лишь подчеркивало разлившийся по меридианам холод.
- Ты принадлежишь мне, - здесь произносить эти слова было неловко, к тому же, они как будто вспарывали свежую рану. Но теперь уже по-настоящему признать вину было важно. Правильно. Проще. Можно отвечать, как будто учителю на уроке, посвященном военной тактике. - Точно так же, как я принадлежу тебе. Моя ошибка в том, что я переоценил ценность этого договора для одной из сторон.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Суббота, 6 февраля 03:00)

+3

8

Нож блеснул в руке, и Шань Шэ похолоден снова. Стоило только отвлечься, выплеснуть гнев, затмивший разум и глаза, как наследник решил исправить то, что отказался его слуга. Он буквально кожей почувствовал, что тот собирался сделать, но, к счастью, не решился, и замер, слушая ответ на свой вопрос и глядя на лезвие в руке.
— Ты принадлежишь мне. Точно так же, как я принадлежу тебе. Моя ошибка в том, что я переоценил ценность этого договора для одной из сторон.
Одним быстрым точным движением он перекинул ножны в правую руку, левой перехватил запястье Сюя и вывернул кисть, заставляя пальцы разжаться и выронить нож. С глухим стуком тот упал на пол, и Змей откинул его сапогом в сторону, руки при этом не выпуская, только перехватил удобнее, так, чтобы случайно не сломать, и рванул к себе. Не для того, чтобы сдвинуть с места, а чтобы отрезвить.
— Мы с тобой связаны. Умрешь ты, умру и я. Только вряд ли мне подарят быструю смерть, — видеть глаза наследника сейчас — самое важное. Попадают ли слова в разум или пропадают в бездонном колодце самовлюбленности? — Ты думаешь о последствиях своих решений или опять делаешь только то, что пожелаешь? Ты дал мне выбор или взял то, что считаешь своим по праву рождения, совершенно не заботясь, награда это или наказание? Быть может, ты и деву Вэнь привел не для того, чтобы унизить меня перед ней, чтобы моя к ней симпатия обернулась для меня позором? Признайся мне… ну же.
Пальцы устали вцепляться в ножны. Он выпустил правую руку наследника и сунул меч в рукав цянькунь, все еще внимательно наблюдая за ним. Не может быть....
— Значит, этот разговор об отравлении… Ты и вправду не заметил, что повредил мои каналы? — уже более осторожно он ухватился за его плечи двумя руками. — Не замечаешь, как это происходит, не привык думать… До каких пор ты будешь оставаться ребенком? Ты ведь уже достаточно взрослый, чтобы понимать такие вещи…
Гнев начал сворачиваться, принося взамен непонимание. Всё казалось таким ясным до этого момента. Но выходит, он опять ошибся в нем, теперь даже трудно было сказать, что выглядит хуже.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

9

Боль без духовных сил тоже казалась сильнее, и разжав пальцы, Вэнь Сюй тихо зашипел. Нож полетел в сторону, сводя на нет все его попытки собраться с силами и поступить наконец правильно.
- Тогда забирай живым, - выдохнул он словами сгусток безнадежного отчаяния.
В то, что Змей, если захочет, не найдёт способа уйти от наказания за чужую вину, он не верил, но мысль сесть и вместе разработать план идеального убийства наследника клана не вдохновляла. Шаньшэ она, похоже, тоже не интересовала, вместо этого он сыпал вопросами, на которые Вэнь Сюй мог ответить только.
- Что?
Делал, что пожелал, взял то, чего хотел? Вот, оказывается, как это выглядело со стороны Змея. Вот оказывается, какому человеку он служил всё это время: человеку, который только и ждёт случая унизить и обречь на позор того, кто прикрывает его спину в бою? Даже худшие, самые оскорбительные слухи, которые распространяли враги ордена не скатывались до подобного. Услышать же такое от кого-то из клана, от того, кто знал его с детства... Казалось, что знал. Ещё одна ошибка? Чья на этот раз? И долго ли ему выслушивать обвинения, не имея возможности ответить, объяснить, да хоть бы и оправдаться? Вэнь Сюй со злостью сжал руки в кулаки.
- Это нелепо! В один день Хуншэ исчез, оставив вместо себя кого-то, кого я даже не знаю. Конечно, я хотел найти его и вернуть. Хотя бы понять - как я мог понять, если ты молчал? Я привёл Цин-эр потому что верю ей. Потому что ей, как мне, не всё равно.
Потому что сестра, хоть и не по своей воле, оказалась связана с обоими и вплетена в этот ком узлов. Потому что открыть своё беспокойство, опять продемонстрировать слабость кому-нибудь другому наследник не мог. И ей не стал бы, если смог бы сдержать его. Но неизвестность выматывала. Время уходило по капле. Думать, что Вэнь Шаньшэ отравили, было абсурдно, но ни за что другое просто не получалось ухватиться. Если бы с самого начала знать, чья вина, если бы знать еще раньше и не допустить. Мысли, которые и без того гнили в голове в эти дни, отравляя собой всё вокруг, вновь напомнили о себе, срывая покрывшую их тонкую корку.
- Ты должен был остановить меня! - он помнил поцелуй, помнил ответ, но нет, вновь не то, вновь он пытался делить неделимое и переложить часть ноши на чужие плечи. Он должен был остановиться сам. Вернее, не должен был начинать. Но если Хуншэ действительно думал, что всё это сделано намеренно, ради того, чтобы уничтожить, унизить, покрыть позором и присвоить как вещь... Вэнь Сюй устало провел по лицу ладонью. - Да кем ты вообще меня считаешь?..
Руки на его плечах были тем теплом, которого так недоставало, но нельзя было привыкать. Привыкнешь - не захочешь отступать. Поверишь, что это и в самом деле принадлежит тебе. Не заметишь, что по праву силы просто берешь то, чего желаешь.
- Я не заметил, - поднял лицо и покачал головой, - многого.
В первую очередь, в себе самом. Чтобы заметить, пришлось вдребезги разбить что-то важное, ещё и полить осколки огнём для верности, чтобы точно нечего было склеивать. Он отступил на два шага - дальше от треска огня, ближе к треску дождя. Можно было бесконечно выслушивать наставления и так же долго удивляться тому, как он мог до такой степени утратить над собой контроль. Можно было вспоминать, что нет ничего плохого в том, чтобы хотеть большего, и тут же опровергать наглядным примером. Можно - хотя первому молодому господину с детства не хватало терпения на долгие беседы. Но это никак не изменит прошлого, да и едва ли повлияет на будущее, значит, пора, не обманываясь теплом, перейти к решениям. Урок, как бы дорого он ни обошелся, усвоен. Ни одно из предложений не принято  Последнее, что мог дать наследник своему Змею - обещание.
- Я не ребенок, и я больше не побеспокою тебя своими... ошибками. Вернись. Не могу потерять тебя. Только не так.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

10

Нет, он не смог отмахнуться от воспоминаний о том вечере, когда наследник привел Деву Вэнь в его покои, чтобы узнать, в чем дело. Всего один день без привычной улыбки, постоянного зоркого присмотра, взгляда, обращенного на подопечного, и тот ударился в панику? Поверить было трудно, но ведь и себя со стороны он не видел… Неужели он настолько отвратительно выглядит, когда внешне никак не проявляет своей привязанности к нему? А только то, к чему привыкли другие, или не привыкли, то, что, вероятно, рождает страх в их сердцах — холод в его взгляде…
— Ты должен был остановить меня! — прозвучало как отрезвляющая пощечина. Шань Шэ вскинул взгляд, глядя, как нервно ладонь стирает с лица Сюя раздражение. — Да кем ты вообще меня считаешь?..
Раньше все было просто, теперь усложнилось так, что слетели все привычные рамки, забыт этикет, пренебрежение даже к расстоянию, принятому для разговора. Пальцы сжимают крепкие плечи наследника слишком сильно, опять... слишком.
Слишком много эмоций, и он все еще не может контролировать их, он выпустил его из рук, как только тот пожелал отступить, и тут же пожалел об этом. Осталась пустота, горечь потери, ошибки, которую он совершил, которой дал совершиться. Ошибки ли...
— Я не заметил, многого.
Сюй покачал головой, поднял взгляд, и сердце заныло. Что это, извинения? Сожаление, признание вины?
— Я не ребенок, и я больше не побеспокою тебя своими... ошибками. Вернись. Не могу потерять тебя. Только не так.
Просьба… не приказ. Наконец, в этом сердце родилось сомнение в своей правоте, что повлекло за собой сомнение в его собственной. Да, он старше, он должен был…
— А как? Как можешь? — лицо дернулось, выбрасывая кривую улыбку, едва ли не впервые за все это время. Дернулось что-то внутри, пониже груди, будто вставая на место, как вывихнутый сустав, с болью, принося облегчение, и дыхание сорвалось. Это должно быть шуткой, но возможно выглядело нелепо. Слова, слова… слишком много слов, но они важны. Один длинный шаг покрыл расстояние, что их сейчас разделяло. Он сделал это спонтанно, не отдавая себе отчета в том, что будет делать дальше, схватил в объятия как самое ценное, что у него есть, и прижал к себе, слушая, как бьется сердце.
— Ты не заметил многого… Как и я, — наконец, мысли появились в голове и смогли облечь себя в слова. — Я должен был остановить тебя, да. Но ты был так счастлив, что я не посмел… это разрушить. Что я? Я всего лишь слуга, и должен быть тебе полезен. Разве не так? Разве не этого ждут от меня? — он отстранился, чтобы посмотреть в глаза Сюя, так близко, даже слишком. — Скажи мне, кем ты хочешь меня видеть?
Холод уже не пробирался под кожу, спину грел теплый воздух очага, и это было приятно, но, должно быть, молодому господину сейчас было очень холодно. Отчаянно захотелось снова прижать к себе, согреть и успокоить, что он и сделал, пропуская тепло через ладони и привлекая к себе еще сильнее.
— Каким ты хочешь видеть меня?

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

11

- Только если нами закусит черепаха-губительница, на меньшее я...
А в самом деле, как? Бессмертие бессмертных было величиной весьма относительной. Хуншэ мог погибнуть на ночной охоте, или защищая его самого. Вэнь Сюй не хотел думать, как это могло бы случиться. К чему спешить с болью? Были и другие способы потерять. Например, Вэнь Цин. Если Змей хотел получить её, если она не возражала, возможно, ему самому следовало бы просить отца позволить этот брак. Это было бы... честно? Пожалуй, именно так. Готов ли был он к этому? Вэнь Сюй так и не смог ответить на вопрос, и не смог поддержать ухмылку, но через мгновение это стало и не нужно, потому что его - знакомо - сжали руки Хуншэ. Сердце подпрыгнуло куда-то в горло и стало биться уже там. И его лишь подстегнуло напоминание о том, с чего всё и началось - дыхание чаще и не получается выровнять. Это что, испытание? Проверка того, сможет ли он сдержать обещание? Наследник с трудом сглотнул, чтобы заставить пересохшее горло слушаться.
Змей говорил что-то совершенно невообразимое. Да, у каждого из них было своё место, кто-то назывался слугой, кто-то - учителем, кто-то - командующим, кто-то - наследником, у каждого был свой собственный долг перед кланом и друг перед другом, но разве это приговор? Разве не пытался он освободиться от этих колодок на время, произнося "шисюн"? Он пытался сказать так много... Каждым словом, взглядом, прикосновением. Может быть, именно в этом и заключалась ошибка: он пытался - вместо того, чтобы сказать. Почему Хуншэ вдруг решил, что сегодня у него получится лучше, прощеи понятнее? Надо было собраться с мыслями и попытаться.
- Тем, кем ты был всё это время. Частью меня, - Вэнь Сюй привычно нахмурился и со злостью на своё косноязычие облизнул пересохшие губы. Что он опять несет... - Я хочу, чтобы ты был рядом. Настолько близко, насколько ты этого захочешь.
Наследник взглянул исподлобья, пересекаясь взглядами так, что те, казалось, зазвенели, и, повторяя жест Хуншэ, положил ладони на его плечи и сжал пальцы. Тепло растекалось по телу от удерживающих его рук. Отдавать всё и получать взамен ещё больше. Получать у Вэнь Сюя всегда выходило неплохо, а то, что он отдавал, причиняло боль и оставляло за собой пепел, так что сейчас он был даже рад, что не может отдать вообще ничего. Ничего, кроме того, что уже отдал.
- Что бы ты ни выбрал, это не отменит, - ну вот, слова опять подводят, и вместо того, чтобы повторить "я принадлежу тебе", складываются в неуверенное, - того, что было сказано.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]
Это значит, моя слабость сейчас пройдёт.
Это значит, что горят за спиной мосты.
Это значит, надо мной больше нет господ,
Даже если я знаю, что это
Ты.

+3

12

Наследник хмурится, так привычно, но по-новому, сердится, но теперь не на тех, кто вызывает в нем раздражение, а похоже что на себя.
— Тем, кем ты был всё это время. Частью меня. Я хочу, чтобы ты был рядом. Настолько близко, насколько ты этого захочешь.
“Ты”, — зазвенело эхом, крадучись подобралось и напало сзади. Он не был готов к такому. Не мог предположить, что Сюй способен подумать и о его желаниях тоже. Так мучительно отозвалось внутри, словно заныла старая рана, недолеченная когда-то. Никто никогда не думал о том, чего хотел он сам. Кроме Владыки, конечно, да и то, желания свои он выгрызал через жертвы и боль, пусть и добровольно. Он не знал другого пути, и вот теперь… ему просто позволяют выбирать. Пальцы сжимаются на его плечах нервно, словно хотят удержать от любого порыва, или только так кажется? Кажется. Сюй не договорил.
— Что бы ты ни выбрал, это не отменит… того, что было сказано.
Неуверенность в голосе, едва ли не впервые он слышит такое. Мальчик, который вырос на его глазах, которому он и не был в полной мере наставником никогда, не мыслит его потерять. И боится потерять. Теперь и только теперь это очевидно настолько, что хочется разломать еще один стол с досады. Почему он был так слеп по отношению к нему раньше?
— А что было сказано? — Руки тянут это беспощадное, огненное, но сейчас полыхающее раскаянием и такое ранимое, к себе, держат крепко, вместе с тем бережно прижимая к груди. — Не отвечай. Слишком много всего случилось… Нет, ты уже не ребенок. Ребенок не смог бы взять на себя ответственность за свои поступки. — Рука скользнула вверх и легла на затылок, запуталась во влажных волосах. — Ну, довольно нам выяснять, кто виноват больше. Оба хороши… Надо согреться, сядь к огню, я осмотрю дом.
Отпустить было… трудно. Отпускать не хотелось, хотелось совсем другого, с такой силой, что стоило бы очень хорошо подумать, прежде чем дать своим желаниям жизнь.
Потому он разомкнул руки, бросился собирать остатки дерева, разбросанного по полу, чтобы кинуть их в очаг.
— Это гостевой дом? Не похоже, но кто-то же здесь живет… — то, что он должен был сделать немедленно после захода, он сделал только сейчас. Непростительно. Взгляд скользнул по лестнице, деревянным колоннам, поддерживающим свод второго этажа по периметру, заглянул во тьму потолка по центру. — Поищу приличную комнату, где есть очаг. Нужно просушить одежду. Есть ли здесь вода или вино, хоть что-то… — последнее он говорил себе под нос, уже поднимаясь по лестнице наверх и прислушиваясь к звукам.
Промочить горло бы тоже не помешало. И вообще, это первое, что он сделает, когда вернется и будет возможно. Напьется как следует.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

13

Сказано слишком многое, чтобы ещё и повторять. Получил бы свой ответ - тогда мог бы и ещё раз сказать, уже не словами - слова выходили неправильные, слишком уж напыщенные, громоздкие, неуместные. Но до тех пор, пока однозначного  ответа не будет, обещание Вэнь Сюй намеревается держать. Хуншэ не торопится отвечать. Если не считать ответом ладонь, которая ложится на голову, заставляя вздрогнуть не от холода, от очередного "никогда раньше". Если не считать ответом взгляд. Но наследник ничуть не менее упрям, чем его Змей, и хочет услышать. Что-нибудь куда более однозначное, чем раньше: доверять себе в толкованиях он перестал теперь надолго. Так что, подчиняясь, тоже разжимает пальцы.
- Сегодня здесь никого нет, - оглашает он очевидное. Объяснять то, как этого удалось добиться, Вэнь Сюй не хочет. Способ ненадёжный, он понимает и сам, но казался вполне приемлемым, и сработал ведь. В конце концов, если понадобится, чайную можно сжечь, уходя. Оставить, быть может, больше денег на пепелище - интересно, сколько будет достаточно, чтобы хозяева убрались искать счастья где-нибудь в другом месте, и продолжали молиться за благополучие всего клана в целом и первого молодого господина в частности? Хотя, для этого придется подождать до утра. Меч, которого он бегло касается пальцами, не отзывается. Когда восстановятся его духовные силы, Вэнь Сюй тоже наверняка не знает, но полагает, что до рассвета должны. А остальное - пусть идёт так, как идёт. Стратегии и планы он оставляет на случай войны, во всех других предпочитая импровизировать.
Например, соорудить импровизированный стол, пока он настолько бесполезен, что не может даже зажечь талисман. Это его порядком раздражает, и он он предпочитает занять себя делом, чтобы не сосредотачиваться на этом временном неудобстве. На кухне находятся крупы, яйца, котел, но на всё это первый молодой господин смотрит скорее с недоумением. Он, конечно, знает, как не умереть от голода в походных условиях, но не уверен, что голоден настолько, чтобы утруждать себя.
Другое дело - чай. Чая в чайной должно быть много. Пока ищет, Вэнь Сюй обнаруживает и где хозяин хранит вино. На этот раз не утруждаясь чашами, пьёт из кувшина. Кривится - на вкус могло быть и лучше - но вино крепкое, согревает. Он выбирает лучший чай - наверняка тот же самый, что им подавали вчера - греет воду, омывает лист. Таким во дворце заниматься не приходится, поэтому он почти уверен, что вместо вполне сносного напитка получит сомнительное варево. Но оно хотя бы будет горячим. В который раз поражается стойкости смертных, которые не просто выживают, спасаясь от холода такими сомнительными методами, но ещё и не пытаются изыскать хоть какой-нибудь способ для того, чтобы учиться и самосовершенствоваться. Снова пьёт - обычно это не берёт его так быстро, но сегодня голова кружится сильнее, дождь лупит в ставни задорнее, даже огонь становится теплее. И чай - демоны, он совсем забыл про чай... К тому времени, как наследник слышит за спиной шаги, чашки наполнены парящим отваром, и один кувшин уже пуст.
- Чай или вино, - оборачивается он. Чайная поворачивается следом. Даже полная недееспособность теперь кажется отчасти забавной. - Не уверен, что отвратительнее.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

14

— Сегодня здесь никого нет, — слышит он вдогонку. Хотелось бы верить, что так, но в его правилах не бывало исключений, а позволить себе беспечность Сюй может только при надежной защите со спины. Уж не пошел ли он в отца, все так же забывающем о ней? Возможно, в этом есть и часть его вины — наследник знает, что он в надежных руках, и забывает об осторожности.
“Частью меня”, — слышится снова. С тех пор, как они вместе, так и есть. С тех пор, как они вместе, всё иначе, и его жизнь стала частью жизни Первого. Они сплавлены и перемешаны в одном огне.
Он обошел верхний этаж, оставляя на каждом окне талисман. Если кто-то потревожит эту полоску бумаги с символами, талисман известит об этом заклинателя, и войти в дом незаметно не получится. Одна из комнат здесь явно принадлежала хозяину и его супруге. Мебель была простая и старая, но достаточно прочная, чтобы не сломаться от… Шань Шэ зажмурился, снова открыл глаза и отвел взгляд от кровати. Не думать об этом не выходило. По счастью, хозяева оставили небольшой запас дров рядом с очагом, и на ночь его должно было хватить. Приложив талисман к окну, он зажег пламя, посмотрел, как весело взялись поленья. Скоро сырость уйдет из комнаты, и станет достаточно тепло, чтобы наследник не чувствовал недостатка огня до самого восстановления духовных сил. Огня должно хватить…
Вниз по лестнице он спустился неторопливо, ступая тихо и думая о том, как быть дальше, запер дверь на засов, повесил талисманы на нее и все окна внизу, не пропустив ни одного. Так у него будет время, если… если хоть что-то пойдет не так, как задумано. Сюй был чем-то занят, и, подойдя к нему ближе, он понял, — тот нашел, чем отвлечься от бед.
— Чай или вино. Не уверен, что отвратительнее.
И заварил чай… И даже успел немного повеселеть.
Шань Шэ, наконец, позволил себе смех, поначалу тот звучал странно, но потом он улыбнулся свободно и широко, будто от сердца отлегло. Отлегло ли?
— Я попробую и то, и другое, — чаша еще горяча, и чай вышел слишком терпкий, но похоже, сейчас такой и нужен. Холод в самых кончиках пальцев сменяет огонь, остужает напиток. Это незаметно для стороннего наблюдателя и длится не так уж долго, но теперь его можно выпить залпом, не боясь обжечься. На столе четыре кувшина, и один уже пуст. Змей обернулся, чтобы взглянуть на наследника, приподняв бровь, и откупорил еще один.
— Мы не во дворце. Сойдет.
Рука сжалась на горлышке кувшина, стоило только подумать о том, чтобы обнять его снова. Обнимешь, и не сможешь ничего больше сказать. Но надо.
— Дева Вэнь… — начал он и запнулся, сделал два больших глотка. Вино и правда было не очень, но это сейчас не имело значения. — Я не хочу, чтобы она встала между нами. Даже если мы оба… — не договорил снова, обвел взглядом потолок. — Она смотрит на меня глазами младшей сестры, и этого не изменить. Неважно, что думаю я, ее желания важнее… Теперь придется ее навестить и успокоить, убедить, что все в порядке. Надеюсь, ты понимаешь…
Еще глоток из кувшина пошел в ход, прежде чем он поставил его обратно на стол.
— И еще одно, — сказать такое отчего-то трудно, аж язык становится тяжелым. Он никогда не уходил от своей вины, но сейчас она была как камень. Не потому ли, что касалась слишком важного, ценного? Рука протянулась к щеке наследника, пальцы проехались по скуле, виску, заплелись в волосы снова, теперь увереннее. — Прости… Я не разглядел твоего сердца за твоими поступками. А должен был, ведь я знаю тебя лучше, чем кто-либо…
Осталось еще одно, и это нужно сделать, и нужно сказать. Правая рука скользит из рукава, лезвие охотничьего ножа, что он подобрал с пола, скрывается в ножнах на поясе наследника. Теперь вторая рука свободна, и он может протянуть её к желанному.
— Обещай мне, обещай, — пальцы скользят по плечу к шее и дальше, вновь привлекая к себе, — что не посмеешь отнять у себя жизнь. Твоя жизнь… принадлежит… не тебе.
“Мне!” — хочется выдохнуть в самое ухо, но решиться на это невозможно. Невозможно спорить с Солнцем.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

15

То, что улыбка - нормальная живая улыбка, а не еле выдавленная ухмылка - возвращается на лицо Змея, Вэнь Сюй считает своей победой, за которую можно и выпить. Но кувшин уже пуст, так что рука тянется за чаем. Ладно, не так плохо, как могло было быть - и в самом деле, не во дворце, не на что жаловаться. Зато слишком горький чай компенсирует отсутствие незаметного, но пристального внимания слуг, стражи и прочих.
Вэнь Цин появляется третьей за чайным столом так неожиданно, что Вэнь Сюй мгновенно сжимает в руке чашку. Но это не полупрозрачный дворцовый фарфор, а сил у него в пальцах теперь ровно столько, столько заработал, тренировками с мечом и луком, так что чашка геройски выживает, и только чай выплескивается на закрытую ладонь. Наследник встряхивает кистью - горячо - и берет вместо чашки ещё один кувшин. Так оно удобнее.
- Если ты говоришь это не ради красного словца, и её желания действительно важнее, - наследник отпивает из кувшина, потому что без этого такой разговор точно не заладится, - не дури и узнай их сначала. Или чужие ошибки совсем ничему не учат?
Выступать советником в нежных чувствах, тем более, для Змея, тем более, в отношении сестры - такого он и в бреду себе не вообразил бы. Вэнь Сюй не представляет, для чего Хуншэ говорит об этом, не иначе как проверяя на прочность или решив всё-таки совершить предложенную ему месть, только куда как более изощрённым способом. Но он думает, что в состоянии вынести пару таких ударов, особенно с поддержкой вина, которое теперь не кажется таким уж кислым. В конце концов, чем эти двое будут годами угадывать, кто на кого какими глазами смотрит, пусть бы уже разобрались поскорее. Что может быть хуже неопределенности и ожидания?
Он думает, что должен добавить что-нибудь еще. Например, что он понимает. Что ему хватит проклятого понимания и терпения знать, что Шаньшэ где-то там успокаивает Цин-эр, как умеет. Он не говорит ничего. Не находит слов, которые не были бы ложью. Разве не достаточно того, что он готов отступить? Делать вид, что отступление дается просто, он не обязан.
"И еще одно" чуть было не заставляет Вэнь Сюя закатить глаза - на еще один дружеский совет его мудрости точно не хватит. Но "еще одно" оказывается о другом. О прикосновении, о взгляде, о пальцах, перебирающих его волосы. Ничего другого он услышать и понять не в состоянии, больше думая о том, как сдержать вновь почуявший пищу огонь, стекающий вдоль позвоночника. Теперь уже он сам готов не-спрашивать: "Зачем". Но продолжает молчать. Только на мгновение прикрывает глаза и медленно выдыхает. Ведь уже заставил себя поверить, что стерпит, если Хуншэ решит назвать себя его другом или, быть может, братом. Рука Змея скользит к поясу... нет, не к нему, разумеется, а к ножнам, чтобы вернуть на место нож. Вэнь Сюй думает, что, так и быть в другой раз не станет разменивать свою-не свою жизнь, в вот его, Змея, мог бы убить, хоть прямо сейчас. Прижимает ладонь Хуншэ к своей шее, то ли прекращая совсем не братское, то ли намереваясь продлить его, насколько возможно.
- Шисюн принял решение? - улыбается, но произносит с едва скрываемой яростью. - Или просто пробует себя в пыточном деле?
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

16

Вэнь Сюй мог заблокировать свои духовные силы, но заблокировать свою натуру, свой характер… Как? И улыбка, и гнев, — оба вместе вопросом на просьбу, полоснули по уху. Проехались чуть не по сердцу ножом.
— Шисюн принял решение? Или просто пробует себя в пыточном деле?
Он ждет. Чего? Своего наказания? Расплаты за ошибку? Решения?
“Тогда забирай живым”, — слышит он снова и снова повтором в голове. Ждет и все же боится.
— Шиди нетерпелив, и не дает сказать, как сильно он… дорог, — выпустить было нужно, как и не повысить голоса на этот раз, сделать шаг назад, чтобы следом, сцепив пальцы рук, потянуть за собой. Раз хочет быстрее покончить с тем, чего ждет от него, не стоит оттягивать неизбежное. Только поднимаясь наверх по скрипучей лестнице, он снова начал улыбаться с легким сердцем. Он всегда любил этого мальчика, просто теперь… тот стал ближе, и, если готов стать еще ближе, то больше нет ничего, что встало бы между ними. Шань Шэ оглянулся через плечо, ловя взгляд Сюя. Если, конечно, не передумает. Сможет ли тот вообще расслабиться?
Трудный выбор. Одно Змей знал точно — он снова почувствовал себя живым.
Поворот на верхней ступени, несколько шагов в темноте в сторону отсветов огня, бьющего из очага в комнате, танцующего пятнами на деревянном полу, и вот уже его Сюй прижат к дверному косяку спиной, а губы его так горячи. Терпкая горечь чая и вина только оттеняют желанный вкус, хочется смаковать его еще и еще, но… молодость нетерпелива, молодость хочет иного.
Вместо слов, Змей оторвался от него, скользнул в полосу света и потянулся к поясу. Там, в небольшой сумке он всегда держал кунжутное масло и кусок шелка, чтобы очищать клинки. Сегодня оно пригодится совсем по иному поводу.
Снять пропитанное дождем мокрое и тяжелое верхнее одеяние было почти приятно, повесить его на простую ширму — необходимо, пусть просохнет до утра, меч сейчас не был нужен. Кожаные наручи сняты и определены на потертый временем диван напротив кровати, чтобы были на виду. “Клыки” — вот и все, что может пригодиться на случай, если какой-то безумец решит напасть на наследника. Теперь, когда все необходимое было сделано, он мог забыть обо всем, кроме одного.
— Я возьму то, что ты отдашь мне, — притянуть к себе снова было невероятно жгуче восхитительно. Ни одна женщина не сравнится с этим. — Но не раньше, чем ты сам согласишься.
Медленно рука погружается в волосы, медленно оттягивает их назад. Впиться голодными поцелуями в губы, в шею — настоящее безумие, которое совершенно не хотелось останавливать. И как он раньше был так слеп к своим желаниям…

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

17

Змей жесток, и пытка неизвестностью продолжается. Наследнику возразить нечего - заслужил. Он принимает это наказание, принимает необходимость ждать, не торопиться, услышать всё, что должно быть сказано, пройти столько, сколько необходимо - от поворотов и выпитого всё вокруг опять начинает вращаться - оказаться прижатым... Хотя нет, это не продолжение пытки, это уже то, чего он добивался, и если это не однозначный ответ, то Вэнь Сюй и вовсе не знает, что таковым считать. Ждать больше нет необходимости. Он возвращает поцелуй и подаётся вперед, чтобы забрать ещё больше. Раздражающая невозможность воспользоваться духовными силами неожиданно обращается во благо - он может отпустить себя, не думая о том, что вновь навредит, и пользуется этой слабостью сполна, погружаясь в глубины этого момента, забывая обо всём остальном.
Змей забыть не даёт. Отвлекается, чтобы снять оружие, дает время отложить и своё и сбросить одежду. А может быть, и ещё раз подумать о том, что происходит, но если так, то это - лишь пустая трата. Мысли не имеют никакого отношения к этим минутам, к огню, с хрустом пожирающему дрова в очаге, к водовороту в голове и пьяной легкости в мышцах. Неделю назад Вэнь Сюй почти выучил, что значит "так нельзя", но теперь-то всё по-другому, поэтому так можно, поэтому так правильно. И позволить вести себя вместо того, чтобы привычно взять контроль в свои руки - правильно тоже. Необычно - но наследник уже сбился со счёта новых открытий. Он умеет подчиняться не хуже, чем командовать, пусть обычно ему не приходится использовать это умение - ну что же, вот оно и пригодилось, не зря учили. Сегодня Хуншэ держит контроль в своих руках - держит слишком крепко, слишком приятно, чтобы возражать.
Первый молодой господин, не отводя взгляда от глаз шисюна, приподнимает в улыбке губу и ждет распоряжений, но вместо них получает...просьбу? Из горла вырывается короткий смех. Может быть вот оно - именно то, что он сам должен был произнести неделю назад? Просто не понял, просто слова вырвались совсем другие. Наследник не знает, зачем повторять то, что уже столько раз сказано, но он повторит, если его Змей хочет это услышать.
- Бери всё.
Брать, отдавать - разве это не одно и то же? Разве важно, как именно? Если ты уже отдал с потрохами душу, не глупо ли торговаться за тело, особенно когда оно само давно требует прекратить торг?
Меридианы всё ещё спят, но огонь из крови не исчезнет, пока хоть одна капля этой крови останется. Он и прокатывается под кожей, задевая каждый цунь тела, когда губы касаются горла. Слишком медленно. В таком огне не сгоришь, но с ума сойдешь. Вэнь Сюй готов и к этому - он спятил тогда, когда сделал первый шаг на этом пути, так что хуже не будет. Он не закрывает глаза, наслаждаясь тем, как его сумасшествие смешивается с вихрем, в котором шатается мир. Он забывает о холоде и с удовольствием ловит кожей всполохи огня из очага, которые кажутся прохладными рядом с другим огнём. Он протягивает руки, обхватывает ладонями шею Змея, сцепляет на его затылке пальцы в замок и с силой приближает к себе - даже смешно, что из-за роста приходится тянуться, чтобы приблизиться к его уху, чтобы не позволить словам улизнуть и раствориться в воздухе.
- Бери, если не боишься.
Он может позволить многое. Он может позволить всё. Но только не страх.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

18

— Бери, если не боишься, — слышит он, и огонь, сила которого неизмерима, вспыхивает внутри озер и поднимается вверх, грозя превратиться в пожар, пожирающий разум, будто он выпил не три глотка вина, а все три кувшина. Нет, он никогда не боялся брать, но сейчас ценность того, что в его руках так велика. Не для кого-нибудь, для него самого. Последнее, что остается трезвого — мысль о том, что вот они оба здесь, и больше нет ничего, что может остановить их на этом пути. Ни боли, ни унижения, ни груза ошибок и молчаливых попыток найти равновесие. Как мало нужно, чтобы его вернуть? Просто решиться на разговор, решиться уступить…

Сюй с силой тянет его к себе, давя на шею, в его пальцах —  нетерпение, но сегодня от той боли, что оно причиняет, не осталось и следа. Нет ни малейшего следа возмущения, нет больше и страха, о котором он упомянул. Если Сюй не боится, незачем бояться за него. И всё, что сейчас нужно — отдаться пламени этих чувств, что поселились в душе, скормить им все опасения и сомнения, пусть горят! дать новую жизнь этой связи длиной в двенадцать лет. И всё же Шань Шэ почувствовал себя похитителем чужого сокровища. Как когда-то очень-очень давно… Сейчас “сокровище” горело в его руках, требуя всего и сразу, и само желало стать его собственным.

Длинная одежда в порыве желания брошена на кровать, и та и другая, закрывает хозяйские одеяла, и пусть впитала влагу, нет времени думать о том, подушки разбросаны по полу. В другой раз он найдет место получше, сейчас придется довольствоваться чужой кроватью. Его мальчик оказывается на ней в распахнутой уже нижней куртке, нетерпеливо избавляется и от его собственной. Другой раз будет, в этом Змей не может сомневаться. Теперь они так просто друг друга не отпустят.
Остатки одежды и сапоги летят в разные стороны, вызывают неловкий смех подрагивающие пальцы. Придавить горячее сильное тело, вдавить в мягкий шелк одеял, и впиться губами в шею и плечи снова оказывается почти ударом о воду, если прыгать с большой высоты — обжигающее погружение с головой, а можно и не всплыть. Всплывать и не хотелось, а только утонуть, погрузиться на самое дно, напиться этой страсти до пределов, если бы они нашлись.
Нет, он не будет щадить его, но не будет и калечить. Брошенное на кровать масло нашлось не сразу, а пущенное в ход, облегчило ему задачу и помогло вновь забыть о том, что кроме этих чувств и сплетения тел есть еще хоть что-то в мире. И еще стука тяжелых капель дождя за окном… Нет смысла удерживать того, кто не желает сбегать, но ухватится за запястья и прижать их над головой сейчас особенно приятно, пока тело движется в своем ритме, в неторопливом удовольствии, или жарком наслаждении в свое время. И только в последний момент обвить руками и прижать к себе, падая на бок, хоть и не возвращаясь в ощущение реальности, — что может быть лучше, чем это? Дыхание рядом, стук сердца, кожей ощущаемое успокоение духа. Будто эта ночь записана на небесах.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Среда, 10 февраля 14:42)

+3

19

Наконец-то все опоры выбиты. Наконец-то всё кувырком летит с самой высокой горы и в самую глубокую бездну к демонам. К демонам правила, страхи и запреты, кто их только сочинял... Тот, кто делал это, не знал, что такое жить. Жизнь, как пожар, как паводок, как ураган или горный обвал, не умеет оставаться в берегах. Скрыть можно - нельзя остановить. Теперь уже нельзя остановить, и хвала небу. Нет, небо ни при чём, небо само предпочло зажмуриться и прикрыться дождём. Глупое, какое же глупое небо.
Предусмотрительность Хуншэ вырывает из груди новый приступ смеха, только вот он быстро захлёбывается в боли, которой Вэнь Сюй не ждал. Он глотает воздух, и выдыхает через зубы - то ли шипение, то ли имя.  Пока ещё руки свободны, сжимает их на плечах Хуншэ, желая чувствовать это тело ещё ближе, потому что своим, а потом просто сжимает кулаки до отметин на ладонях, чтобы добавить к этой боли ещё немного, чтобы распробовать на вкус ту самую свою ошибку. Она оказывается пряно-сладкой, аж до горечи, с привкусом пламени и послевкусием вина - не того, поганого, которое пил только что - нет, только самого лучшего. Хороша. Но, как ни старается, не может ощутить в этом вкусе ни следа унижения, наказания и позора, ни оттенка прочего пепла, о котором говорилось. Ни тени желания - ты должен был - остановить. Он не понимает, то ли это с ним что-то не так, то ли наоборот, правильнее некуда. Но и эта мысль, как и прочие, не находит сил задержаться надолго. Растворяется в ритме, в разливающейся по телу упоительной беспомощности, в чувстве, которое не требует объяснения. В человеке, который наконец именно так близко, как и должен быть человек, с которым делишь всё, и даже ту женщину, которая в мечтах одна на двоих. В силе, которая не течет привычно по меридианам, но всё равно заполняет собой всё, переполняет собой всё, наваливается грузом и сжимает - нет, это просто руки, просто объятия, когда они заменили собой всё, непонятно. Не важно. Это закончится, оставляя за собой неразрушимую печать, которая скрепила тот самый договор. Договор, условия которого теперь приняты и неоспоримы.
Вэнь Сюй поворачивает голову, чтобы видеть лицо Змея таким. По одному извлекает из памяти обрывки этого вечера, рассматривая их. Хочет многое сказать и что-нибудь спросить, но, как это с ним постоянно бывает, не может найти в запасе ни одного подходящего слова. Хотя одно всё-таки находит. В ответ на то, что всё ещё требует ответа, вкладывая всё несказанное, он закрывает глаза, откидывает голову и улыбается тихо:
- Обещаю.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

20

Жилка на шее бьется часто, пульсирует в глазах, приманивая к себе. А тепло всё льется из глаз и льется. Он не может остановить его, как ни пытается… больше не пытается. Больше незачем. Эту дамбу прорвало, и вся вода ушла, оставляя ощущение освобождения от груза вины и тяжести гордости. Хотя бы на одну ночь забыть обо всем, что случилось в последнее время, исправить ошибки, возможно, совершая новую…

Нет. Эту ошибкой назвать нельзя. Внезапно осознанные чувства, переродившиеся в нечто большее — как красная нить, связавшая их, стала прочнее всего на свете, и он знал, был уверен, проникся до глубины сердца этим чувством. Они связаны судьбой навеки. А значит, не о чем сожалеть и незачем думать много о том, что будет дальше. Дальше — это завтра, послезавтра, в другой день, но не сейчас.
Сейчас хочется только этого тепла, что осталось после пожара, втягивать его кожей, пропускать по рекам, отдавать, проводя пальцами по спине Сюя.
— Обещаю, — произносит он, и Змей сразу понимает, что, словно читает его мысли сейчас, касаясь шеи, запуская руку в волосы снова и припадая губами к той жилке.
— Мой, — едва слышно выдыхает вместе с жаром дыхания. — Мой…
И закрывает глаза, слушая биение сердца и капель дождя, уютное потрескивание дров в очаге, даже тихое поскрипывание кровати, стоит только пошевелиться, кажется уютным. Прижать к себе еще крепче — этого хотелось еще и еще, и он сам себе удивлялся — никогда раньше такого не случалось, чтобы выпускать из рук не хотелось так долго.

Сердце замерло на мгновение, и дыхание задержалось от внезапного понимания. Что это то настоящее, что он ждал так долго и опасался, что придет не вовремя. И возможно ли… “Любить....” Даже мысленно произнести было трудно. Он думал, что никого не любит. Кроме Вэнь Цин, да и то болезненное чувство больше похоже на помешательство по малолетней сестре. Не так, как принято, привязанность и желание обладать не в счет.
Теперь он ясно видит. Вэнь Шань Шэ… любит Вэнь Сюя. И это ничто не может изменить.
Он знает, что может закрыть глаза и расслабиться, он знает, что будет безопасно и может довериться полностью. И… о Небо… до чего же это приятно!

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Пятница, 12 февраля 23:57)

+3

21

Усталость опять забыла о нём. Даже от тепла щедро дарящей его руки, рассеянно гуляющей по спине вверх и вниз, не тянет в сон, а как будто наоборот напитывает силой. Но тепло ни при чём, как и сама сила. Просто странное ощущение, как будто всё наконец расставлено по местам и нерушимо. Хаос не исчез - без него жизнь остановится и перестанет быть жизнью - но теперь он где-то рядом, вокруг, вне, за незримой границей. Можно взять и зачерпнуть горстью - и всё равно оставаться для него неуязвимым. Если бы ещё отдышаться... Но нет, невозможно, как и заставить сердце биться ровнее. А если вдруг ненадолго получается, то горячий выдох на горле или слово, сказанное так, чтобы остаться почти незамеченным, опять срывают всё, заставляя пульс скакать, как плоский камень, пущенный по глади пруда.
- Шисюн, оказывается, собственник? Кто бы мог подумать...
Но он и не думает возражать. Владеть приятно, он-то знает. А принадлежать... Вэнь Сюй пытается распробовать и это, мысленно рассматривает с каждой грани. Решить непросто. Он вновь открывает глаза, чтобы увидеть не что-то воображаемое, а единственное настоящее - человека рядом. И, стоит только увидеть, решение приходит само собой, задумываться больше не нужно. Принадлежать приятно, теперь он знает и это. Как много уроков за один раз - не упустить бы что-нибудь важное из памяти.
Приятную пустоту в голове разливающаяся по мыщцам лёгкость дополняет идеально, но она же требует движения, и Вэнь Сюй осторожно освобождается от обхвативших его рук и поднимается на ноги, просто чтобы пройтись по комнате. Распахнуть бы ставни и вдохнуть на полную этой холодной сырости, чтобы потом вернуться и по-новому ощутить тепло. Но талисман на окне - пусть лучше остаётся. Даже если это излишняя предосторожность - лучше так, чем разрушить ночь. Ночь, в отличие от того, что в сердце, отчего-то кажется хрупкой.
На потертом диване - чудом устоявший кувшин. Уже не полный, но пары глотков достаточно, чтобы вернуть миру небольшой раскачивающий его ветер.
- Надо будет оставить хозяевам хорошего вина взамен, - он возвращается к Хуншэ и протягивает тому кувшин. - Не денег, иначе опять купят такое же пойло.
Правда, для этого придется вернуться в столицу. Мысль о Безночном городе не радует совершенно. Там - обязанности наследника, там - дева Вэнь, которую непременно нужно как-то успокоить, там - стены. А хоть бы на несколько дней уйти в горы, где всегда есть место для ночной охоты. Или для того, для чего нет места во дворце. Для честных взглядов хотя бы. Дома так не посмотришь, поэтому он смотрит здесь, позволяя взгляду беспрепятственно двигаться по телу Хуншэ. Только взгляда слишком быстро становится мало. Наследник садится рядом, ведет ладонью по животу и груди, к шее и по плечам. Нет, надолго остаться в столице точно не выйдет: столько людей нуждаются в силе заклинателей, и разве помочь им всем - не первейший долг ордена? В горы, дальше в горы! Но перед этим необходимо выяснить одну действительно важную деталь. Деталь, без которой в горах, возможно, некоторое время придется обходиться. Вэнь Сюй подается вперед, опираясь на руку, останавливая губы прямо напротив губ Хуншэ и очень серьезно интересуется:
- Почему обязательно кровать?
Вторая ладонь движется по спине и останавливается между лопаток. А дальше, небо благослови боевую подготовку Цишань Вэнь, рвануть, перекатить через себя, ближе, ближе к краю, скатить на пол, упасть сверху - неудобно, зато прочь от вымокших одежд и покрывал, от тихого по-семейному скрипа, от сковывающих границ - и тогда только, сдерживая победный смех, раздвинуть поцелуем желанные губы. И поцелуем же, без слов, повторить то, чему научили. Возьму всё, когда позволишь.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

Отредактировано Jin Guangyao (Воскресенье, 14 февраля 10:26)

+3

22

— Шисюн, оказывается, собственник? Кто бы мог подумать…
Кто бы мог подумать, что да. Он и сам не знал об этом, пока не появилось то, чем делиться он бы не захотел ни с кем. И нет, отчего-то супруга наследника этих чувств не вызывала и ни одна из весенних девушек, каких бы тот мог посетить. И даже… нет, о Цин думать не хотелось, иначе голова взорвется.
Выпустить из рук тепло трудно, кажется, что связавшая их нить прервется, стоит только разжать руки, хоть это и не было возможно. С этой ночи это стало и вовсе не возможно, а Вэнь Сюй просто пожелал сделать круг по тесной комнате, от кровати до окна и до кувшина вина, оставленного на потертом диванчике. Откуда здесь кувшин? Ах да, действительно, Сюй захватил его с собой, когда они шли наверх.
— Надо будет оставить хозяевам хорошего вина взамен.
И вот вино уже в его руках, он делает большой глоток, потом еще один и еще…
— Не денег, иначе опять купят такое же пойло.
Кажется, кувшин пуст и просто отодвинут в угол кровати, а взгляд Первого загорается снова, суля продолжение. Они не… закончили, об этом ясно говорят тела, и стоит тому коснуться рукой живота, прочертить ею вверх, как волна жара снова накрывает, и бежать от нее невозможно, как и от рук на груди и плечах, и он подается вперед, навстречу желанным губам. Остановившимся в последний момент.
— Почему обязательно кровать?
Поздно он понял в чем подвох вопроса, а только когда уже летел с края кровати от хорошего пинка. Упал на руки и перекатился на спину. Поздно. Или как раз вовремя, чтобы поймать в объятия дарящего, наконец, поцелуй.
Расслабился с ним, слишком. Так сильно, что пропустил момент начала движения. Но и порадоваться оставалось за то, что Сюй научился быть быстрым и непредсказуемым. Хотя… предсказать его желания сейчас было бы проще всего — исправить свои ошибки, что случились неделю назад, и получить то, что считал своим правом. Сейчас он не торопился брать, на удивление — нет. Сейчас он понял, что значит “спросить”.
— Да, да… ты можешь, — приподнимаясь на локтях, Змей шепчет в губы. Взгляд на их тела заставляет гореть еще сильнее. Сегодня не будет того огня, который крушит всё на своем пути, и можно не защищаться от последствий подобной страсти.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3

23

Учиться приходится быстро. Спрашивать. Ждать ответа. Сдерживать себя. Он так и не может до конца понять, зачем это, но учится исправно. Без сожалений и не задумывались отбрасывает всё то, что не укладывается в урок. Сейчас это кажется очень просто и совсем не больно, а потом - это потом. Чтобы не приближать это "потом", он старается не спешить. Старается до нелепой дрожи в пальцах, которые - как и тогда, но нет, совсем иначе, мягче и ещё нетерпеливее - ведут непрерывную линию. По горлу до подбородка, по губам, остановиться, в волосы, по затылку и вниз, по позвоночнику. Он упирается лбом в грудь Хуншэ, чтобы дать себе время перевести дыхание, выдохнуть излишек чувств, которые сам не понимает, и вдохнуть воздуха - но воздух в комнате так густо замешан с желанием, что вязнет в легких, тянет ко дну, топит в огне. Он прикасается губами к коже Хуншэ, раз, другой, третий, снова и снова, прокладывая путь сверху вниз, с каждым поцелуем обжигаясь сильнее. Останавливается только тогда, когда ответный вздох кажется ему достаточно резким и судорожным. Вышедшим из проклятых границ. Настоящим. Останавливается, чтобы повторить этот последний поцелуй. И опять, пока ладони и пальцы двигаются в своем собственном ритме, в своём собственном поиске, повторяя тот путь, что в прошлый, неправильный раз он прошел без разрешения. Он и в самом деле не знает, что делает, но шагает по ступеням ощущений, о знаниях забывая.
Двигаться медленно как будто становится проще - есть в этом что-то... особенное. Но терпения всё равно не хватает надолго. Брать то, что отдано - совсем не то же самое, что брать то, на что чувствуешь своё право. Он старается быть осторожным, чтобы не получить всё сразу. Он хочет отдавать - не опасаясь отдать то, что сжигает. Он опять наблюдает - цепко, внимательно, с каждым движением, с каждым выдохом - чтобы этим взглядом говорить и слышать, взять и отдать именно то, что нужно обоим, именно столько, сколько нужно.
Пальцам всё сложнее приказывать не сжиматься - и на бедрах Хуншэ остаются отметины. На губах Вэнь Сюя - соль и металл: сдержанность не проходит даром, и губы искусаны в кровь. Но и это за давно оставленной и забытой границей, а здесь, в одной бесконечной точке собирается всё чувство, весь свет, весь спектр и звук, всё время и пространство трёх миров, чтобы, на миг замерев, затем разлиться огромной волной и утопить в себе.

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

24

И даже без духовных сил этот юноша смог выжать все его собственные, раз руки дрожат, обнимая за шею, раз уж дрожь по всему телу, которое отказывается подчиняться, безвольно растекаясь на полу. До смешного — едва ли не впервые в жизни не владеть своими движениями после любви. Такого он не смог вспомнить, и даже самое крепкое вино не вышибало из него столько, сколько умудрился Вэнь Сюй за пару часов.
Он никогда не любил поэзию, но сейчас на ум пришло: “Настоящая любовь пьянит как десять тысяч лепестков юньши”. Кошачий коготь, может, и не столь ядовит, но через него не продерешься. Как и сквозь это изнеможение.
Последнее, что сделать всё же хочется, — потянуть к себе за край лежащую на кровати длиннополую одежду, кажется, не его, и накрыться, пусть совсем не приспособленным для этого способом. Укрыть обоих, крепко сплетенных сейчас, от всего остального мира. Тяжелеющими пальцами гладить по щеке, пока голова любимого лежит на его руке, по шее и плечу, а затем прижать к себе, погружаясь в дремоту. Своя голова потребовала сна. Будто всё случившееся не смогло вместиться, переполнило его и оглушило. И он радостно отдался этой волне забвения, чувствуя рядом с собой тепло и пульсацию постепенно возвращающихся духовных сил Вэнь Сюя. Определенно, каким-то образом они ускорили восстановление. Не потому ли он так выжат сейчас, что отдал ему слишком много?
Губы сложились в улыбку. Он бы отдал всё, если бы тот попросил. Как сегодня. Должно быть…

Чуткий сон не разбивается ничем из того мира, что за стенами, а только треском поленьев в очаге, каплями дождя за окном и дыханием Сюя, бьющим в его грудь. Он привык к этому ощущению, и как только перестал чувствовать, разом открыл глаза. Рука скользнула по спине вниз и прижала к себе жадно, вышло само собой, а поцелуй вышел под стать, разом разгоняя кровь по жилам и бодря обоих огнем.
— Нужно одеться, — выпустить из рук всё ещё трудно. Но надо.
Надо подняться, размять шею и плечи, найти разбросанную одежду и сапоги, посетовать, что верхняя ещё не до конца высохла и подтащить ширму поближе к теплеющим еще углям. Подбросить дров в очаг, чтобы они взялись весело и осветили темную пока что комнату заново. Наручи снова на месте, и этого достаточно, чтобы проснуться окончательно. Одним движением, медленным как сон, обнять со спины своего мальчика и прижать к себе, касаясь щекой щеки — так хотелось, но он только сказал:
— Принесу чай…
Обнимешь, и не будет чая, будет новое безумие и пламя. Ему ещё что-то нужно сделать с лицом и "спрятать глаза", как говорил дед. Глаза сейчас его выдают с головой.
Холодный воздух внизу отрезвляет, но у очага становится суше и теплее. Догорающего пламени ещё хватит на то, чтобы вскипятить воду в небольшом котелке и что-то заварить в чайнике. Шань Шэ взял другой, чистый и сухой, оставив ядреную горечь прошлой попытки нетронутой, а чайник и две чаши взял с собой наверх.
— Надеюсь, это можно пить, — столик посреди дивана-лежака удобен как и тысячи таких других же, но сейчас хочется подвинуть его, чтобы сидеть рядом. А еще лучше снять и поставить на пол у их ног. Он так и сделал, умудрившись не уронить ни чайник, ни чашки, хоть руки подрагивали. Теперь от неумолимого приближения рассвета. Если бы только было возможно отсрочить его!
— Иди сюда, — потянуть за руку к себе, привлечь ближе и неудержимо потянуться за поцелуем снова. Он позволил себе это, как и слова: — Остаться бы здесь навеки. С тобой…
А ещё лучше перелететь через северные горы и оказаться так далеко, как только можно. Чтобы быть свободными.
Безнадежно глупое желание.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

Отредактировано Wen Ning (Среда, 17 февраля 05:38)

+3

25

Когда всё вокруг теряет резкость очертаний и превращается в сон? Когда сон опять раскалывается о явь, смешивая с ней свои осколки? Не понять. Когда Вэнь Сюй открывает глаза, огонь в очаге потрескивает лениво - его уже давно никто не подкармливал. Но от холода нет ни следа - привычное пламя наполняет меридианы, стирая память о безопасной слабости. Конечно, простое прикосновение не может навредить случайно, и все же он невольно отстраняется.  Ненадолго впрочем - Хуншэ моментально реагирует объятиями и поцелуем. От того, чтобы ответить так, как хочется ответить, удерживает мысль. Всё та же, навязчивая, как овод, приставший в жару у воды. Если бы только ее можно было бы прихлопнуть так же просто, как глупую муху...
Нужно одеться. Он кивает и садится, но не спешит на поиски своей одежды, где-то брошенной впопыхах. Следит за тем, как одевается Змей, как он возвращается в обычное русло бдительности и продуманности. Интересно, его самого та же мысль не беспокоит? Вэнь Сюй даже собирается спросить, но сил не находит. В другой раз, может быть.
Он одевается тогда, когда Змей выходит из комнаты. Одевается, одновременно размышляя над тем, что отравляет спокойствие естественного хода вещей больше всего - над единственным, что его отравляет. Для того, чтобы расстаться с этой ночью со спокойным сердцем, жизненно важно знать, что будут другие. Несмотря ни на что. Понимать бы, чем ради этого придется жертвовать. Меч вновь привычно отзывается, стоит обратиться к нему, на прикосновение реагируя пробегающей от пальцев по ножнам алой искрой. Нет, временно запечатать силы несложно, но это - необходимость опять и опять отказываться от той части себя самого, от которой отказаться невозможно. Он понимает, что все равно сделает это, если придётся, и это понимание пугает намного больше, чем сама необходимость.
Додумать, конечно, не успевает, Хуншэ появляется на пороге, и Вэнь Сюй поднимает взгляд, следит за каждым его движением. За тем, как чашки оказываются на столе и наполняются чаем. За тем, как стол спускается вниз с дивана. Неуверенно. Эта неуверенность движений вновь заставляет те самые длинные когти сомкнуться вокруг его души, напоминая: только твой. Цена высока, но нет той, которая будет высока чересчур. Одну из чашек он подхватывает ещё до того, как ножки стола касаются пола, и отпивает напиток, который теперь не может обжечь.
- Это лучше, чем любой, который подадут во дворце.
Не лжет. Всё вместе - это намного лучше, даже пробовать не обязательно, чтобы понять. Слишком хорошо, и чай как будто совершенно ни при чем. Вэнь Сюй возвращает чашку на стол, когда чувствует, пальцы на запястье - всё ещё странно, он так и не привык к лишним прикосновениям, но и эта странность - часть того самого "лучше". И слова.
- Так ведь всегда было. Всегда и будет.
Это не ответ, это просто мысли, которые следовало бы сдержать, вырываются на свободу словами. Чтобы перекрыть вкус сказанного, того, что не хочется объяснять, он склоняется над губами Хуншэ и накрывает их своими, позволяя себе немного ослабить повод, сдерживающий огонь внутри. А впрочем, не поздно ли теперь скрывать хоть что-то? Так было и так будет - навеки и с тобой.
- Только не здесь. Тесно, - ответ следует позже. Вэнь Сюй садится рядом и сводит брови, недовольный тем, что, как ни старается выбирать слова, вновь может быть понят неправильно. - Я слышал, в Юйми свирепствует какой-то водяной демон, люди там давно ждут помощи. Это не так далеко, но места глухие, наверно, там немало и других. Будет полезно расширить связи Ордена. Дело не быстрое, но не особенно сложное - не думаю, что нужно брать много людей.
То, о чем он давно уже думает, и что не должно быть приказом, как бы ни звучало. Не потому что он не имеет права приказывать. Потому что приказ превратит это в ночную охоту. В настоящую ночную охоту. За таким развлечением вовсе не обязательно лететь в Юйми, в конце концов. Заставляет себя улыбнуться и отвести слишком уж напряженный взгляд. Чай, здесь ведь был чай - извечное удобное спасение от тянущегося ожидания.
[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/759437865465413682/759911051147477022/3.jpg[/icon][quo]ВЭНЬ СЮЙ[/quo][nick]Wen Xu[/nick][status]Испытание огнём[/status]

+3

26

От поцелуя остается долгий вкус, смесь сладости и нетерпения, которое уже видится впереди, череда дней, тянущихся в ожидании подобной ночи, шанса уединиться где-нибудь так, чтобы не вызывать подозрений.
Его мир взорван и разлетелся осколками во все стороны, вспыхнул, сжигая его самого в проснувшейся страсти, и Хуншэ, как рыба, выброшенная на берег, хватает ртом воздух последнего часа… как перед смертью. Разве это не маленькая смерть — запретить себе самое желанное? А сейчас он может только впитывать, запоминать, наполнять красками, запахами и прикосновениями… воспоминания об этой ночи.

Ты не знаешь, чего ждать от будущего. Страшно потерять любовь, только что обретенную, уже ставшую частью твоей крови. Ты не можешь сделать вдох спокойно, словно в легких заноза, и с каждым вдохом она уходит только глубже, разъедая сомнениями дух. Будучи у всех на виду, ты теряешь возможности, оставаясь только с воспоминаниями, но и их себе позволить не можешь. Даже когда рядом есть кто-то другой, всегда будет опасение, что случайный взгляд выдаст внимательному глазу все их тайны. А внимательных глаз в Знойном дворце предостаточно.
И даже не столько страшно, если о них узнает Владыка, сколь то, что о наследнике пойдет дурная молва. Вина за это ляжет только на него, ведь он старше, а Сюй все еще молод, горяч, несдержан и… может допустить ошибку. Придется выстроить такую стену между ними, чтобы почтительность останавливала любые попытки проявить себя неосторожно.

Шань Шэ задумался, глядя на огонь в очаге и решая, что с этого дня стоит медитировать больше, а слова выбирать еще более тщательно.
— Я слышал, в Юйми свирепствует какой-то водяной демон, люди там давно ждут помощи. Это не так далеко, но места глухие, наверно, там немало и других, — Сюй начал говорить, разом прерывая тягостные мысли. — Будет полезно расширить связи Ордена. Дело не быстрое, но не особенно сложное — не думаю, что нужно брать много людей.
Намек был более чем понятен, но голова повернулась не сразу. Сюй уже всё решил. Сам.
Вот и начинаются первые глупости. Много людей, немного людей, какая разница, взять их все равно придется.
— Трое, — ответил он. — Это минимум. Будет ли возможность оставить их в Юйми, разберемся на месте.
План был такой себе, но мог сработать. А несколько дней в горах, быть может, пойдут им на пользу.
Натянуть маску — это так привычно, но сейчас маска трещала по швам и не хотела приклеиваться к лицу. Уже рассвет, скоро им возвращаться в Знойный дворец, а дождь, их немой свидетель, всё никак не уймется.

Этот дождь сопровождал их обратно, но уже не выстужая сердца и не грозя карой небес. Сейчас он только бодрил, давал надежду на новый день, полный тепла и света, спрятанного за крепкими стенами привычных рамок и обязанностей.
Всё тот же маленький сад принял их в свои объятия. Оба сошли с  мечей, убрали оружие и помолчали. Сюй хотел что-то сказать, но, как всегда, те самые, правильные, не пришли сразу.
— Первый молодой господин, — Хуншэ сложил руки перед собой и поклонился. — Ваш слуга прибудет в нужный час к вашим покоям. Прошу вас… отдохните еще.
Его мальчик сдвинул брови, развернулся и ушел.
Он поднял лицо к небу. Небо проливало тяжелые слезы… заполняя пустоту в груди. Теперь этой пустотой стало ожидание.

[nick]Вэнь Шань Шэ[/nick][status](не)верный Змей[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/001a/b5/3f/25/900694.jpg[/icon][quo]телохранитель наследника главы ордена Цишань Вэнь[/quo]

+3


Вы здесь » The Untamed » Сыгранное » О чём не расскажет дождь...